Мама-слэшер — горе в семье

Будильник прозвенел ровно в восемь. Я вздохнул, отключил его и, с головой накрывшись одеялом, снова прикрыл глаза. Не хочу идти в универ. Это же надо было вчера так промахнуться. О, такой активности в переписке группы еще со времен первой сессии не было. Какой только реакции не было: и вполне ожидаемое «фу, пидор», и чуть более толерантное «хм, а я и не догадывалась», пару человек восприняли это с юмором «мы рады, что ты нам доверяешь» и один… Паша, чтоб его. Я сообщение пару раз перечитал. Он тоже отреагировал. В личку. «Я подозревал, что ты из нашей команды, бросай своего неопытного и давай встречаться. Уж я так точно в этом деле не чайник ;)» «Я, пожалуй, останусь в прежних отношениях», — я отправил ответ и поспешил позвонить Алине. Должен же я был ей это объяснить. — Алло, Алин… — Все нормально, — перебила она, не дав мне сказать. — Я твою маму знаю. Милый подарок, — смеется. Я понял, что хоть тут все хорошо. Диме я уже не посылал сообщение, боясь, что опять отправлю куда-нибудь не туда. — Сергей, — заходит мама в комнату. — Подъем. Университет никто не отменял! — стягивает одеяло. Нехотя поднимаюсь. Маме я о своем провале не расскажу, а то пойдет еще разбираться со всеми, с нее не убудет. Через полчаса уже стою на улице, сетуя на то, что не курю. Сейчас я прикончил бы минимум пять сигарет. Ох, эти нервы. — Ты чего так рано? — светится Дима от радости, прикрывая шею шарфом. Понятно, что он там скрывает, радует, что время года соответствующее, и парень не выглядит странно. — Я вчера так лоханулся… — Интригует. — Вот, — открываю фотку на телефоне. Стирать ее уже просто бессмысленно, все равно не поможет. Поворачиваю телефон экраном к другу: — Это мне мама вчера подарила «для нас». — Хм… — вглядывается в фото. — А твоя мама в этом разбирается, — задумчиво. — В смысле? — удивляюсь. — Хорошие презики, — смеется. — И смазка одна из лучших. Смотри как волнуется, чтоб сыну комфортно было, даже шар… — затыкается, поняв, что мы стоим у моего подъезда. — А чего вчера не похвастался? Тебе же оно не надо, я б забрал кое-что, — с азартом смотрит на фото. — Так я и хотел. Я и похвастался, — вздыхаю, открываю переписку и снова отдаю телефон Диме. — Читай. Увидев, куда ушло сообщение, он начинает ржать, продолжая читать некоторые сообщения вслух. — Ничего страшного, взрослые люди же, смирятся. — С чем?! — вскрикиваю. На фиг мне не надо, чтоб они с моей голубой ориентацией мирились, особенно если учесть, что я нормальный. — Та не парься. Ты же с Алиной. Они забудут про фото, — уже чуть серьезнее. — Про такое — не скоро, — очередной вздох. Ладно, все это не важно. — Мне Паша написал. В личку. Предложил встречаться, — пытаюсь говорить негромко, мы же по улице идем. — Подожди, это который Коваль? — удивляется Дима, киваю в ответ. — Никогда б не подумал… А ты? — любопытствует. — Согласился, блин! — нервно. Он что, реально думает, что тут есть варианты? — Сказал, что хотел бы остаться при прежних отношениях. — Зря, — у меня глаза чуть из орбит не повылазили. — Ну, а что? Он вроде парень симпатичный, я б не отказался, — улыбается. — У тебя парень есть, — безоговорочно отрезаю его фантазию. Не совсем уверен в любвеобильности друга, но вдруг он чересчур полигамен. Дима в ответ бросает «Да знаю я» и переводит тему. Колю сегодня мы встретили уже в здании и, успешно передав Диму в его владения, я отправился к себе. Пять метров до двери — ощущения будто в первый класс иду: и страшно до дрожи в коленях, и надо, никуда не деться. Так… из человек 15 вроде совсем отрицательно отреагировали два и те особо на пары не ходят. Больше чем осуждение одногруппников моей несуществующей неправильной ориентации, меня волновал Паша. За три года я знал только одно — он умеет добиваться цели. Не даром в свои двадцать один у него уже есть какой-то небольшой собственный бизнес, какой именно — я не знал. — Доброе утро, — здороваюсь со всеми, улыбаясь. Да даже если бы я действительно был голубым, какая мне разница на мнение этих людей! — Привет, — подбегает Алина, как всегда обнимая. — Уж не сомневаемся, что доброе, — с издевкой говорит Саша. — После такой-то ночи, — смеется. Игнорирую его выпад. Ну, объяснять, откуда это все взялось и для каких таких «отношений» надарила мне подарков мама, не хотелось. Потому что предложение «Моя мама — слэшер» повлечет за собой гораздо больше вопросов, чем эта простая фотография. — А ты правда гей? — не очень верит в информацию к вчерашней фотке Катя. — Нет, я не гей, — спокойно, но довольно громко, чтоб все поняли — это ебанная случайность. — Это все выходки моей мамы, — интерес к моей персоне резко уменьшается. Хм… неужели так быстро поверили? Может, Дима был прав, и все они действительно взрослые люди, необремененные такими проблемами, как чужая ориентация. Облегченно выдохнув, иду с Алиной на любимое место. — Надо поговорить, — подходит на следующем перерыве Паша. — Пойдем. Киваю, поднимаясь. Так, надо ему все четко и ясно объяснить. Заводит меня в какой-то Богом забытый угол нашего корпуса, и я невольно думаю, что это может закончиться плачевно для меня. Но все оказалось прозаичнее — тут нас не услышат и не увидят. — Так как насчет моего предложения? — чувствую, как он медленно приближается ко мне. — Обещаю, ты не пожалеешь, — улыбается. А улыбка-то: зубы белые, идеально ровные. Да и сам парень внешне действительно симпатичный, как и оценил его Дима. Был бы я геем, вполне бы мог согласиться. — Я натурал, — твердо. — Ой ли? — еще больше скалится и максимально близко приближается к моему лицу, выдыхая в губы: — Проверим? — почти касается моих губ, как я резко дергаюсь, отталкивая его от себя. — Паш, ты меня не интересуешь. У меня уже есть отношения, — взвинчено, сжимая кулаки, еще одно его поползновение в мою сторону, и я за себя не ручаюсь. — Неужели я хуже Соколова? — недоумевающе, все еще не веря в мой отказ. — Да причем тут Дима?! Я Алину люблю. — Себе-то хоть не ври, — вздыхает Паша. — Подумай еще над моими словами, я буду ждать ответ, — снова делает шаг ко мне. — Могу помочь с выбором. — Еще шаг и я тебе врежу, — уверенно, наши силы примерно равны. — Даю тебе пару дней, — отходит, — но помни, по истечению срока я… — Превратишься в тыкву? — меня слегка расслабило, когда он отступил. — Нет, больше ждать не буду, — опять улыбается, как-то недобро сверкая глазами, и уходит, оставляя меня в недоумении. Надеюсь, по истечению этих пары дней он меня не изнасилует. Подавляю в себе нервный смешок и возвращаюсь в аудиторию.