Мама-слэшер — горе в семье

Я моментально примчался к Соколову, так как говорить со мной по телефону он отказывался. Когда увидел его, сразу понял почему: Дима был бледен, а его речь — тихая и испуганная. — Ты его давно видел? — сразу к делу. — Три дня назад, — отвечает и набирает номер Гордеева, с первой секунды включив громкую связь и положив телефон на стол. Из динамика доносится ровное «Абонент временно не доступен или находится вне зоны доступа», фраза повторяется три раза и Дима сбрасывает. — Так со вчерашнего обеда. До этого просто вызов шел. — Значит, сел, — делаю очевидный вывод. — А зарядить?! — с нескрываемой нотой истерии. — Может, нет возможности? — Потому что его похитил и связал маньяк? Надо идти в полицию! — настроенный исключительно на это, Дима подрывается с места. — Да погоди ты! — успеваю крикнуть раньше, чем Соколов начинает надевать куртку. — Ты дома у него был? — спокойно. Сам начинаю переживать, но судя по панике Димы, нельзя ему показывать, что его волнения могут быть не напрасны. — Да. Его там нет. — Ты уверен? — тихо. — Может быть, он спал и не слышал? — Сергей, — глубоко вздыхает, — мы не первый год вместе, — и пока мой мозг принимает эту информацию с удивлением, он добавляет: — У меня есть ключи от его квартиры. Там пусто. А вдруг его избили… и изнасиловали в каком-нибудь темном переулке… И теперь он… — Так, спокойно! Он жив, цел и здоров, я уверен. Еще есть варианты? — Да. Он сбежал от меня… — как-то слишком обреченно. — А эта бредовая мысль у тебя откуда?! — я так удивился, что не стал сдерживать эмоции. Сбежал? Коля от него? Да у них же идеальные отношения! — Я… Ты будешь в шоке. — Ну? — он что ему, предложение сделал и тот испугался? — Я предложил ему… — начинает Дима. — Да неужели?! — Что неужели? — не понимает друг. — Неужели ты ему предложил пожениться? — я даже немного восхищен. — В России? У нас запрещены такие браки, если ты помнишь. Нет, я предложил познакомить его со своей семьей. — Они ж знакомы, — не понимаю. — Твоя мама ему даже всякие пироги иногда передает. — Ты не понял. Познакомить не как с другом. Как с моим парнем. — Ты рехнулся?! — уже представляю, как один из пирогов тети Оли летит в несчастного Гордеева. — Во! И он так сказал… И пропал… — Дима оперся спиной о стену и медленно начал сползать. — Зря я, наверно… — Спокойно. Мы его найдем. Его семья? — вспоминаю, что он живет один, значит, может уехать в гости. — В соседнем городе живут, конкретнее не знаю. Я их даже не видел ни разу. Он бы сказала мне, что уехал. — Поехали к нему на квартиру, — непоколебимо. — Ты что, не слышишь?! Я. Там. Был, — уже злясь на меня. — Мы не его будем искать. Будем играть в детективов. Номер или адрес родителей. — А если… — Успокойся уже и мысли трезво! Если не найдем, подключим мою маму! Знаешь, как она профессионально находит геев! — улыбаюсь, пытаясь шутить. Дима в ответ только издает нервный смешок. — Собирайся. Он снимает куртку с вешалки, а из комнаты выбегает его младшая сестра. — Дим, — такая забавная, с кривыми хвостами, сразу видно, кто заплетал. — А Коля скоро придет? Он мне обещал котика слепить, — прижимает к себе пластилин. Смотрю на друга, а он, кажется, сейчас сольется со стеной. — Катюш, — присаживаюсь рядом, — давай я помогу? — Нет! — прячет пластилин за спину. — Я помню твоего кота, — ну получился у меня когда-то кот с рогами и красными глазами, но я же не специально. — Дим, телефон! — внезапно понимаю, что с кухни доносится мелодия его мобильника. Друг вслушивается в звук и резко бежит на кухню, чуть не врезавшись в угол. Иду за ним и вижу, что он сидит за столом и слушает голос в телефоне. И с каждым словом напряжение на лице Димы становилось все меньше. — Да не буду я этого делать, если не хочешь! Только не пропадай так больше, у меня чуть сердце не остановилось, — вздыхает. — Приезжай. Катя ждет, ты ей обещал что-то слепить, — чуть улыбается и тихо добавляет: — Я тоже жду. — Коля? — спрашиваю, не сомневаясь в ответе. Соколов кивает в ответ, улыбаясь. — И я тебя, — отвечает в телефон и завершает разговор. — Ну? — в нетерпении спрашиваю, интересно же, почему так. — Да, как я и думал — он испугался, — тон Димы стал намного веселее. — Я пообещал ему этого не делать, но я знаю, мама все поймет! Я не отступлюсь от этой мысли. — Чтоб он опять сбежал?! — кажется, его ничему жизнь не учит. — Нет, в следующий раз я все продумаю, — улыбается шире. — А теперь мне пора, он через час в городе будет, надо встретить. Ты был прав, у родителей прятался. — Тогда я домой, держи меня в курсе своих бешеных событий, ок? — собираюсь и ухожу. Пусть у них все будет хорошо. --- Месяц пролетел как один миг, кажется, еще вчера Дима сидел у себя на кухне и истерил по Гордееву, еще вчера мы с мамой наблюдали за собственной аферой в кафе, надеясь на будущие отношения Тима и Коваля, еще вчера я катал Диану на спине. А сейчас мы сидим в пиццерии и пытаемся сделать тройное свидание. Замечательное тройное свидание у нас вышло: пять парней и одна девушка. Сидим, болтаем, пытаемся выбрать пиццу. — Я эту не буду, — по-детски психует Тим, — она с креветками! — Хочешь, я их повынимаю из твоих кусков? — смеется Коваль, чуть наклоняясь ближе к нему. — А может эту? — предлагаю я, указывая пальцем на самую, судя по её картинке в меню, мясную. — В ней халапеньо! — Тим опять против. — Я не хочу потом пародировать дракона и кричать официанту «Быстро принесите мне молочный коктейль!» Поверьте, быстро он не принесет, — последнее он произнес, уходя в мысли на пару секунд. — Да ладно тебе, Тим, — все же то, что они оказались друзьями, шло только в плюс, — весело же было, — смеется, — видел бы ты себя. Может эту? — указывает на Маргариту. — Пицца без мяса?! Извращения какие! — я почти уверен, что у Димы дернулся глаз. — Лучше сразу меня убейте. Единственный среди нас, кто никак не принимал участие в наших обсуждениях — это Гордеев. — Коля, а ты чего молчишь? Выбирай, — улыбнулась Ди, чуть поворачивая меню к нему. — Вам не понравится, — спокойно отвечает, даже не взглянув. — Это почему? — Тим перестал листать второе меню и поднял голову. — Да он Гавайскую закажет, — смеется. — Мне эти ананасы скоро сниться будут, практически только ее и едим. — И это мой вариант извращения? — удивилась Ди. — Так, — прервал нас Паша. — Предлагаю заказать три пиццы, а там бессовестно пробовать друг у друга, — усмехнулся Коваль и закрылся меню с Тимом. Я почти уверен, они там целовались. Вот смотрю на них и нарадоваться не могу, что моих рук дело. Ну, и маминых. Надо, кстати, попросить их потом сфотографироваться для мамы. Гордеев тем временем нагло завалился на плечо Димы — начинаю замечать, что их в последнее время мало колышет мнение окружающих — и смотрит в меню без интереса. — Ди? — поворачиваю голову к девушке, а ей вообще это меню не сдалось. Она только взгляд с одних на вторых переводит и лыбу давит. Выражения лица — будто она в раю… Хотя, для слэшера эта ситуация наверно и есть рай. — Па-а-а-арни, — заискивающе тянет, а потом берет в руки телефон и фотографирует сначала одних, потом вторых. — Как же я вас люблю! Надо Инне и Насте показать! — сразу начинает грузить фото в вк. — Ди, — мягко отбираю телефон, — сначала выбери пиццу, потом похвастаешься. Она очень быстро пробегает меню глазами, выбирает что-то довольно вкусное, и, отобрав телефон, отправляет фото. После пиццерии расходимся кто куда. Паша с Тимом уезжают на машине Коваля, неизвестно, правда, куда. Зато точно ясно куда эти двое. — Кхм-кхм, — прерываю их занятие, когда замечаю, что Диана уже начала снимать, — вы как бы на улице. — Ночь, парковка пустая, — смеется Дима, — а он такой милый, что я не удержался. — Идиот, — тихо и совсем беззлобно комментирует Гордеев. — Йии! Я покажу это тете Соне! Ей точно понравится! — да, с моей мамой они сдружились на фоне общих интересов. — Едем к тебе! — Мамы нет дома, у нее с тетей Леной ежемесячный ночной марафон гей-фильмов. Сегодня, вроде, какой-то английский сериал про стариков… — судя по искрам в глазах Ди, сериал она узнала и не прочь была присоединиться к ним, но, через полминуты размышлений ответила: — Тогда тем более поехали к тебе, — и, становясь рядом, чмокает в щеку и проводит рукой по спине, а потом целует в губы. — Вы вообще-то на улице! — просто ржет Соколов. Я отрываюсь от Ди и прощаюсь с друзьями, а потом мы садимся на автобус. Дома, как и ожидалось, никого не было. — Чая? — я же гостеприимный хозяин. — Сереж, — подходит ко мне со спины, обнимает, — какой чай? — шепчет в шею, целует. — Завтра попьем, — опускает руки к ремню и начинает расстегивать. Поворачиваюсь к ней и, не говоря ни слова, сразу целую, она перемещает руки и теперь крепко держится за мою шею. Подхватываю ее под колени и несу в комнату. Действительно, какой чай, когда есть другие, намного увлекающие занятия. Утром иду за завтраком, а на выходе из кухни встречаю маму. И на секунду так и застываю перед ней в трусах, пытаясь понять, нужно ли объясняться. — Привет, мам, — тяну лыбу. — Привет, — мама подходит и, чтобы не уронить мои утренние творения, аккуратно целует в щеку. — А там?.. — мама не успевает закончить, так как ей навстречу выбегает Ди в моей футболке и шортах, до чего ж нелепо и смешно. — Здрасте, теть Сонь! — улыбается во все 32. — Я вам сейчас такое покажу, пойдемте, — и они уходят в мою комнату. А я стою с подносом в руках и пытаюсь сделать выводы, но получается только один: теперь у меня на горизонте маячит четыре гея и два слэшера, а мне почему-то все равно и даже немного нравится. Наверно, не стоило есть эту пиццу с ананасами.