Новое начало

      Сабина была всё ещё недовольна по поводу краски, и ей удалось упросить Геру послать виновника потери, то бишь Эзру, в город. То ли ради наказания, то ли все действительно были заняты, но его отправили в одиночку. Даже без Чоппера, чем обидели их обоих.       Врен даже дала ему банку, когда-то содержавшую краску, сегодня размазанную по стенам "Призрака", но он, вместо того, чтобы вернуть пустую жестянку бережливой хозяйке, засунул её в рюкзак, чтоб уж наверняка не накосячить ни с цветом, ни с разновидностью.       На рынке краску никогда не продавали, даже до времён Империи, так что у Эзры было серьёзное задание — отыскать торговца, имеющего доступ к складам. Империя запрещала продавать краску обычным жителям планеты, чтобы "уменьшить распространение повстанческой деятельности", но все знали, что на деле это было не так — имперцы боялись распространения искусства, что повлекло бы за собой свободу мыслей, которые они бы уже не смогли контролировать. Они боялись, что само по себе показывало их слабость и неумение управлять планетой. Этим и пользовалась команда "Призрака", заставляя Империю всё больше и больше ограждаться от вещей, естественных для людей, чем она бы и взбесила народ, вынуждая бороться за свои права.        Выбор у Эзры был не велик — либо самому лезть на склад, что грозило ему дыркой в башке, либо идти к богатому торговцу редкостями, также продающему информацию — как о Империи, так и о повстанцах. Это делало варианты почти равноценными, тем более, что Эзра когда-то успел разругаться с тем торговцем. В конце концов Бриджер склонился в сторону первого варианта, так как "...воровать я и так умею"(c), а с людьми у него отношения строились... Мягко говоря, не очень.        Склад, словно по традиции, находился около космопорта, а точнее прямо под ним. Воспользовавшись своим любимым маршрутом, то бишь вентиляцией, Эзра, чихая от пыли, пробрался в восточную часть склада. В помещении было темно, так как оно находилось под землёй и освещалось электричеством, а он, как назло, оставил фонарик на корабле. Парень попытался идти на ощупь, но это не принесло плодов, а стенды с чем-то изогнутым и тяжёлым всё время шатались и так и норовили упасть, завалив неосторожного вора этим чем-то непонятным. Вдруг в соседнем помещении загорелся слабый свет, позволивший Эзре определить местоположение выхода, и, одновременно с этим, дав серьёзный повод для беспокойства — на стендах, чуть не приваливших парня, лежали Т-7 дезинтеграторы.       "Неужели они всё же оказались у Империи?!" — чуть не выкрикнул вслух он. Задание явно менялось — необходимо было срочно сообщить об этом Кейнану и уничтожить оружие. Впервые в жизни Эзра принял решение доложиться учителю — взорви он дезинтеграторы здесь же и самостоятельно, то могло пострадать много невиновных, ведь наверху, как уже упоминалось, находился космопорт. Парень снова залез в вентиляцию, уже имея определённую цель — рассказать обо всём команде.        Наверху, словно улыбаясь выбравшемуся из подземелья Эзре, ярко светило солнце. В другой ситуации он бы улыбнулся в ответ, но сейчас выпал трудный момент — ему нужно было избежать всех постов и патрулей, ведь после последней миссии штурмовики знали его в лицо. Низко наклонив голову и обвязав голову неизвестно где взятым платком, он попытался смешаться с толпой. Первые два патруля Эзра с успехом миновал, но всё же этим дело не ограничивалось — впереди было бесчисленное их количество. Он шёл дальше, однако толпа всё больше редела, и вскоре спрятаться было невозможно. Рынок кончился, а пройти только до окраины города нужно было ещё с десяток кварталов, которые просто нафаршированы штурмовиками.       Платок не долго "маскировал" Эзру, которого и без того выдавал оранжевый комбинезон, надоевший всем членам команды без исключения, и в мечтаниях Геры ставший половой тряпкой. Но, так или иначе, неосторожность, заставившая Эзру стянуть ткань с головы и облегчённо вздохнуть, погубила и парня, и комбинезон (на радость всем). Или, если быть точным, его поймал очередной патруль, внезапно выскочивший из-за угла. Его опознали и взяли на мушку быстрее, чем он успел опустить руки, а пытаться выхватить меч было бесполезно — штурмовики были гораздо более меткими, чем о них говорили. Оказавшись арестованным, Бриджер решил идти за имперцами до более удобного для побега момента, но просчитался — они не пошли через людные места, в которых легко было исчезнуть из поля зрения, а обходили всё закоулками, держа его в середине квадрата, образованного ими самими, чем отрезали Эзре пути к отступлению.

***

      Эзра споткнулся, но продолжил бежать, не пытаясь обернуться и отразить хоть один из выстрелов бластеров, хотя эти заряды его бы не убили — ранили бы, но не убили. Ему повезло — в одном из переулков им на встречу из-за поворота вылетел свуп, водитель которого свалился ещё на углу, и переполох, вызванный чуть не убившимся об этот свуп штурмовиком, дал ему шанс сбежать.        Едкая пыль, поднимающаяся из-за выстрелов, попадала в глаза и беглецу, и имперцам, однако не уберегала первого от ранений. Но Эзра должен был не просто убежать от них, но и оставить в городе, заставить их плутать, чтобы они не пошли по его следам и не наткнулись на "Призрак". Это ему удалось, но на последнем повороте, который должен был послужить развилкой, он замешкался, и результатом стал бластерный заряд, попавший ему в предплечье. Эзра вскрикнул, запнулся, однако не позволил поймать себя во второй раз, а закатился под лавку, ожидая ухода врагов.

***

      Никогда ещё Эзра не чувствовал такой боли. Это и не удивительно — всё, что могло с ним случиться, обычно ограничивалось падением с корпуса корабля, фингалом из-за не поделённого с Зебом печенья или порезом на кухне. Но тут совсем иное дело — глубокая жжёная рана, которую можно было обработать только специальными лекарствами, которые, в свою очередь, если вспомнить род занятий команды "Призрака", на корабле были абсолютно не лишними. Беспомощность выводила его из себя, но этим придавала сил идти вперёд. Нет, даже не идти — плестись, ползти, ощущая, как каждый шаг подкашивает тебя на корню, вызывая зуд в бёдрах. Конечно, до корабля не нужно было идти 13 часов 48 минут, однако Эзра вымотался так, будто шёл уже целый день. Он запутался — трава, абсолютно одинаковая на всей планете, никак не могла служить ориентиром, тем самым лишь усложняя задачу поиска даже не спрятанного корабля.        Пустыня. Хоть в ней есть и трава, и мелкие звери, но это пустыня. Нет деревьев, и даже той жалкой растительности, что имеется на Лотале, не хватает сочности, цвета, жизни.       — Бред, — Эзра дёрнулся, пытаясь с помощью Силы отыскать корабль. — Вот уж точно — призрак!        Он почувствовал команду в нескольких сотнях метров в стороне. Его уже не волновало, почему он не видел это раньше — главное, что он рядом.        Когда Эзра споткнулся об трап корабля, никого из команды, коме Чоппера, рядом не было, но даже "глупая жестянка" поняла, что нужно позвать остальных. Причём срочно.