Волчонок

      - Что это?       Едва задремавший Весемир, подавив зевок, приоткрыл глаза и посмотрел на своего воспитанника. Тот с крайне серьезным видом изучал содержимое своей кружки.       - Сок.       Мальчишка вытаращил на него глаза:       - Из чего?       - Из ягод.       - Быть не может!       - Почему?       - Сок голубой!       - И что?       - Не бывает таких ягод!       - С чего ты взял?       - Мне так Тр... - мальчишка мгновенно сдулся, опустил глаза и на несколько секунд замолк. - Не бывает их и все!       Резко выскочив из-за стола, Альвин опрометью выбежал из кухни. Весемир, смотря ребенку вслед, лишь покачал головой, в который раз за этот месяц. Не ладились у него отношения с неожиданным воспитанником, ой как не ладились.       Казалось бы, чего сложного ему, воспитавшему не одно поколение ведьмаков, найти ключик к очередному недоверчивому и озлобленному на несправедливый мир мальчишке, по воле злого рока попавшего в эти стены? Но, должно быть, старческий маразм окончательно его доконал, поскольку за недолгое время их общения он сумел растерять те минимальные крохи доверия, заработанные при первой их встрече.       И понадобилось всего ничего: лишь однажды напоить ребенка снотворным, чтобы дать его измученному организму немного оправиться после не своевременного Испытания. Мальчишка проспал тогда почти трое суток, а проснувшись отказался идти на контакт. На первых порах даже пытался устраивать голодовку, и лишь бесконечное терпение Весемира и понимание бессмысленности наказания спасли паршивца от вполне заслуженной порки.       Со временем мальчишка успокоился, перестал шарахаться ведьмака и даже начал достаточно прилежно учиться, но о хоть каком-то доверии речи не шло. Если до этого из него и можно было что-то вытянуть - так старый ведьмак узнал, что мальчишка действительно родился в Темерии, близ Вызимы - то теперь, стоило разговору так или иначе подойти к опасной черте - его жизни до появления в Каэр Морхене - Альвин мгновенно замолкал, ни в какую больше не отвечая ни на какие вопросы.       Потому ситуации подобные этой возникали достаточно часто. Правда редко доходили до столь серьезных выходок.       Все-таки плачет по этому негоднику хорошая порка! Даже с Цири в свое время управиться было легче. Или сам Весемир окончательно выжил из ума на старости лет, что не может управиться с один-единственным ребенком.       Сквозь тонкую каменную бойницу ведьмачьего замка проникали последние лучи заходящего солнца. Бросив на них взгляд, Весемир в который раз проклял свою дурную привычку, задумавшись, уходить глубоко в себя. Хоть он давно перестал выходить на большак, но расслабляться не стоило даже здесь. Ведь ни один ведьмак не умер в своей кровати старым и беззубым.       Окинув быстрым взглядом кухню, старый ведьмак отметил, что Альвин после своей выходки так и не вернулся на кухню: его обед так и остался практически нетронутым. Плохо. Упрямый мальчишка не понимал, насколько нужны ему сейчас все те витамины, которые приходилось в него буквально впихивать. Странной формы грибы, несуществующие голубые соки и прочие столь не понравившиеся ребенку добавки в привычный рацион были его единственными шансом не умереть и не сойти с ума от необратимых мутаций до Испытания медальона и даже давали возможность развить тело настолько, чтобы мальчишку можно было просто выпустить за пределы ведьмачьей крепости.       Увы, Альвин оказался слишком недоверчивым для своего возраста, чтобы есть что-то, что казалось ему подозрительным, а Весемир - слишком старым, чтобы переступить через себя и пуститься в долгое объяснение с малолетним дерзким сопляком о том, какие шаги он предпринимает для улучшения его же, сопляка, здоровья.       Впрочем, это не мешало ведьмаку, все же несколько умудренному в делах воспитания нового и обычно весьма строптивого поколения, раз за разом пытаться найти компромисс, склонить на свою сторону уговором или подкупом. Не пихать же в ребенка все насильно, в конце-то концов! Именно поэтому Весемир весьма скоро поднялся с крайне удобного кресла и, водрузив чужой обед на импровизированный поднос, отправился искать строптивца.       Тот ожидаемо оказался в библиотеке, где корпел над очередным старым талмудом. На добротном дубовом столе, знавшим, впрочем, и лучшие времена, совсем рядом лежал большой пергамент, весь исписанный аккуратным почерком мальчишки. Рядом с ним сиротливо лежал том "Гулей и Альгулей", позабытый до лучших времен: сейчас мальчишка изучал весьма полный сборник лекарственных и ядовитых трав, растущих в гористой местности. Весемир про себя хмыкнул: о предмете столь упорных поисков воспитанника вопроса даже не стояло.       Но старый ведьмак ничем пока не выдал собственного присутствия, еще некоторое время наблюдая за исследовательскими потугами ребенка: тому точно лишним не будет сейчас хотя бы поверхностно ознакомиться с этими травами, потом алхимии будет легче учить - и не переставая удивляться, каким образом Трисс - в том, что рыжеволосая чародейка приложила руку к воспитанию Истока он не сомневался - смогла выдрессировать в весьма непоседливом ребенке такую аккуратность и прилежность, когда дело касалось учебы или, как например сейчас, самостоятельного исследования. Лишь тогда, когда малец начал уже явно терять терпение и готовиться все бросить, Весемир наконец сжалился:       - Ты не там ищешь.       Альвин, так и не заметивший чужого присутствия, вздрогнул и резко поднял голову.       - Что?       - Здесь, говорю, ничего путного ты не найдешь. Возьми лучше вон ту, - ведьмак указал пальцем на старый, совсем рассохшийся фолиант, стоявший на единственной целой полке в одном из угловых шкафов - Там, если память мне не изменяет, странице где-то на двухсотой как раз то, что тебе нужно.       - "Растения редчайшие и исчезнувшие"? - с сомнением переспросил мальчишка.       - Она самая, - довольно кивнул Весемир, отметивший, что мутация глаз у мальца, судя по всему, прошла неплохо.       Окинувший старого ведьмака подозрительным взглядом, Альвин после некоторых раздумий все же достал указанную книгу и с изумлением обнаружил точно на указанной странице описание искомого растения.       - Голубой горноцвет? Но это же миф! Его на самом деле не существует!       - Почему же? - приподнял бровь Весемир в излюбленной манере и, не дав ребенку вставить и слова, продолжил:       - Растет, еще как растет. И, чтоб ты знал, совсем недалеко от нас. Буквально в шагах от той дыры в стене, что ведет к озеру.       - Но почему тогда... - даже теперь мальчишка упирался, отстаивая свое мнение до последнего.       - Почему о нем практически никому не известно? Да потому что растение это до крайности привередливое, и то, что все условия совпали у самых стен Каэр Морхена - чистейшей воды случайность. Ну а теперь, - Весемир требовательно взглянул на воспитанника, у которого, практически впервые со своего появления в этой крепости, не осталось желания спорить, - если ты уже дочитал до абзаца, где подробнейшим образом расписаны его лекарственные свойства и понял, насколько он полезен для твоего растущего организма, то будь добр, - старый ведьмак указал головой на поднос с давно остывшим обедом.       Как ни странно, но мальчишка даже не подумал воспротивиться. Несколько понуро сел и под бдительным взглядом Весемира съел все до последней крошки и даже, подумав, вынес вердикт:       - Вкусно. Весемиру, чьей сильной стороной стряпня никогда не была, было конечно приятно, но это не помешало ему до самой ночи гонять того по гулям, альгулям и их разновидностям.       Исследования исследованиями, а забрасывать учебу ему никто не разрешал.

***

      В эту ночь Весемиру не спалось. И причиной этому были вечно больные суставы. Предчувствие. Из тех, которые простой люд называет божьим откровением. В богов Весемир не верил почти всю свою сознательную жизнь, а вот своим инстинктам доверял практически беспрекословно, поэтому он даже не пытался побороть их и просто вышел на одну из немногих не успевших разрушиться башенок, откуда весь Каэр Морхен просматривался более чем хорошо и, усевшись поудобнее, начал затачивать меч. Благо ночь, не по-осеннему теплая, светлая и безветреная позволяла заниматься любимым делом, не сильно отвлекаясь от наблюдения.       Ждать пришлось недолго. Не прошло и часа, как тонкий слух ведьмака уловил новые, не принадлежащие ночным тварям, что бродят в округе, звуки: со скрипом открылась дверь. Подняв голову, Весемир с удивлением увидел Альвина, который, крадучись, почти бесшумно шел через двор. Медленно, неуклюже ребенок упрямо шел в сторону огромной дыры, оставленной на память Саламандрами. Неужели он...       - Вот холера! - старый ведьмак едва успел сдержать поток ругательств, так и рвавшихся наружу. Стремительно вскочив, он побежал за юродивым воспитанником, так желавшим, вопреки всем стараниям, не дожить и до двадцати лет.       Острый ведьмачий глаз легко различал свежие следы ребенка, пальцы привычно сложились в знак Квен, а меч был готов в момент прыгнуть в руку, чтобы проткнуть любого, кто встанет между жизнью и его хозяином. Вот только... -Ааааааааа! Панический крик заставил ведьмака ускориться. Глаза уже различали среди деревьев светлую макушку воспитанника, который все же решил включить мозги и весьма ловко увернулся от нападения неожиданно вылезшей археспоры. Этим, впрочем, он и ограничился, приземлившись не слишком удачно и явно не готовый увернуться в следующий раз. Но этих драгоценных секунд Весемиру хватило. Быстрый взмах меча - и срубленная под корень археспора падает к ногам перепуганного мальчишки. Спалив остатки растения Игни, ведьмак повернулся к Альвину:       - Ты в порядке?       Тот, все еще бледный от пережитого страха, через силу кивнул.       - Отлично. Тогда изволь мне объяснить на кой ляд ты потащился сюда после захода солнца? Что я просил запомнить о монстрах?       - Что самые опасные твари выползают наружу с темнотой, - убито ответил Альвин.       Весемиру даже не надо было смотреть на него, чтобы быть уверенным, что мальчишке стыдно. По крайней мере за глупость собственной выходки.       - Так скажи мне, какая блажь понесла тебя за пределы крепости ближе к ночи? На горноцвет хотел посмотреть?       Альвин снова через силу кивнул.       - Ну что ж, тогда иди сюда, - Весемир поманил воспитанника к неприметному кусту, разместившемуся у самых корней раскидистого дуба, - Видишь? Убедился теперь?       На мальчика было больно смотреть: тот, казалось, желал провалиться сквозь землю. Кажется, воспитательный момент удался на славу.       - Что ж, если в существовании горноцвета ты убедился, тогда давай вернемся в крепость, пока не напоролись на что-нибудь пострашнее одной археспоры.       До Каэр Морхена они добрались в полном молчании. Лишь у самого входа в залы Альвин неожиданно остановил его и, глядя куда-то в сторону, невнятно пробормотал:       - Это... Извините меня и спасибо... - мальчик резко поднял голову и, наверное впервые с его появления здесь, посмотрел Весемиру в глаза прямо, открыто. - Спасибо вам, дедушка Весемир!       И, не дожидаясь ответа, убежал в замок, а Весемир с улыбкой смотрел ему вслед. Кажется вопрос доверия был наконец решен.