Красная нить судьбы

Стук неугомонного сердца на пару с потрескиванием горящих в камине дров делали сбитое дыхание юноши менее заметным и ощутимым. Пространство вокруг замедлилось, словно нарочно застыв моментом его худшего кошмара, о котором он, возможно, ещё не догадывался. Подняв руку на уровне торса, глаза цвета изумруда с печалью в полумраке осмотрели дрожащие, испачканные в багровые тона руки, с трудом сдерживая в себе рвотный порыв. До его носа донёсся неприятный металлический запах зловещей жидкости, от следов которой «профессору» хотелось избавится в сию же секунду, что он тут же неуклюже постарался сделать. — Больно? — Низкий тембр неизвестного в одно мгновение заполонил все мысли Поттера, становясь чем-то навязчивым и невыносимым. Тело Гарри, словно изящная статуя, застыло на месте, нарочно вслушиваясь в дальнейшие слова человека, чей голос он не слышал прежде, но который определённо казался ему знакомым, и который точно запомнится ему навечно. Алая жидкость, обволакивающая руки парня с недавних пор небольшой струёй, стекала по длинным пальцам волшебника, громкими каплями встречаясь с поверхностью пола, постепенно создавая расхристанную, незамысловатую лужицу вокруг ступнёй. Он с трудом заставил себя поднял взгляд, и посмотреть в сторону откуда ещё некоторое время назад раздался жуткий голос, и область неподалёку от него моментально стало светлее. Его губы вероломно задрожали, не осмеливаясь произнести ни слова, стоило мальчишке увидеть в двадцати дюймах от себя двоих людей скрестившихся в неравном поединке. У одного из них было явное преимущество перед мужчиной постарше, так как значительная сила незнакомца была видна невооружённым глазом. — Почему ты так поступил со мной? Неужели я так много у тебя просил? — на крик перешёл неизвестный, чей образ полностью состоял из тёмных тонов. — Я только хотел, чтобы ты оставался рядом со мной! Таинственный человек со всей присущей грубостью касался ворота мужчины, сидящего на старом кресле, всем своим телом навалившись на беззащитного, нарочно отрезая возможные пути к отступлению. В его глазах сочился огонь из ненависти, злости и разочарования, который он вовсе не стеснялся выплёскивать на владельца дома. «Я всегда…» — неожиданно для себя самого полушёпотом произнёс Поттер, и его щёки за считанные секунды исполосовали мокрые дорожки слез, стекающих на острый подбородок. — «Мне ведь тоже... всегда хотелось...» Пальцы Гарри непроизвольно сжались в области сердца, в надежде угомонить непонятно из-за чего взявшиеся беспокойные чувства, но даже после таких глупых попыток сердце не прекращало спазматически сжиматься в груди. «Почему всё обернулось так?» — Скажи мне, Северус, почему? — словно подхватив последние слова «профессора», неожиданно для него самого с таким же криком, как и прежде, полюбопытствовал неизвестный. «Северус?» Присмотревшись чуть получше к хозяину дома, одетому в тёмный халат и такие же тёмные комнатные тапочки, Поттер узнал в нём своего возлюбленного, отчего сердце мальчишки ещё сильнее скрючилось за человека, чей образ до сих пор был всем в его жизни. Будучи в весьма проигрышном положении, Снейп почему-то вовсе не сопротивлялся воздействиям и манипуляциям над своим телом, пуская все агрессивные действия преступника на самотёк. — Ты будешь гореть в аду за свой проступок! — ублюдски выпалил тот, от злости давясь собственными слюнями. Пользуясь случаям, словно когтями дикого зверя, незнакомец нанёс решающий удар в область шеи, с лёгкостью перерезая живую плоть и сонную артерию. — Не-е-ет… — смотря на то, как из бывшего декана факультета Слизерин фонтаном хлынула кровь, обезумевший мальчишка, громко крича и огибая все представшие перед ним преграды, поспешил на помощь, будто бы его действия могли хоть как-то повлиять на исход давно случившихся событий. Таинственный преступник, опешив от внезапного появления неожиданного гостя, мигом выпрямился, пряча лицо за длинными отросшими волосами. Но стоило «профессору» подбежать чуть ближе к эпицентру событий, как тот, недолго думая, пустился на утёк, всеми силами желая избежать встречи со свидетелем своего зверского убийства. — Стой! — завопил Гарри, еле удерживая себя от того, чтобы не остановиться и не упасть на колени перед трупом своего возлюбленного. — Остановись! Дистанция между ними сократилась в мгновение ока, приближая юношу к самой большой разгадке в его жизни. Кем мог оказаться убийца его возлюбленного? Почему он не использовал волшебную палочку, как это делают все маги? — Я сказал стой! — делая решающие движения, новой волной закричал он. Пачкая тёмное одеяние неизвестного кровью, «юноша» ловко повернул мужчину на себя, через доли секунд встречаясь с безумным взглядом убийцы и его хищным оскалом. Довольный вид человека, который с такой лёгкостью заставил его любимого прекратить дышать, окончательно свёл Поттера с ума, безвозвратно заполняя тело яростью. Спустя мгновения до гарриной головы всё же дошло представление о незнакомце, кому принадлежала эта улыбка, и словно по команде он отстранился от человека, которого мало вероятней ожидал увидеть на месте зверского ублюдка. — Он не стоит твоих слёз... — безумцем закричал волшебник. — Не стоит моих... Не стоит наших. Он не достоин дышать! Мальчик непроизвольно задержал дыхание, боясь сделать новых вдох, так как будто от этого действия зависла вся жизнь человечества. Всё тело онемело от шока, а его конечности, казалось бы, в разы стали тяжелее каменной глыбы. В Гарри зарождалась дикая ненависть к самому себе... — Он поступит с тобой точно так же... — Глаза убийцы наполнились слезами, а голос стал настолько тихим, что его можно было расслышать только лишь ухом прислонившись к губам врага. -...сначала влюбит... поиграет... а когда твоя жизнь станет невыносимой без него, запрет в Азкабане. Темноволосый юноша полностью обмяк в руках взрослого, неопрятного, всего заросшего мужчины, не веря собственному слуху. Первая мысль, которая посетила его затуманенную многочисленными вопросами голову: «Он врёт...» — Не может быть. Он никогда бы так... — Тогда почему ты сомневаешься? — Перебил его человек совершивший зверское преступление, и его голос стал в разы уверенней. — Говоря это, почему ты сомневаешься в сказанных словах? — Сомневаюсь? Охватив влажные щёки Поттера с двух сторон, лёгкими движениями, волшебник поднял лицо мальчишки на себя, но всё что увидел юноша, глядя на преступника, была лишь спутанная борода и длинная отросшая чёлка, как некстати скрывавшая обезумевший взгляд своего владельца. — Не будь дураком! Ты думаешь, что лучше меня? Ради нас он даже не поведёт пальцем. — Нет...ты лжёшь мне. Он бы никогда так не поступил! — Раскрой свои глаза! Он не достоин твоей любви... «Он никогда не должен был тебя целовать» Мальчишка неожиданно, словно по чьей-то команде открыл заспанные веки, синхронно приподнимаясь с больничной койки лазарета. «Сон...» Так Гарри просидел ещё некоторое время, и после сдвинувшись с места, он почувствовал лёгкое головокружение. «...каким он был? Почему я никак не могу вспомнить его» Одна лишь капля упала на холодную ладонь, прежде чем он плавными движениями руки вытер слезу, уже скатывающую по его лицу. «Как в тот раз...» Незамедлительно осмотрев мокрый след на своих пальцах, молодой юноша что-то смутно вспомнил, но всё же будто побоялся озвучить это вслух. На слеп ощупавший тумбу на наличие очков, пациент коснулся тонкого обрамления, и сразу же подхватывая такую желанную им находку, поспешил одеть их. После чего волшебник бегло осмотрел больничную палату, боясь обнаружить в ней нечто новое, но вскоре вздохнув с облегчением, всё же убеждаясь в отсутствии незваного гостя. За окном, как чуть позже заметил «профессор» уже успела вступить в свои законные владения глубокая ночь, и лишь большая полная луна, сейчас освещала довольно тихое и большое помещение, где он находился один, ярким свечением, ненавязчиво подсвечивая кровати в лазарете. С немного прикрытой форточке, едва ли задувал прохладный ветерок, постепенно снабжая палату новой дозой уличного воздуха. Слегка касаясь тёмных волос, рука Гарри прошлась по немного с пухшей ссадины, и всё ещё пульсирующему неглубокому порезу в области виска, и сам того, не ожидая скривился от боли в повреждённой им ранее левой руке. — Зачем я только снял? — Сам у себя поинтересовался тот, немного удивляясь собственному поступку. Нежно придерживая ладонью свою больную конечность, гриффиндорец только сейчас заметил на сколько сильно дрожало его тело после пробуждения. «Что же мне снилось?!» — Сам у себя поинтересовался тот, но к сожалению, как и ожидалось, на его вопрос, так никто и не ответил. Кто-то как будто нарочно стирал все упоминание из памяти, стремясь остаться нераскрытой тайной для глаз. — Как будто что-то важное забыл... Взяв себя в руки молодой волшебник освобождая немного озябшее тело от тонкой светлой простыни, немного прижал ушибленную руку к плоскому торсу, надеясь хоть приглушить неприятные ощущения и ноющую боль. Плавно повернувшись к окну и встав со скрипучей койки, его ступни встретились с холодной каменной поверхностью пола, перенимая ими, и после поглощая весь холод глади. Приснившееся сон, которого он даже не помнил, словно чья-та злая шутка, никак надавал ему покоя, и вряд ли Гарри размышляя о содержимом сновидения смог бы расслабиться и повторно уснуть. Юноша не успел опомнится, как ноги будто сами привели его к выходу из палаты, после чего приоткрывая двери он вышел и побрёл по неизменно-тёмному полуночному коридору, совсем не замечая, что с того самого момента, как Гарри вышел с палаты, его присутствие отнюдь не было одиноким. Тёмные глаза, цвета вороного оперения жадно с неким недоверием осматривали хрупкое тело молодого волшебника, передвигаясь синхронно с шагами своей жертвы, всё так же оставаясь не замеченным. На половину освещённые тусклые стены, и большие многочисленные картины, отражали жуткие тени, от отбрасывающих горящих свечей, тут же вырисовывая на себе нечёткие очертания нечто неземного и волшебного. Только можно было услышать, как где-то впереди раздавались ели уловимые цоканья крысиных когтей, которые незамедлительно устремлялись в бегство, стоило мальчишки ещё хоть на дюйм приблизится к трусливым созданиям. Осторожно, как можно тише, преодолевая свой путь вместе с Гарри, слизеринец прижимал к плащу недавнюю таинственную находку, которую он как раз направлялся вернуть его владельцу. И упиваясь моментом преследования, наслаждался каждым движением своего неугомонного воспитанника, всё так же неизменно соблюдая большую дистанцию между ихними поступями. Резкая смена характера, пагубные привычки, и в добавок ко всему загадочное фото, которое возникло будто не откуда... Кто тот незнакомый для Северуса юноша, который в последнее время всё чаще заставляет его подолгу задерживать взгляд на юношеском лице?! «Во мне всё ещё живёт надежда, что однажды ты так же, как и десять лет назад, сможешь нежно касаться меня своею рукою» — Написанные строки чужого дневника, не выходили из головы, центрифугой перемешивая все мысли, и дурманя декана факультета Слизерина новыми такими же неразрешёнными вопросами. «Убью...убью...убью...убью... Убью...убью...убью...убью... Убью...убью...убью...убью... Убью того человека, кто лишил тебя возможности жить. Разорву на клочья... Уничтожу всеми известными мне способами... Он неприменно пожалеет о том, что отнял тебя у меня!!! Его поступок не останется безнаказанным!!!» — Эти строки особо застряли в голове Снейпа. Что они означали? Неужели это глупая шутка подростка? Или же нечто иное, то что ему не под силу было понять самому, или же просто поверить сметливости. «Прошу хоть ещё один раз, позволь мне увидеть его... Коснутся его тёплой щеки. Почувствовать его прикосновение на своей коже. Я не могу больше так жить... Я хочу быть частью его жизни... Растворится...нет быть единым с его дыханием...» — Неужели я сдался, потому что мне просто достаточно видеть его?! Или может быть я боюсь? — Неожиданно нарушил тишину гриффиндорец, почти лбом упёршись в громоздкое окно, оставляя своё дыхание на одном из тысячных стеклянных гладей Хогвартса. Оставшись в тени тёмной части замка, Снейп вслушался в тихий голос мальчишки, но к сожаление расстояние было слишком значительное, для того, чтобы он смог разобрать хоть одно слова проговорённое им ранее. — Боюсь? «Но чего?» Невесомо касаясь мозаичного необычного стеклянного фасада выложенного в виде ангела, «профессор» обратил внимание на то, как красиво в свете полной луны поблёскивали разноцветные яркие стёклышка, отбрасывая пёстрые краски на тусклый пол, делая его красивым, неземным. «Если подумать, для чего я решил вернутся в прошлое?! Мои попытки... Их нельзя назвать удачными. Ведь только сейчас я понимаю, что на самом деле всё это время я ничего не предпринимал, чтобы снова оказался рядом с ним...» — Когда я стал забывать об этом? Гарри затаил дыхание наслаждаясь ночную жизнью волшебного замка, который с детства стал ценнее ему всех сокровищ мира. Его тело продолжали рассматривать, и будто изучать под микроскопом, но он был слишком погружён в себя для того, чтобы заметить, или же почувствовать это. Смотря на искажённое отражение, Поттер без эмоционально оглядел себя с ног до головы, и проанализировав самого себя, отвёл взгляд, скрываясь от бдительного взора ангела. «Почему я так поступил?» — Но вскоре опешившись от собственных слов, с большим удивлением переспросил сам у себя: «Поступил как?...о чём я?» Аккуратными движениями поправив немного спавшую чёлку и заведя локоны за ухо, неожиданно он уловил тихие шаги, направляющиеся в его сторону. Тело парня тут же онемело от страха, стоило ему почувствовать на своей груди чужие руки, без разрешения заключившие его в крепкие объятия. Едва ли вернувшись в реальность, Поттер осторожно всмотрелся в отражение ближайшего прозрачного окна, будто бы опасаясь увидеть в нём нечто неземное. — Что ты делаешь Малфой? — Не веря собственным глазам всё же уточнил юноша, сглотнув обильно выделившуюся слюну. Но стоило Драко немного сильнее вжаться в его спину, как с бледных губ ученика сорвались стоны боли, который он неуклюжа скрыл за скрежетом зубов. Он чувствовал неспокойное сердцебиение змея, такое же, как и у него самого. Чужое тревожное, местами отрывистое дыхание, ложилась на белую ткань, после пробираясь под неё, и разнося мурашки по всему телу. — Почему ты здесь в такой поздний час? — Поворачиваясь в сторону своего личного врага, всё же поинтересовался грифиндорец, но аристократ то ли не услышал, или же специально проигнорировал заданный ему вопрос. — Ей ты слышишь меня? Коснувшись пальцев слизеринца, Гарри ощутил весь холод и дрожь бледной кожи, и содрогнулся, перенимая частицу чужой прохлады на себя. После чего недолго думая, он резкими движениями грубо разомкнул нежеланные объятия, своими действиями отстраняя светловолосого как можно дальше. — Убери свои руки! Я не хочу чтобы ты касался меня! Стоящий напротив Драко вовсе не подавал никаких признаков жизни и, если бы не изредка трепещущие бледные губы, его можно было бы с лёгкостью спутать с мертвецом. — Что с тобой? — Явно настораживаясь резкой сменой сущности блондина, поинтересовался Поттер, но вместо ответа, он увидел, как тело мальчишки задрожало, а бледные до этого щёки налился алым румянцем страсти. — Уходи... — Нарушая ненадолго повисшую тишину попросил Гарри, сдвинувшись с мёртвой места. Сейчас Драко для него был самым ненавистным человеком на земле. Человеком, которого он в последнюю очередь хотел бы видеть в своём окружении. Поэтому он поспешил, как можно быстрее покинуть нежеланного собеседника, оставляя того на два шага позади. Молодой светловолосый маг только сейчас поднял взгляд, останавливая своё внимание на едва ли спавшей повязки на голове соперника. Растрёпанные волосы, тонкая спина, талия, и красивые глаза цвета весенней восходящей зелени, всё это почему-то с недавних пор стало привлекать змееносца. Всё это почему-то ему хотелось сделать своим, назло всем... — Назло Уизли... — Прошипел он, жажда как можно сильнее насолить конопатому ублюдку за его недавнюю выходку. И после его слов Малфой, как некстати краем глаза заметил огненно-рыжий цвет волос, побудивший его моментально сократить дистанцию между гриффиндорцем. В грубой форме впечатывая больного к ближайшей каменной стене, и особо не беспокоясь о нанесённом увечье, холодные руки стали неистово облапывать чужое тело становясь навязчивыми и нежеланными прикосновениями. Цепкие, сильные пальцы уже забирающиеся под тонкое больничное одеяние, без угрызения совести подняли хлопковую ткань, открывая вид на юношеские красоты, и после касаясь плоского торса поднимались верх, нарочно остановившись на сосках. — Что ты делаешь? Отодвинься! – Кривясь от резкой боли в области затылочной части головы, Гарри всеми силами пытался скинуть с себя неумелые, ребяческие прикосновения. Но Драко желая причинить наблюдавшему человеку, как можно больше боли, посильнее прижался к острой ключицы пленника, непроизвольно краснея от собственных действиях и близости к плоти врага. — Отвали Малфой! Не вынуждай меня кричать на тебя! Светлый волшебник, как дикий загнанный в ловушку зверь стал извиваться под телом мальчишки, игнорируя, а может и не замечая вовсе тихий шелест чужой мантии. -Чщ-щ-щ... Будь тихим очкастый зверёныш. Нам ведь не нужны лишние глаза, верно? — Издевательски шипит слизеринец, вдыхая блаженный аромат чужого тела, и после скалясь в удовольствии. Колено змееносца упёрлось в нижнюю часть, нарочно грубо вжавшись в член Поттера, причиняя ему на сколько-то возможно больше боли, за недавно сказанные слова. Мокрый язык в этот момент неуклюже коснулся тонкой ключицы, будто огнём опаляя «профессора» ненужным вниманием. — Это намного лучше, чем я себе представлял. — Продолжал мучения блондин, коварно поблёскивая серыми глазами. — Уберись от меня! Беря в цепкую хватку ладонь увеченной руки, острый подбородок подлеца похабно приблизился к красивому лицу соперника, после чего пройдясь кончиком языка по бледноватой щеке парня, его движения стали уверенными и распутными, а желание более явным. — Это тебе за твою недавнюю выходку Уизли... — Неожиданно произнёс блондин, жадно поглощая каждый стон боли собеседника в себя. — Убери свои грязные руки Малфой! — Гулким эхом раздался чей-то голос в ночи. Неожиданно из сквозного коридора послышались неторопливые шаги, явно принадлежащие одной особе, но приближения нежеланного гостя, почему-то совсем не смутило осмелевшего слизеринца. Его предположение лишь подтвердились, распаляя и так злорадную особу больше. — Ты...ты! — Невнятно прокричал появившийся мальчишка, совсем не заботясь о том, что его голос мог достичь кого-то из профессоров или же медсестёр. Рыжеволосый парень скрививший в непонимании своё милое личико выглядел немного обескураженным и даже испуганным, заставив Драко вдосталь наслаждаться глуповатой физиономией врага. — Что вы...? Пухлые щёки Рона словно помидор налился красным румянцем, а сердце истерически забилось глубоко в груди, глядя на нелепую картину, представшую перед ним. — Как это...понимать? Уизли всегда читался для всех, как открытая книга, но сейчас его глаза нервно бегали по двум, прижатым к друг другу телам, и такая близость отнюдь не радовала его душу. Чего угодно он ожидал, пробираясь в лазарет ночью: столкнутся с Филчем или же с его противной старой кошкой, встречи лицом к лицу с преградой в виде декана ненавистного ему факультета Слизерин, или же под конец своего героического похода наткнутся на мадам Помфри. Но вместо этого, ему довелось застать, как ему казалось врасплох, одного из своего недоброжелателя, да ещё и в неловкой ситуации со своим лучшим другом детства. Пользуясь случаем, Гарри, как можно сильнее оттолкнул разгорячённого и подлого мальчишку от себя, больше не на мгновение не желая находится в змеином, похотливом плене. — Как всегда детские разборки. Нечего беспокоится на ровном месте. — Незаметно для всех потирая ноющую руку, поспешил заверить того друг, но его ответ явно не устроил Уизли, а лишь разозлил того больше. — А что ты хочешь, продолжения? — Ехидство и самоувереность так и пёрло с аристократа вопреки выводя нищебродного отродья из себя, — или хочешь поменяться с ним местами? Заверяю тебе понравится ощущения моего члена в тебе... — Закрой поганый рот, Малфой, — из последних сил держа себя в руках рявкает Рон. От нахальства пальцы Уизли словно остриём ножа вонзились в свои же собственные ладони, представляя в место них, тонкое горло в которое он хотел вцепится ради мести. В нём бурлила жажда...подчинения, унижения. — Не говори слова о которых, в скором времени, ты можешь пожалеть! Конопатый в тот час решил, что в следующий раз не упустит шанс сделать наглеца податливым трафеем собственных желаний. — Перестаньте! Не стоит впадаться в крайности! Постоянные взбучки уже давно вошедшие этим двоим в привычку, всегда злило и раздражало Гарри. Даже будучи взрослыми, при первой же встрече, они словно огонь и вода схлёстывались в безудержном поединке, и после таких разборок, не один из них не выходил без ссадин или же пракленов. — Вы оба, прекратите подымать шум! — Возгласил Поттер, через краткое мгновение, — уходите покуда нас кто-нибудь не заметил! — Да, беги, трус! Тебе здесь не рады! Гриффиндорец сам не понимал своей ненормальной зависимости к врагу, но в этот момент ему, как никак прежде, хотелось схватить и заключить нахального мальчишку в самодельную ловушку. — Я и так собирался покинуть твоё общество, нищеброт... только не думай, что я это делаю по твоей прихоти! В полумраке его тёмно-серые глаза, казалось бы, горели ярче обычного, и это поведение и взгляд никогда не нравился Рону в этом хитрой личности. Такого Драко, ему незамедлительно хотелось заставить страдать в агонии. — Ещё увидимся Гарри... — ублюдский оскал совсем не красил лицо беловолосого парня, делая его схожим с тёмным магом. — Не думай, что мы с тобой закончим на этом. Ведь мне понравилась нежность и запах твоего тела. — Назло выпалил тот, нарочно останавливая взгляд на рыжеволосом. Затем будто довольствуясь своими же словами, слизеринец словно становясь одним целым с тьмою растворился в непроглядной мантии ночи, зарождая в Уизли бездонную жажду мести. — Не стоит говорить о вещах, которые в скором времени заставят тебя пожалеть, Малфой! — Со всего голоса завопил Рон, побудивши стоящего рядом Поттера, внезапно дёрнутся от неожиданности. И после, уже понижая интонацию, добавил: — Я заставлю пожалеть тебя об этом! Так словно он позабыв о том, что с ним находился Гарри, больше ни сказав тому ни слова, чиканя шагом, агрессивно настроенный гриффиндорец направился в южную часть крыла, уже не опасаясь о том, что кто-то из больничного персонала, или же профессоров мог обнаружить его местонахождение. — Я не оставлю безнаказанным тот факт, что однажды, тебе удалось влюбил меня в себя... — Полушёпотом произносит юноша, словно в неизвестности теряясь в руинах собственных помыслах. — Зачем только приходил?! — Будто отойдя от непредсказуемого вмешательства в личное пространство двух персон, до шатена только сейчас дошёл исход недавно происходящей ситуации. В сию же минуту неизведанная тень, скрывающаяся до этого в таинственном пристанище, немного качнулась в направлении двух разменувшихся подростков, но словно передумав статный, хладнокровный брюнет, так и остался мастерски незамеченным во мраке тёмных коридоров. Изнавись сомкнув длинные пальцы на потёртой обложке личного дневника, Северус Снег подавил в себе жгучее желание вмешаться в происходящее. Но всё же какое-то странное чувство охватывало его, разогревая всё пущий интерес к одному из нарушителей школьного устава, становясь чем-то похожим на загадку. Он решил не возвращать украденную им ранее вещицу. Пускай она лучше останется в его владениях, вместе с невероятным фото из далёкого будущего.