***
Микки решительно шёл по пляжу, стараясь не спотыкаться о собственные ноги, которые предательски проваливались в каждую вырытую в песке ямку. Дойдя до кустов, которые отделяли пляж от дороги, он резко остановился и развернулся в сторону Йена. — Не уходи, — крикнул ему Микки, и продолжил, после того, как рыжий обернулся к нему: — Подожди меня тут, я сейчас вернусь. После того, как Йен кивнул, Милкович продолжил свой нелегкий путь до дома, который, по его ощущениям, находился сейчас в нескольких милях от него, по пути цепляя ногами все встречающиеся ему поребрики. О том, что расстояние не так уж велико, как он решил сначала, Микки понял по звукам музыки, доносящейся с участка. Оказалось, что до него осталось пройти несколько домов, поэтому теперь он шагал более уверенно. Подойдя ближе, Микки увидел, что его коллеги продолжали весело танцевать возле машины. Стараясь оставаться незамеченным, он прошёл к столу, взял несколько бутылок виски, стащил со стула плед и не медля ни минуты вернулся на тёмную дорогу, которая вела к проливу. Он даже не заметил как дошёл до пляжа, в голове не было ни одной мысли, только осознание того, что он должен дойти как можно быстрее, чувствуя, что его ждут. И это ему чертовски нравилось. Он неслышно подошёл к рыжеволосому парню, сидящему к нему спиной, и осторожно набросил плед на его плечи, так же, как раньше Йен накрыл его плечи курткой, и в благодарность, вместо матов, получил лучезарную улыбку. — Держи, — мягко сказал Микки, протягивая парню бутылку виски и присаживаясь напротив него, спиной к проливу. — Давай поговорим? — Давай помолчим? — предложил Йен, смотря пристально парню прямо в глаза. Микки коротко кивнул и достал из куртки Галлагера, которая до сих пор была на нём, ещё одну бутылку, открыл её, и сделал глоток, вытирая ладонью губы от пролитого алкоголя. — Как ты понял, что ты гей? — разрушив тишину, спросил Микки. — Мне не пришлось это понимать, я это чувствовал. — Скажи мне, поче… — Тсс, — перебил парня Йен, приподнимая в улыбке уголки губ. Микки послушно замолчал, продолжая смотреть в глаза Галлагера, которые сияли сейчас намного сильнее обычного, отражая свет полной луны. Брюнет почувствовал непреодолимое желание коснуться светящийся кожи Йена, и понимая, что ни к чему хорошему это не приведёт — все-таки дотронулся кончиками пальцев до его лица, ощущая мягкость кожи и заставляя парня закрыть глаза от этого прикосновения.***
Йен склонился в сторону руки Микки, которая нежно прикасалась к его щеке, накрыл руку парня своей и, развернув голову, притронулся губами к его ладони, оставляя на этом месте горячий след от поцелуя. Галлагер почувствовал легкую дрожь в теле парня, и поднял голову, чтобы снова увидеть его глаза. — Блять, — прикрывая веки, протянул Микки. Он прикусил свою нижнюю губу и, придвинувшись ближе, осторожно положил другую руку на колено Йена. — Почему мне хочется касаться тебя? — Не говори ничего, — тихо ответил рыжий, уткнувшись носом в его ладонь. — Мне хочется того же. Йен снова развернулся к Микки, который рассматривал его, широко раскрыв глаза и, глубоко вздохнув, запустил свою руку в тёмные волосы парня, легкими движениями поглаживая его затылок. Брюнет наклонился к уху Галлагера и, чуть слышно шепнул, обжигая его прерывистым дыханием: — Можно.