Идиот.

Настало очередное утро. А кое-кто почти не спал. Эти двое думали, что каждый из них должен был забыть то, что произошло вечером. — Юнги, отнеси еду Чимину. – Джин накладывал завтрак в тарелки. — Еще чего. – возразил Мин. – Вот! Мелкого пошли. – Юнги посмотрел на Чонгука сидящего, напротив, за столом. — Пфф. – Чон явно был не в восторге. — Еще заразиться не хватало, ага, ага. - Чонгук сложил руки на груди и всем видом показывал, что фигушки он куда пойдет. — Юнги, я тебя попросил. – Джин пихнул ему в руки поднос с едой. — Да и вообще, чего ты такой странный сегодня? – он продолжил раскладывать еду. «Нет, ну что за дерьмо…» Не ответив, он взял поднос и пошел к комнате младшего. Подойдя к двери, он остановился и потупил взгляд, не осмеливаясь зайти. «Так… Все в норме. Ничего же даже не было…» Он закрыл глаза и вздохнул, начав открывать дверь в комнату. «Я же мужик, твою мать!» Когда дверь открылась, Пак вздрогнул и уставился на того, кто начал заходить. Почему-то он не ожидал увидеть там Юнги, держащего поднос с едой. — Кхм… - он подошел к кровати не смотря на младшего и поставил поднос на тумбу. — Бон аппетит, адьёс. – быстро протараторил Мин. Он хотел свалить из этой комнаты, хотя, нет, с этой планеты, куда-нибудь подальше. — Юнги… – остановил его голос младшего. Шуга замер.— Не хочешь узнать как мое здоровье? Разве хён может вести себя так? – Сегодня Пак мог и манипулировать, и даже острить, похоже, ему стало лучше. — Эм, ну да, - он развернулся к Чимину лицом. — Как ты? – неуверенно произнес он смотря куда угодно, но только не на засранца в постели. — Благодаря тебе… лучше. – и вновь у обоих в голове всплыла вчерашняя ситуация, заставившая их смутится. Чимин смотрел на Юнги, а тот на него. Искра. Буря. В лицо мелкого полетело сухое полотенце. «Прошу, не пялься на меня…Идиот…» Чимин хотел убрать с лица то, что так внезапно в него прилетело, но на кровать прыгнул Юнги и держал тряпку на его лице. — ЙАА!!! КАКОГО ХРЕНА ТЫ ТВОРИШЬ!!!?? Я ЗАДЫХАЮСЬ!!! – кричал бедный Пак через белое полотенце. Мин расслабил руки, чтоб тот мог более менее дышать, но не давал снимать. — Хватит смотреть на меня, идиот. — А я хочу смотреть на тебя! – возмущенно говорил Чимин, не понимая, зачем он это сказал ему. Резко наступила тишина. Несколько секунд они были в том же положении. Юнги сидел около Чимина, на его кровати, а тот валялся, почти помирая, от нехватки воздуха. Мин аккуратно начал убирать полотенце с лица Пака, внимательно рассматривая его измученную мордашку, взъерошенные рыжие волосы, бездонные глаза, в которых каждый раз добровольно тонул. «Черт…» Опять. Опять эта неловкая ситуация. Снова они смотрят друг другу в глаза. Так мало. Настолько мало друг друга. Хочется большего. Юнги не выдерживает и медленно приближается к его лицу, а после целует Пака, у которого только что перевернулся весь мир. Но вскоре Чимин начинает отталкивать его. — Хён, т-ты можешь заболеть. – несмело проговаривает тот, сгорая от смущения и от желания продолжить. — Да кого это сейчас вообще ебет? – им обоим сносит крышу. Они жадно целуют друг друга. Не важно, что сейчас происходит, не важно, что они думают об этом, правильно, не правильно, сейчас – совсем не важно. Дыхание становится чаще, воздух накаляется. Им хорошо вместе. *** — Юнги! Как ты мог тоже заболеть!? – Джин менял мокрую тряпку со лба Мина. — Наверное, пока меня лечил. – с насмешкой произнес заходя в комнату полностью здоровый и радостный Чимин, который весь святился от счастья и лыбился. «Идиот…»