Красная нить судьбы

      Прежде чем обрести светлое будущее, нужно опуститься на дно, чтобы затем взлететь высоко в небо, гордо расправив крылья.       Крон никогда не оставит ни один из существующих Миров, так же как и Эрос. Любовь навязала ему связать свою жизнь с землёй, имя ей — Гея.       Настойчивые пальцы сжимали тонкую шею, совсем не послабляя твёрдой хватки. Даже после вопроса профессора, Рон не останавливался на содеянном им ранее преступлении, а всё так же пристально наблюдал за испуганным лицом врага, сладостно наслаждаясь превосходством над сложившейся ситуацией. Ему явно приносило удовольствие видеть покрасневшее лицо и слышать хриплый возглас Драко. От этого он невольно улыбнулся, выдыхая скапливающийся кислород на скованное от его действий тело пленённого.       — Вы не собираетесь его отпустить, мистер Уизли? — как-то саркастически поинтересовался профессор, подходя как можно ближе к месту произошедшего конфликта. — Или же вы хотите закончить всё здесь и сейчас?       Рону показалось заманчивым предложение Снейпа, но что-то всё же не давало ему покоя в этот момент. Мысли о том, что, возможно, чувства, которые он испытывает довольно продолжительное время к этому холодному и лицемерному человеку, и есть любовь?!       Резко оторвав гриффиндорца от почти задушенного им мальчишки, Северус со всей присущей строгостью осмотрел мутные глаза Уизли, мимолётно замечая в его теле дрожь от бушующей агрессии. Драко тут же жадно вдохнул в себя как можно больше воздуха, стараясь вновь наполнить лёгкие нужным процентом кислорода.       Интенсивно потирая место боли, мальчишка накрыл ладонью яркие отметины, появившиеся от сильных рук противника, и тут же откашлялся от кома, внезапно возникшего в пересохшем горле. После, его пальцы быстро вытерли проступившие слёзы, не давая им скатиться на оробевшие щёки.       Слегка потирая глаза, Малфой ощутил, как его тело неожиданно охватило недовольство от осознания того, что он был унижен перед деканом своего факультета.       — Вы хоть понимаете, что вы могли убить его? — приподнимая густые брови оповестил того Снейп. — Или размышление об Азкабане приносит вам удовольствие?       — Нет, сэр, — как-то вяло ответил Рон, явно осмысливая содеянную ошибку.       — Я так не думаю! — внезапно вмешался в разговор озлобленный Драко, мысленно испепеляя своего обидчика в сильном огне и после убивая его всеми известными им способами.       Рон заметно задышал быстрее, стараясь заглушить не унимающуюся дрожь. Сконцентрировав всю свою агрессию в определённую часть тела, он злобно сомкнул пальцы в кулак, смутно жалея о том, что ещё минуту назад всё же не задушил бесившего его нахала.       — Мне кажется, что тебе стоит замолчать, Драко! Ведь ты был зачинщиком и виновником драки!       — Кому здесь стоить замолкнуть, так это вам, мистер Уизли... — будто заступаясь за слизеринца, провозгласил профессор, строго приподнимая вверх голову.       — Ты первый начал всё это! Или мне стоит напомнить тебе, что ещё минуту назад ты чуть не лишил меня своими грязными руками моей драгоценной жизни?       — Довольно! — перебил того Снейп, больше не в силах слушать весь этот бред о виновнике и пострадавшем. — Вы оба, возвращайтесь к своим делам! И если я ещё раз увижу вас друг с другом, заставлю прочесть все известные мною книги по магическим отварам и зельям.       Юные волшебники синхронно, будто бы по щелчку пальцев, скривили кислые мины, заранее осознавая всю иронию, ожидавшую их в возможном исходном будущем. Но, по-видимому, лишь один из них сделал для себя какой-то вывод. Кропотливо поправив на себе чёрную мантию, Малфой с гордо выпрямленной спиною, снова облачил себя маской хладнокровия и без лишних слов поспешил удалиться от неприятного общества.       — Разве вам не нужно на урок? — вскоре оставшись наедине с мальчишкой, как-то укоризненно произнёс Снейп, внимательно осматривая конопатое лицо, на явление чего-то нового.       — Да-а-а... сэр! — будто бы только сейчас придя в себя, промямлил гриффиндорец, неумело пытаясь разрядить тяжёлую обстановку.       Больше не проронив ни слова, Рон сорвался с места и словно бладжер рванул от злополучного места, обгоняя идущего впереди Драко, вызвав у блондина некое недоумение.       Увидев, как рыжая макушка скрылась в другом конце коридора, профессор, нервно выдыхая, завёл за ухо мешавшую ему прядь чёрных волос, не прекращая при этом провожать взглядом последнего нарушителя его покоя. Когда Снейп полностью удостоверился в отсутствии подростков, он спокойно подошёл к двери в больничную палату. Длинные пальцы коснулись немного шершавой деревянной глади и, слегка приоткрывая огораживающую его от больного преграду, мужчина без лишнего шума затих на месте. Краешком уха, прислушиваясь к голосам в довольно большом помещении, невольно для себя он вспомнил вчерашний случай.       Декан змеиного факультета, наслаждаясь продолжительным дождём, прогуливался по пустому коридору, упиваясь возлюбленным и восторженным одиночеством. Неожиданно его внимание привлёк сидящий на каменной плите человек, присутствие которого будто бы прежде скрывала сама стихия.       Немного возвысив руку верх, тот самозабвенно ловил кончиками пальцев неуловимые, интенсивно льющиеся капельки ангельских слёз, навевая на Снейпа новые или же давно забытые старые чувства.       Нисколько не торопясь, ректор бесшумно прошёлся к одной из многочисленных мраморных колон, невольно узнавая в сидящем мальчишке самого проблемного ученика Хогвартса.       Намереваясь подойти чуть поближе, профессор настороженно замер, с недоверием и даже с некой злостью наблюдая за действиями парня, явно осознавая, что мальчишка зашёл на этот раз уж слишком далеко. Мгновение назад ему даже показалось, что юноша, сидящий в полутора метрах от него, словно не юноша вовсе, а человек измученный жизнью, проживший или же отживавший не один десяток лет.       Больше не в силах наблюдать за неподобающими действиями несовершеннолетнего ученика, волшебник бесшумно подошёл к нарушителю порядка, не привлекая к себе внимания. В тот момент Гарри явно не ожидал увидеть своего профессора, так как с удивлением осмотрел его с ног до головы.       «Почему ты всегда поступаешь так? Неужели я всегда был ребёнком для тебя?» — вскоре эти слова надолго поселятся в мыслях мужчины, не давая должного покоя. Ещё тогда он немного строго осмотрел нахального мальца, слегка недоумевая о значении его слов.       — Я... просто вышел подышать... — опомнившись произнёс Гарри.       Выкидывая недокуренную сигарету куда-то в сторону, юноша увидел недовольство на лице мужчины, от чего его сердце до боли сжалось в груди.       Резко поднявшись на ноги, Гарри едва ли успел зацепится за мраморную колонну, чудом избегая встречи с мокрым участком школьной террасы. Спустя мгновение Поттер почувствовал, как его торса нежно коснулись длинные пальцы, заботливо придерживая за тонкую талию. В этот миг крепкие руки мужчины как можно ближе притянули мальчишку, ощущая дрожь и температуру в немного ознобшей коже. Глаза юноши тут же сомкнулись, когда волшебник бережно прикоснулся к его щеке, а тело постепенно погрузилась в лёгкую дремоту.       Подхватывая на руки совсем уж ослабленного гриффиндорца, Снейп с небывалой осторожностью поправил спавшие на красивое лицо тёмные пряди волос, и после побрёл в палату больного.       Бережно опустив того на кровать, мужчина аккуратно снял влажный плащ с юноши и накрыл его тёплым одеялом, в надежде унять холодную дрожь. Снова поправив непослушный локон, завёл его за ухо; подушечки пальцев Северуса, только сейчас почувствовали насколько были нежны волосы Поттера.       — Пожалуйста... — сквозь дремоту прошептал Гарри. — Не оставляй меня одного...       Спустившись пальцами к щеке, Снейп невесомо, еле ощутимо провёл по побелевшей от недуга коже юноши, прискорбно осознавая, что ему нравится касаться чужого лица. Это явно настораживало профессора, ведь ещё какой-то месяц назад его глаза даже с волнением бы не посмотрели в сторону хоть и дорожащего, но всё же больше ненавистного им мальчишки.       — Северус... — одно произнесённое Поттером слово заставило слизеренца остановиться и, будто вкопанного, застыть на месте. — Я не хочу больше терять тебя... пожалуйста... — не переставая, всё бубнил и бубнил мальчишка, делая тело мужчины более напряжённым.       Не в силах сдержать в себе порыв чувств, тот плавно опустился к трепещущим губам своего ученика. Нежно коснувшись их, волшебник ощутил приятную дрожь и волнение, и уже вобрав в себя юношескую плоть, он старательно вылизал каждый, хоть и не продолжительный миллиметр чувствительной кожи.       Оборвав такой не долгий, но всё же желанный им сейчас поцелуй, с огорчением для себя Снейп понимал, что с ним происходит нечто странное.       Через мгновение, нос слизеринца учуял сладостный запах, исходящий от юного тела. Этот запах явно манил его, заставлял почувствовать себя слабым в этот момент. Тем, кем он не ощущал себя уже довольно продолжительно время в своей жизни — живым человеком.       Вовремя одумавшись от лишних прикосновений, профессор отдалился от Поттера и, снова выпрямляя спину, вернул себе былой строгий облик.       Ещё немного понаблюдав за сопящим мальчишкой, неожиданно для него самого он заметил нечто интересное.       — Детям не присуще курить, — строго проговорил он парню, будто ожидая, что тот ему ответит. — И где вы только взяли эту дрянь?!       Вытаскивая предмет нарушения, Северус Снейп бдительно осмотрел его в своих пальцах. Вскоре он понял, что догадки были неверны, а то, что он держал в своей руке, не сигареты вовсе, а небольшая, слегка потрёпанная книжечка.       С интересом осматривая находку, мужчина всё же не сдержался и приоткрыл чужую вещь. Бессовестно и без разращения листая её, он встретился глазами с немного не разборчивым юношеским почерком, подмечая для себя, что в возрасте мальчишки, его каллиграфические умения были намного лучше и совершенней.       Пролистнув несколько страниц, Снейп будто бы вошёл в ступор от осознания того, что он увидел, как прилагающееся к написанному в блокноте. С другой стороны на Северуса смотрело его фотогрофическое изображение, правда, на ней, как он сразу же заметил, ему прибавилось несколько лишних лет.       Рядом с мужчиной на движущем снимке стоял довольно симпатичный молодой человек, казавшийся профессору довольно знакомым.       Тёмные непослушные волосы, красивые большие глаза, всё те же нелепые и большие для такого личика очки. Возле него стоял ученик факультета гриффендора, никто иной, как Гарри Поттер, и именно его он так нежно, будто бы любимого, приобнимал за талию, словно стараясь уберечь от чего-то неизбежного в этом Мире.       Так же, немного погодя, профессор заметил дату в правом нижнем углу, от чего его удивлению уже явно не было границ.       Когда дело дошло до текста, написанном в блокноте, Северус выделил для себя очень интересные строки. Вскоре его глаза быстро прочли полное предложение, а после и целый абзац, и словно усомнившись в написанном, вновь перечитали его.       На едва пожелтевших блокнотных страницах было написано то, что повергло его в лёгкое недоумение.       «Во мне всё ещё живёт надежда, что однажды…» — перечитал он бегло, — «…ты так же, как и десять лет назад, сможешь нежно касаться меня своею рукою.       Возможно, хоть в этой параллели для нас с тобой, Северус, откроются невиданные нами ранее горизонты…       Где мы с тобой непременно будем счастливы, даже просто смотря друг на друга. Где мы с тобой непременно останемся вдвоём».