Мама-слэшер — горе в семье

Успешно дожив до выходных без происшествий, я с еле сдерживаемым смехом наблюдал за тем, как папа возвращается с рыбалки. — Соня! — сразу с порога горланит он, и мы с мамой спешим на крик. — Что такое? — невинно хлопает глазами мама, но мы-то все знаем, что она все понимает. — Я сколько тебе раз говорил, что мы с Ваней друзья? — сердито, доставая что-то из сумки. — Что это? — вытаскивает пачку презервативов. Не 3, не 6, а целых 12! Это же как мама уверена в папиной мужской силе! — Даже не знаю, как объяснить, — давит смешок мама. — Тебе за 40 уже, должен бы знать, что это през… — Я знаю! — обрывает папа, разуваясь и ставя ведро с рыбой на пол. — Зачем они нам с Ваней на рыбалке? — Чтобы вы согрелись, холодно же, — улыбается мама. — Там еще кое-чего было, нашли? — Нашли, — обреченно выдыхает папа и я, вспомнив мамин недавний «подарок», начинаю понемногу подозревать, что таких комплектов у мамы было несколько. — А книжки, случайно, не было? — смеюсь, пытаясь понять, как маме удалось все эти вещи поместить в папин рюкзак незаметно. — Книжку мы уже с дядь Ваней давно прочли, — отмахивается. — Да ну?! — удивляется мама. — Я верила! Верила! — аж прыгает на месте. — Надеюсь, вы уже применили что-нибудь на практике? — не понимаю маминой радости. В чем смысл делать из мужа гея? — Соня, я тебе уже сто раз говорил, что я нормальный, — папа даже не злится, уже надоело. — А зачем тогда… — Ты нам ее раз десять всучивала, вот мы и решили проверить, что там такого интересного! Абсолютно ничего, — быстро отвечает папа и, забрав рыб, уходит в ванну. — Эх, — вздыхает мама, поворачиваясь ко мне. — Ну, раз папе не пригодились, держи, тебе будут, — отдает презервативы. Молча забираю — не самый худший мамин подарок. Звонок в дверь. — Ты кого-то ждешь? — Нет, — мотаю головой, хочу уже ретироваться обратно к себе в комнату, но мама за пару мгновений успевает и посмотреть в глазок и распахнуть дверь. — Здравствуйте, — слышу знакомый голос и, с трудом подавив желание скрыться у себя в комнате, останавливаюсь. — А Сергей Белик тут живет? — Тут, — слышу мамин ответ, который как каменная глыба, буквально раздавливает меня. — Привет, — поворачиваюсь к гостю. Ну конечно, кто бы сомневался — Паша. Весь такой прилизан, выбрит, одет с иголочки в костюм темно-синего цвета. Не удивлюсь, если в руке, скрытой от моих глаз маминым телом, какой-нибудь букет роз. — Привет, — улыбается как пару дней назад. Интересно, когда он уже поймет, что на меня эти его улыбки не действуют. — Можно пригласить тебя на свидание? — крутит ключами от авто. — Н.. — Он согласен! — перебивает меня мама. — Одну секундочку, — оставляет Пашу одного, забирая меня в комнату. — Кто этот прелестный мальчик? — готов поклясться, что вижу в ее глазах, как мы с этим «прелестным мальчиком» уже используем то, что не пригодилось папе на рыбалке. — Одногруппник, — коротко, уже начиная ненавидеть маму вместе с ее увлечением. — А как же Дима? Он же любит тебя! — волнуется мама за Соколова, совсем не понимая, что не я тут якобы сердце другу разбиваю. — Вообще-то, это ты согласилась, — огрызаюсь. — Точно, — осознает мама. А вот на нее походу «оскал» Паши подействовал. — Но он такой красивый… может… — Нет, — бросаю и выхожу и комнаты, чтобы сказать все Паше. Пусть лучше мама думает, что я с Димой встречаюсь, чем это… Там хоть моя гетеросексуальность не находится в опасности. Легко надавливаю Паше на живот, выталкивая его из квартиры, и выхожу следом, прикрывая дверь, оставаясь у нее. — В тапках пойдешь? — весело. Даже на мгновение становится жалко парня, я думал, он меня в темном углу прижмет и оприходует, а он вот покататься предлагает. Хотя, с чего я взял, что нельзя на машине увезти в даль дальнюю. — Я не пойду. — Но твоя мама… — Она у меня повернутая немного… — задумчиво. — Ну, сам фотку видел. — Ну, хотя бы одно свидание. Даже не свидание, просто время провести, — немного отчаянно. Странно, пару дней назад он мне казался страшным, а теперь совсем не излучает той ауры. — Паша, — вздыхаю, — ты правда неплохой парень. Но я натурал. На-ту-рал, — произношу по слогам, пытаясь донести до него эту простую истину. — То есть, точно нет? — в последний раз, судя по интонации, спрашивает Коваль. Киваю. — Жаль, — и резко подается вперед, не говоря больше ни слова, прижимает меня к двери, хватая за ворот домашнего свитера, и целует. Хвала Богам и моей реакции, он успел только коснуться губами. В следующее мгновение парень уже потирал ударенную мной скулу, а я сильнее сжимал кулаки, готовясь снова врезать. — Ладно, понял, — вздыхает. — Да неужели?! — грубо. — Уходи! — говорю и, совсем не смотря на Пашу, сразу же скрываюсь за дверью квартиры. Блять. Блять-блять-блять… Другие слова в голове просто не проскакивают. — Ну как, поговорил с мальчиком? — выходит мама на хлопок двери. — Поговорил, — немного в прострации, а потом, осознав корень всей проблемы, выдаю: — Я больше от тебя подарки не принимаю! — Сынок, ты чего побелел? — уже чуть более взволновано. — Неважно, — снова звонок. — Я что, неясно сказа-а... — затыкаюсь. Вопреки ожиданиям, в дверях стоял не мой сегодняшний кошмар, а Дима. — Привет. — Мне показалось или только что отсюда вышел Коваль? — сразу переходит парень к интересующей его теме, не тратя время на приветствия. — Не показалось. — И? — сам проходит без приглашения. — Пиздец, — выдыхаю. Только хочу рассказать, как осознаю, что рядом мама и если она услышит о том, что произошло под дверью нашей квартиры, Пашу она, несомненно, догонит. Не известно правда с какой целью: добить, так как ее сынок, то бишь я, — уже занят, или вернуть, чтобы он закончил начатое. Вспомнил и меня передернуло. — Не тут, — иду в комнату, Дима за мной. Там уже вкратце рассказываю Соколову обо всем случившемся. — И как тебе? — улыбается друг. — Никак! — вскрикиваю. — Он же пар… — смотрю на Диму, улавливаю в глазах нотки оскорбления. — Мне как-то девушки больше по душе. — Ладно, — повезло, что друг легко съезжает с неприятной мне темы. — Ты ему хоть врезал? Или мне его догнать и… — Врезал, — немного улыбаюсь, довольный собой. — Так, а чего-то я пришел… — вспоминает, наконец. — Подарочки покажешь? — скалится. — Да забирай все не рассматривая. И это тоже, — кидаю в пакет утренний мамин презент. Вещь, конечно, нужная, но вдруг все ее подаяния имеют голубую энергетику, которая будет привлекать ненужное мне внимание. — О, премного благодарен, — смеясь, запихивает в рюкзак пакет. — Кстати, мы с Колей приглашаем тебя завтра в клуб. — Надеюсь не в… — с опаской начинаю, такое чувство, что сегодняшний день явно проходит под ЛГБТ-флагом. — Нет, в обычный, и Алину бери, будем праздновать. — Что? — в голове пролетают возможные события, но не одно из них не приходится на воскресную дату.  — Днюху Гордеева, — расплывается в нежно-влюбленной улыбке Дима. — Юбилей же. — И что ему подарить? — ненавижу выбирать подарки. — О-о-о, — тянет Дима, — не волнуйся, — прижимает рюкзак к себе. — Ты уже все подарил, — смеется. — О, пора, — прочитав пришедшее сообщение, подрывается Дима. — До завтра. — Пока, — не провожаю, сам найдет выход, чай далеко не в первый раз у меня, сам в это время уже набираю сообщение Алине с предложением о встрече. Во-первых, мы давно никуда не выбирались, во-вторых, надо рассказать о клубе, а в-третьих, забыть этот эпизод с Ковалем.