Ты украл моего мужа! А ты - мою тян!

Понедельник день тяжелый. Марина Александровна знала это как никто другой. Утренняя линейка, подъём на второй этаж за журналом, после второго урока к директору. Как и в большинстве школ, в этой основной состав был женский. А большое скопище женщин в одном месте грозило лишь слухами, истериками, подставами и весьма бестактной завистью. Пусть её встретили весьма радушно в новой школе, первые гадюки уже давали о себе знать. То нападут, что журнал не туда положила, то специально подскажут местонахождение кабинета неправильно, то просто мимоходом заметят её неопытность и молодой возраст. Да, 27 это вам не 40 и не 60, но Марина Александровна любила свою работу. По большей части из-за деток. Дарить им шанс на светлое будущее, давать знания, к которым они так тянутся, помогать в сложных ситуациях. Школа для молодой женщины была источником сил и надежд. Она вдохновлялась, глядя на молодое поколение, их жизнерадостность, взгляд на мир сквозь розовые очки наивности… Любой из них мог добиться таких высот, о которых даже мечтать не мог. И она верила, что сможет вдохновить их. Каждый урок был для неё новым этапом. Порой было сложно, порой приходилось прибегать к обыденным мерам наказаний, строгости, но она сама это жутко не любила, всегда старалась заинтересовать учеников, чтобы подобных моментов и вовсе не возникало. И пусть с людьми своего возраста и старше ей было сложно, зато с детьми всё было иначе. Она была на их волне, прекрасно понимая их проблемы и заботы. Самое прекрасное было в этой школе — классное руководство. Она разделила с учительницей информатики руководство над выпускным классом 11 «А». Ребята там были поразительные. Таких серьёзных и ответственных детей она видела впервые. Ей было обидно за них, ведь их любимая учительница ушла из школы прямо перед ЕГЭ, а это всегда сложно. Но Марина Александровна уже узнала уровень каждого, слабые стороны и то, над чем стоит работать абсолютно всем. Она также запустила дополнительные курсы после учёбы по подготовке к ЕГЭ по литературе и русскому языку, благо в этой области она ориентировалась и следила за изменяющимися задачками. Сами тесты подобного рода её жутко раздражали. Механическая работа никогда не заменит живость сознания, работу мозга. Такие живые существа как язык, литература изменялись каждый день, исследователи же не поспевали и за половиной прогресса. А вот знания, которые дети получают в последние года, и вовсе можно вычеркнуть и выкинуть на мусорку, ведь вне тестовых материалов они могут даже не задуматься о том, как применить то или иное правило, да и про правило-то не вспомнят. Это удручало. Что уж говорить про само наличие тестов по ЛИТЕРАТУРЕ?! Она вспоминала свои годы, когда надо было сдавать абсолютно каждый предмет, когда все обожали размышлять и писать… Но и технический прогресс был просто великолепным. Она мучилась в детстве от мозолей на пальцах, а сейчас клавиатуры помогали избегать этого, интерактивные доски уменьшали трату ресурсов вроде мела, а уж как нравилось детям пользоваться чем-то подобным! У неё было окно 4 уроком. Всего 40 минут, но Марина Александровна не любила праздную лень, поэтому заполняла необходимые документы, онлайн-журналы и планировала следующий урок. От постоянной работы у неё часто болели глаза. И пусть ей нравилось работать за компьютером, организм часто заставлял делать перерывы. Зрение уже давно стало падать, но только в последние года опустилось до -5. Приходилось носить очки или линзы, но и тут был большой простор моды. Сегодня же она не торопилась на работу и смогла нацепить линзы, наверное, в 3 раз в жизни. И сейчас глаза от напряженной работы уже стали чесаться и болеть. Она закрыла глаза и потёрла веки, выдыхая. Да что ж это такое. Она даже очки сегодня не захватила, а дома будет только вечером. Через пять минут женщина с ужасом осознала, что линза выпала. Слёзы перекрывали обзор, а из-за того, что глаза болели, невозможно было их держать долго открытыми. Сейчас бы не потерять вторую линзу! Марина Александровна начала осторожно осматривать стол, но всё было бесполезно. Она задумчиво осмотрелась, а после осторожно опустилась на пол и стала осматривать там. Дверь медленно отворилась, в класс зашла Соня Милинович, обернувшаяся Марина Александровна узнала её по длинной косе на плече. Улыбнувшись ученице, она села на пол, подобрав подол платья. Соня смущённо отвела взгляд. — Добрый день, Марина Александровна, я. А что случилось? Вам помочь? — Привет, Сонечка… Да вот линза выпала, такая тоненькая, прозрачная, найти никак не могу! Вроде за столом сидела, а рядом нет нигде… Вид растерянной и беззащитной учительницы вызывал лишь сильное желание помочь. Соня тут же подошла и стала зорким взглядом исследовать стол, стараясь не пропустить линзу. Она знала, что те довольно быстро застывают и после их невозможно надеть. И пусть сама девочка линз никогда не носила, но у неё была пара подруг и мама, которые частенько жаловались. Пока Марина Александровна возилась на полу, девочка достаточно быстро отыскала линзу. — Так вот же она, и на грязь не упала! Вам повезло. — Ох, мне повезло, что ты зашла, Сонечка… А, да, почему ты не на уроке? Соня покраснела и смущённо отвела взгляд. Она сперва указала на линзу поднявшейся учительнице, а после выдохнула, выпаливая всё предложение за раз. — Так как Натальи Викторовны нет, то хотела у Вас попросить прокладки. Они обычно в ящичке в кабинете информатики…. — А-а-а. Что ж ты так, заведи приложение на телефоне, чтобы в такое положение не попадать. «Мой календарь» называется. Удобная и весьма точная штука, — учительница мягко улыбнулась ей. Её не смутила проблема девочки, уж сама не раз такое переживала. А вот Соня сама на себя была не похожа, что ж, пусть её смущённое личико и прекрасно, но мучить девочку не стоит. Она достала из сумочки прокладку, да таблетку обезболивающего. — Вот, держи. Сейчас вместе пойдём в туалет, надо бы линзу промыть… Соня поблагодарила учительницу и взяла прокладку, в классе был бойлер с водой, поэтому она тут же выпила таблетку, живот болел нещадно. И пусть было стыдно обращаться к новенькой учительнице за подобным, но она не раз говорила, что к ней с любыми вопросами можно подходить. — Ох, эти линзы просто ужасны, впервые за долгое время решила не брать очки, и что из этого вышло? Ужас. Кстати, — Марина Александровна осторожно промыла линзу под тонкой струёй воды, — тебе написать разрешение на то, чтобы вернуться домой? — О, нет-нет, не стоит… Девочка скрылась в кабинке, а учительница ещё какое-то время мучилась с линзой, а после ушла в класс.