Ненависть

— Что? — я же просто подула. Чего он лыбится? Он прикрывает глаза и улыбается еще шире, как чеширский кот. Этот персонаж из сказки всегда был тайной для меня. Но он был любимым. — Ничего. Мы смотрим друг другу в глаза пару минут, и когда мимо нас проходит шумная кучка людей, я опомнилась и немного отодвинулась назад. — Ну … Думаю, что все. Куда теперь? Он молча поворачивается в сторону руля. Кажется, ему не очень понравилось то, что я прервала ту тишину. — Не знаю. Джош тебе не писал? Я слышу в его голосе странные нотки, при имени моего дяди, но решаю, что мне послышалось. Поэтому, достав телефон из кармана, проверяю его. Д: Я нашел адрес. На картинке показано место на карте. Смотреть прикрепленную картинку. Показываю ее Фарклу, он заводит машину, и мы едем. В полной тишине. И эта тишина угнетает, потому что я, не подчиняясь себе, погружаюсь в собственные мысли. Что сейчас было? Почему я так реагирую на него? На его взгляды, улыбки, усмешки? Почему мне так нравятся его глаза? Неужели я …? Нет. Бред какой-то. Но все же, теперь я не могу назвать его просто знакомым. Друг? Да думаю, это самое подходящее. Друг. И ничего большего. Я смотрю в окно, за которым мелькают вывески магазинов, хостелов, кафе и ресторанов, пытаясь отвлечься от непрошеных мыслей. В машине полная тишина, даже радио не работает. Фаркл смотрит на дорогу, но я замечаю, что он сейчас совсем на этом не сосредоточен. Ничего не сказав, поворачиваюсь обратно. Через минут двадцать мы подъезжаем к многоквартирному дому. Пока мы выходили из машины, рядом припарковался Джош. — Да неужели? — он идет ко мне с ложным удивлением и распростертыми объятьями. — Новый год ведь еще не скоро. Санта сделал подарок мне чуть раньше, чем я думал — ты вышла из своей норы. Хмыкаю, но обнимаю его, прикрыв глаза от чувства родного тепла. — Норки. Мягкой и очень уютной норки. Джош смеется. Последние лет пять я была домашней девочкой, и он это прекрасно знал. Но его смех прекращается, когда к нам подходит Фаркл. Взгляд братца-дядюшки очень скептичен, и он явно не удовлетворен моим сопровождающим. — Ты попросила его? — спрашивает он, повернувшись ко мне. Закатываю глаза и киваю. — Его. Джош, это Фаркл. Фаркл, это Джош. Пожмите друг другу руки, и мы пойдем за моим влюбленным идиотом, который по совместительству является моим братцем. Хэй-хо. Вперед. Хрен знает по каким причинам, мне не хотелось, чтобы Джош усадил меня в свою машину и увез подальше от Минкуса. А именно так он и собирается сделать, ведь всего неделю назад он увидел его в блоке своей племянницы, занимающимся не очень приличными делами на общем диване. О чем здесь может быть речь? Я захожу в подъезд самая первая, не сомневаясь, что они пойдут за мной. — Какой этаж и квартира? — спрашиваю у Джоша, все еще поднимаясь. — Этаж второй, квартира номер пять. Отлично. Передо мной немного тронутая временем дверь с золотой цифрой пять по центру. Звонка нет, поэтому стучусь кулаком в дверь и слышу за ней приближающиеся шаги. Смотрю назад и вижу, что по бокам от меня стоят парни. Джош смотрит на дверь, а Фаркл смотрит на меня, а затем кивает, будто говоря « все нормально, мы нашли его ». И это действует. Дверь открывается, пропуская в подъезд немного теплого света. На пороге стоит белокурая женщина, очень похожая на мать Аввы. Я улыбаюсь, считая это хорошим знаком. — Миссис Колкер? — Да, это я. Проходите. Облегченно вздыхаю и захожу в квартиру вместе с Джошем и Фарклом. — Я Райли Мэттьюз. Мой брат — Огги. Вы случайно не знаете, где он? — О! Огги. Славный юноша. Я знаю, где он. Он прямо здесь. Точнее в комнате с Аввой, — женщина доброжелательно улыбается и зовет за собой. Я оборачиваюсь к парням и прошу их остаться здесь. Эти двое переглядываются, и становится понятно, что они не очень довольны таким раскладом событий, но все же слушаются и остаются ждать меня здесь, пока я ухожу за своим братом. Стучу в дверь комнаты и открываю ее, не ожидая услышать приглашения. Эти двое сидят на полу, обнявшись и облокотившись на кровать, и смотрят фильм по ноутбуку. Счастливые, будто ограбили шоколадную фабрику. Но как только они поворачиваются ко мне лицом, их улыбка немного спадает. Конечно, знают ведь, какую я им взбучку устрою. — Какого черта … — но мне не дает договорить Огги. — Мы тоже рады видеть тебя, Райли. Хмыкаю. Прикрываю за собой дверь и смотрю на них вопросительным взглядом. — Может, мне кто-нибудь объяснит, почему ты чуть не подверг меня смерти? Огги встает и поднимает руки, будто сдаваясь. Авва делает тоже самое, только следом обнимает Огги. И это выглядит мило. Нет, Райли. Тебе надо прочитать нотации своему брату. Не стоит считать это все милым. — Какой смерти, Райли? Я всего лишь поехал за Аввой. Вот и все. Истерический смешок вырывается у меня из груди. Вот и все? Отлично, отлично. — Ты понимаешь, что мы с Джошем весь день на ногах и ищем тебя? Ты понимаешь, что сделают с нами родители, если узнают, что мы обманули их, сказав, что ты приехал ко мне на выходные? Авва виновато опускает взгляд вниз, а Огги смотрит на меня. Просто смотрит. Наглым образом. Я уже хочу накричать на них, как понимаю, что за мной кто-то стоит. Близко. Очень близко. — Ты подверг свою сестру очень сильным переживаниям. Она искала тебя по всему Бруклину, и она ввязалась в не очень приятную историю. И кстати, я Фаркл, — Огги пожимает протянутую ему руку, а я смотрю на Авву. Она смотрит на меня, а в ее взгляде я вижу лишь один вопрос. — Кто ты и почему Райли с тобой? — да-да именно этот вопрос я и думала. — Эм … Я ее лучший друг, — я чуть не подавилась воздухом, все так же пытаясь не оборачиваться назад. Он не должен увидеть румянец на моих щеках, как собственно и остальные, — А ты видимо та самая Авва Моргенштерн, из-за которой произошел весь этот бедлам? Авва смущенно улыбнулась и кивнула. Теперь я не могу накричать на них. Только сейчас я понимаю насколько серьезные чувства у Огги. Но черт ему четырнадцать! Но может это даже хорошо? Видеть его сейчас, обнимающего Авву, будто пряча ее от моего гнева … Что случилось с ним? Где мой братец-недоумок, что радостно провожал меня месяц назад? Если это чертова сила любви, то мне уже становится страшно за себя … Стоп, Райли, тебе не за чем волноваться — ты не влюблена. Да, точно, так и есть. — Почему-то Райли не говорила мне про тебя, — голос Огги вернул меня на землю. Я посмотрела на него, в то время, как он в упор смотрел на меня, как бы спрашивая … Не знаю что. Не хочу понимать что, — По крайней мере не как о лучшем друге, — он перевел взгляд на Фаркла, стоявшего за моей спиной, — Но это не важно. Да это не важно. Мы еще поговорили с ними, когда пришел Джош, очень весело их отчитали, но, все выяснив, мы все же успокоились. Перед тем как уйти, я отвела Авву в сторону, чтобы поговорить. Точнее, чтобы дать парочку советов по моему братцу. — Авва, если он будет вести себя как идиот — звони или пиши мне. Если он будет себя вести как истинный идиот — тоже звони мне. Если он что-нибудь начнет вытворять — опять же звони мне. В любом случае звони мне, не стесняйся. Ты мне уже давно, как сестренка, так что… — продолжать я не стала, потому что Авва обняла меня так крепко, что я еле дышала. — Спасибо, Райли, — было непонятно, с каким настроением она это говорит, потому что она уткнулась в мое плечо, — спасибо за это, — она посмотрела на меня, и я увидела, что она улыбается, — ты не представляешь, что это значит для меня. Я отмахиваюсь, мол ничего такого я не сделала, но она меня снова опешила. — Думаешь я не знаю, что это ты сказала ему со мной поговорить? Это же ты подтолкнула нас. Если бы не ты… Этот истинный идиот так бы и не решился, — мы дружно хихикнули на этом моменте, но потом ее улыбка стала мягче, — Собственно и я тоже. — Не за что, Моргенштерн. И снова смех. К нам подошел Огги, непонимающий, чего это главный женщины его жизни (если это не так, то я убью его) стоят и обнимаются. На его выражение лица мы ответили заливистым смехом. Огги, Огги, ты такой Огги. И это был прекрасный момент моей жизни. С ними все хорошо.