Косячный игрок

После того, как полночи он провалялся без сна на футоне, парень тенью покинул комнату, забравшись на крышу. Ночной воздух приятно холодил тело, прочищал голову и настраивал на созерцательный лад. Юноша смотрел на чернильное небо, усеянное звездами, яркими и крупными или же тусклыми, маленькими. Это помогало ему успокоить пылающую в венах кровь Учиха. Изуна гордился тем, что он – Учиха. С молоком матери юноша впитал ненависть к Сенджу, а смерть братьев лишь укрепила это чувство собственным опытом. Все было правильно до того момента, как на его Пути оказался этот альбинос. Тогда он был в ужасном состоянии, а потом, когда странный мальчишка сначала загрузил его мозги, заставив их скрипеть от натуги в попытках понять, что же за чушь он несет, а потом оказался Сенджу. Древнем. Нет. С удивлением Учиха понял, что принадлежность мальчишки к враждебному Клану его мало волновала. Тобирама стал ему хорошим другом, соперником. Он не мог отказаться от этого общения, и это, в начале, его ужаснуло, заставило бросаться на него с клинком. Его пугало подобное, а, как известно, лучшая защита – это нападение. Вот и он оборонялся. Его катана неизменно оказывалась у края речки, омываемая ее холодными водами, а сам он – у ног Сенджу. Альбинос высился над ним, но не упивался легкими победами. Он закатывал глаза, устало выдыхал, но неизменно убирал старый танто в ножны, а потом в багряных глазах вспыхивали искры веселья. Хорошо, что все закончилось. Плохо, что они все еще далеки от своих целей. Учиха поджал губы. Глядя на своего брата, он понимал, что тот все еще не готов к разговору о Сенджу, тех мечтах, что успел похоронить вместе с дружбой. Его было необходимо встряхнуть – слишком уж Мадара погряз в своей обиде. Но как? Хаширама, Изуна был уверен, тоже видит это, но не предпринимает каких-либо шагов по выбиванию дури из головы пусть и бывшего друга, концентрируясь на оставшихся в живых братьях. - Изуна, - впрочем, Мадара не далеко ушел от Сенджу-старшего. – На рассвете ты со своей группой отправишься на передовую. Тебе стоит отдохнуть. - Хорошо, нии-сан, - прикрыл глаза Учиха, послушно поднимаясь на ноги. «Интересно, а что бы Мадара-нии-сан сказал, узнав, что я стремлюсь проредить Сенджу в большей мере из-за Торы, нежели братьев, отца, Клана? Смог бы он понять, раз сам был дружен с Хаширамой-саном? Хотел бы я рассказать ему, и сделал бы это, будь возможность при этом не подставить Сенджу». *** Фуиндзюцу для большинства Красноволосых Дьяволов было сродни пытке и требовало колоссальных затрат времени и ресурсов. Лишь единицы «чувствовали» печати и могли не просто создавать их, доставая из множества свитков исправленные черновики требуемых печатей и дублируя их, уже в процессе вливая чакру в связки символов. У таких Мастеров каждая печать была индивидуальной, у них не было таких черновиков. Мито вела кистью и вкладывала в цепочку фуина чакру, впервые за долгое время работая сразу на «чистую», пропустив создание черновика. Такое фуиндзюцу ей нравилось. Охваченная вдохновением, она могла понять ажиотаж вокруг этого искусства, теперь иначе не скажешь, Минато и Тобирамы. Женщина резким движением поставила последнюю спираль, завершив рисунок печати, и удовлетворенно улыбнулась. Эта красавица будет работать, и это было для нее столь же очевидно, как то, что Змей не мог убить игрока. Они ведь бессмертные монстры с абсолютной памятью. Как о таком можно забыть? Узумаки усмехнулась. Ей сказали, что он умер, она и поверила, забыв, что «Мир Шиноби» отличается от родного мира. Конечно, не одна она так сглупила, многие совершили такую ошибку, но от этого не становится легче. Был ведь человек, что не забывал об этой «незначительной детали». Шкет из Хьюга смеялся на похоронах и оставил на могиле листья пальмы. Мито не сразу поняла, что он хотел этим сказать. Желал ли он победы? А может, говорил о том, что это он одержал победу над своим Наставником? Говорил, что добился успеха? Их разговор открыл ей глаза. Бессмертные тела игроков не могут умереть, но иначе, как мертвым, нельзя описать состояние Сенджу. Что это может значить? Всем ведь известно, что тела игроков в их родном мире погибли, когда их разум, душа или все вместе оказалось в «Мире Шиноби» после последнего обновления. Исходя из этого, у Хьюги сформировалось мнение, что его Наставник «путешествует» по мирам. И, скорее всего, ему вдогонку вручили мудреную миссию, чтобы жизнь шоколадом не казалась, оттого он еще не вернулся. В общем, Мито прониклась теорией мальчишки из Хьюга Ичизоку и занялась созданием печати, которая бы поспособствовала ее проверке. Практически неделю она ходила, перебирая в уме или же шерстя в свитках различные фуин-символы, пытаясь отыскать те, которые могли бы пригодиться в процессе создания, пока на нее не снизошло вдохновение. За эти сутки Узумаки подкармливал Хаширама. Уж чего она не ждала, так подобного проявления понимания и заботы, поэтому, закончив и чуть придя в себя, она поднялась из-за стола и отправилась на поиски супруга. «Надо бы его поблагодарить», - подумала Мито. Хаширама же сидел на энгаве и поедал данго. Шиноби пребывал в задумчивости и явно его что-то беспокоило. - Хаширама, - мягко позвала его женщина. – Что-то случилось? Они уже долгое время были вместе, чтобы хорошо узнать друг друга. - Вспомнил, - отозвался Сенджу. – Кое-что не приятное. Смерть Тобирамы. И сейчас не могу понять, почему он не возродился у Стелы. Может ли это значить… - Он был игроком. Ты не забыл об этом? – улыбнулась Мито. Он все-таки об этом задумался. Но что могло послужить толчком? Хаширама поднял голову и посмотрел в глаза Узумаки. - Ты ведь знаешь, что мой брат был довольно необычным шиноби? – женщина неуверенно кивнула, пытаясь понять, к чему ведет Сенджу. – И, мне кажется, он нашел способ со мной связаться. - Ты уверен? - Теперь да. Я и забыл, что наши тела отличны от нормальных. - Знать бы, как его занесло туда, - скрестив руки на груди и чуть нахмурившись, задумчиво произнесла Мито, удивившись тому, как точно угадал Хьюга. – Ты в курсе, что нечто такое подозревал его ученик? Сморгнув, Хаширама усмехнулся и покачал головой. После он поднял голову и насмешливо посмотрел на женщину. - Ты прав, это не показатель, - осознав свою ошибку, согласилась Мито. С их памятью она совершает непростительное количество ошибок. Они редко проводили вечера в компании друг друга. Их интересы были различны, как и круг знакомых, обязанностей, поэтому для большинства людей было удивительным, что такая пара вообще образовалась. Им было невдомек, что тут подсуетились Старейшины, и у молодых людей не было другого варианта, кроме как примириться с этим и научиться уживаться друг с другом. И теперь как у Хаширамы нет более преданного союзника, так и у Мито нет кого-то, кто мог бы заменить супруга. Им было комфортно в обществе друг друга и слова уже стали не так нужны, как поначалу. Мито устроилась рядом с Сенджу и положила голову на его широкое плечо. Хаширама тут же приобнял ее. Наутро дом Главы Сенджу Ичизоку сотрясался от криков. Всплески демонической чакры шли один за другим, и каждый в Конохе знал, что Мито не то, чтобы не в духе. Она в ярости. Сенджу был непреклонен. - Мито, я не меньше твоего хочу отправиться, - шипел Бог Шиноби. – Все-таки это мой брат находится у биджу на хвостах. Вот только одно дело, когда меняется мелкий шкет после клинической смерти, другое дело, когда Химе Клана за завтраком! Или же один из наиболее способных бойцов Клана застывает изваянием и «на грудь» ловит технику противника. Шансы дожить до встречи с Торой в таком случае очень низки, ведь мы, с большой вероятностью, попадем в собственные тела. Вспомни, что возраст тела отражал его уровень и соотнеси, многое ли ты могла в неполные десять лет? Брат вернется, у него все-таки миссия, но вот ты можешь гарантировать, что в случае того тела ты вернешься к Стеле? Нет. К тому же, мы не можем послать людей из Кланов, придется обходиться доверенными из бесклановых. - Будто бы они так не рискуют! - Им будет проще создать «легенду», - пожал плечами Хокаге. – И это должны быть те, кому он смог бы довериться. В идеале, из его «команды». Кроме тебя, там еще четыре человека. Что о них скажешь? - Выбор небольшой. Ямато недавно вошел в Сенджу Ичизоку, стремясь приблизиться к Торе. Фанат. Неджи из Хьюга Ичизоку. Минато хорош в фуиндзюцу и наиболее адекватен, но он вошел в Клан своей супруги. Сасори я предпочла бы не втягивать в это. Хаширама вскинул бровь. Он безмолвно требовал разъяснений. - Он известен как Скорпион Алых Песков. Нукенин из Суны. Сенджу поморщился. Этот парень сбежал от тотального контроля Старейшины и, как подозревал Хаширама, что-то учудил в Деревне на прощание, из-за чего его и наградили S-рангом и такой ценой в Книге Бинго. Он бы ему даже поаплодировал, не переключись Старейшины с беглеца на него. - Все равно другого варианта нет, да и среди наших, за то время, что он здесь пребывает, не было потерь. Не торопись предлагать ему эту авантюру, а сначала доработай печать. Нужна функция эвакуации в «Мир Шиноби». Он не знал всех способностей Акасуны, но не мог не подстраховать одного из приближенных Торы. *** Смысла в продуманной и качественной маскировке Скорпион не видел. Только не в этом Селении, где Кланы предпочитают грызться между собой, прислушиваться, как и в Суне, к словам проживших свое стариков из местных, а не к прогрессивным и разумным лидерам-игрокам. Так что, набросив на голову капюшон, он покинул небольшой домик на окраине Листа. - Данна! – на улице его уже ожидал напарник из Акатсуки. Он был шумным и совершенно ничего не понимал в жизни, хотя, как считал сам кукольник, это было лишь досадное и временное упущение. Все же Тсукури Дейдара был молод, когда погружался в «Мир Шиноби», и был далеко не в первых волнах новичков, пришедших уже после катастрофы. К тому же, он начинал в Иве. Камень и та же Суна – небо и земля. Разница колоссальна, а ведь в Суне были не настолько эпичные конфликты, как в Кири или Листе. Ива, Кумо, Суна, Кири, Лист. Чем сильнее шиноби в Селении, тем они безумнее, тем больше крови пролилось на территории Страны, в которой образовалось Гакурезато. Его уровень исключение из этого правила. Он взял все, что могла предложить ему Суна до катастрофы. В начале. В конце же просто ушел, когда понял, что Деревня не сможет удовлетворить его потребности. Слонялся сначала по пустыне, прокачиваясь в высокоуровневых Подземельях, по границе с Огнем, за счет ядов и боевых кукол с уникальными способностями разбираясь с редкими шпионами, пограничниками и другими разнообразными шиноби. Охотиться на игроков было более выгодным делом, чем зачищать Подземелья, но лишь в плане опыта. Снаряжения и ингредиентов с тех много добыть не удавалось, приходилось возвращаться в пустыню и эксплуатировать, эксплуатировать и еще раз эксплуатировать до нервного тика полезные мини-локации. В одном из таких забегов из точки «А» в точку «Б» его и перехватил вербовщик из Акатсуки. Та ситуация до сих пор заставляла его неприязненно морщиться, глядя на фиолетовое кольцо. Поражение. Были люди и сильнее его, и не все из них принадлежали Великим Деревням. С Конан на тот момент у него был разрыв в семь уровней. В общем, по собственной глупости получил проблем на свою голову. А как смог вздохнуть чуть свободнее, так сразу и сделал ноги в тот же Лист, куда от греха подальше Акатсуки не совались. Лидеру хватало историй друга, что, удивительно, пребывал в Конохе, как представитель союзного Клана. Следом за ним увязался Дейдара. Юнцу тоже было душно в подземных убежищах и на единичных халтурках, которые удавалось перехватить, и те редко были по «его профилю». Сасори было проще. Он был универсален как боец со своими марионетками, а так же имел кое-какую репутацию за счет активного участия в военных действиях в Суне. От этого у него в достижениях оказался внушительный список. Чего только «Человек-армия IV ступени» стоит! А ведь его дали за то, что он в одиночку провел захваты нескольких крепостей и в компании Дейдары захватил небольшую страну. Встреча с Тобирамой была… странной? Или все же никакой? Они оба пришли на один и тот же полигон, чтобы потренироваться. А кто откажется от спарринг-партнера? К тому же, в то время у них была небольшая разница в уровнях, он лишь немного опережал альбиноса. Было интересно, пока Сенджу не сгинул в «реале». Они были знакомы уже более десяти лет, и Сасори успел узнать за это время альбиноса. Он не мог поверить, что бледная немощь так просто возьмет и согласится с Шинигами, бросит брата, и ждал. Знака ли от Сенджу или же деятельности его брата? - Акасуна, постой, - когда он уже собрался покинуть Коноху, они начали шевелиться? Махнув рукой Дейдаре, Скорпион повернулся к Мито и чуть поморщился. Это можно назвать антипатией, они невзлюбили друг друга с первого взгляда. Узумаки была вне себя из-за того, что в одной «команде» с нукенином, Акасуна же не переваривал стандарт. А чопорная женщина была именно такой. Был он на паре занятий, что она проводила для Тобирамы и Минато, и удивлялся, как они вообще освоили фуиндзюцу с таким бесталанным преподавателем. Не было у Мито в достоинствах навыка преподавания. - Не тяни. - Акасуна, - она хотела сказать нечто, вроде «Не здесь», но запнулась. Кукловод излучал страшную ауру, заведясь с пол-оборота. Тсукури и так многое знал, еще от одной тайны Скорпиона с него не убудет. – Тобирама жив. - Этого следовало ожидать, - кивнул своим мыслям отступник. - Есть возможность помочь ему. Авантюра чистой воды, - говорила она рублеными фразами. И редко жестикулировала, держа себя в узде. – Печать должна будет перенести в одно с ним время и мир… - В воду погружала? – Мито моргнула, не понимая. – Ты печать проверяла? Учитывая, что Сенджу обладал сильным родством с Суитоном, да и сама Стихия ластилась к нему, будто кошка, можно предположить, что она поможет. Уж точно не сделает хуже. - Она неразумна. - Слышал бы тебя Тобирама… Просто дай ей проверить, - он закатил глаза. Неужели так сложно понять, что ради своего любимчика Стихия Воды сделает все в лучшем виде, несмотря на то, что это как бы «не по правилам». – Часть Системы, однако. - Хорошо. Я дам ей проверить, - подумав с минуту, женщина согласилась. Как подозревал Сасори, только из-за отсылки к Системе. – А что касается тебя? - Согласен. И все-таки хорошо, что он не стал спешить и обращать тело альбиноса в человеческую марионетку. Правда, немного жаль, что его, вероятно, сильнейшее творение еще не скоро займет свое место в коллекции. То, что они друзья, ничуть не мешает ему желать заполучить Совершенство. - Придется еще задержаться в Конохе, да, Данна? – наблюдая за вихрем листьев, оставленных техникой Мито, с усмешкой спросил Дейдара. Кукловод кивнул. – Отлично. Местным повезло. Такие полигоны! Иванин был в восторге. Люди здесь были куда приятнее в общении, более отзывчивы, так что уровни в спаррингах росли как на дрожжах. Никогда не было недостатка в противниках, чем часто грешил Камень или Акатсуки. Он хотел, чтобы они задержались в Листе еще на какое-то время, и тут эта женщина принесла такую чудесную весть. Трудно было сдержать радость. Скорпион же достал из недр памяти список того, что у него сейчас находится в свитках за спиной. Любимая, удобная и запасная марионетка в трех разных свитках с нумерацией, четвертый пока что был пуст. Не практично, но и большего в мирной локации не требуется. Надо будет перебрать и перезапечатать. Цыкнув, он отправился в сторону квартала Узумаки. Свитки, которые были у него, не могли уместить в себе более одной человеческой марионетки, но, благодаря Ками, Акасуна знал, у кого можно разжиться подходящими для его «продвинутых» кукол. Минато Намикадзе из Узумаки Ичизоку не откажется продать их если не по себестоимости материалов и затраченного времени, то и не запросит совсем уж головокружительную сумму. На рынке эти товары крайне редки, да и появляются только на закрытых лотах, куда попасть проблематично. Все же он не Какузу, который держит в ежовых рукавицах множество влиятельных людей. В любой другой момент Акасуна предпочел бы бартер, но в этот раз случай уникален. Альбинос оторван от «Мира Шиноби» и привычных ресурсов. «Надо будет подчистить тайники. На всякий случай», - подумал Сасори, отправляя вперед себя игрушечную птичку с голосовым сообщением. Меньше всего ему хочется бродить в поисках одного единственного дома по кварталу Красноволосых Дьяволов, так что пусть лучше Намикадзе встретит его у ворот. Надежды на то, что тот будет сразу со свитками, нет. Иногда Минато такой параноик. Блондин действительно ждал его и жестом дал понять, чтобы кукловод следовал за ним. - Что произошло, Сасори-сан? – закрыв за гостем дверь и активировав охранные контуры от прослушки, спросил Минато. - Мито и Хокаге вспомнили, что игроки бессмертны, и зашевелились. Даже разработали печать, способную отправить к биджу в пасть, - присаживаясь на диван в гостиной, ответил Сасори. Смешно, но даже в этой квартире чувствуется, что хозяева были знакомы с альбиносом. Стройные ряды или же кучи свитков у стен. – Здесь и творишь? Узумаки-химе отказала в Мастерской? - Нет, Сасори-сан, - улыбнулся мужчина, беря один свиток из тех, что были приставлены к стене, и второй из кучи в углу. – Там уже складировать некуда. Решаем вопрос о дополнительной комнате под домом. Этот на девять печатей, тот на шесть. Те, что на двенадцать, еще не удалось стабилизировать и синхронизировать между собой, чтобы не превращали хранимое в фарш. - Еще одного на девять нет? - Увы, - развел руками Намиказе. – Тобирама-сан сделал в единичном экземпляре. Я перерисовал себе черновиком, но повторить смогу не скоро. Больно тонкая работа. Расплатившись с Минато за два свитка, он отправился назад. Ему еще предстояла нудная работа по перезапечатыванию кукол, подбору необходимой мелочи и запасных расходников для тех же кукол. Иногда Скорпион жалел, что изменил свое тело и стал несовершенной марионеткой. Та же медицинская чакра серьезно облегчила бы его жизнь. Он был бы не против того, чтобы укрепить собственное тело чакрой и ускориться за ее счет. Вот только в таком случае ему не удалось бы столь же долго избегать встречи со Стелой. А Красных Секретных Техник бы никогда не существовало в этом мире. В живом теле были свои плюсы и свои же минусы. Как и в кукольном теле. Дом, который Акасуна купил в Конохе, требовал капитального ремонта и оттого был продан по очень низкой цене. «Какузу мог бы мной гордиться», - смеялся тогда и всякий раз, как видел «недвижимость» Сасори. Одноэтажное строение с двумя комнатами, в котором своими силами он сделал небольшой ремонт. Природная тяга к порядку и чистоте не позволила отступнику махнуть рукой на место, где хоть какое-то время хранились бы свитки с его коллекцией, включающей в себя практически три сотни кукол. Третий Казекаге был одной из самых драгоценных кукол в коллекции. Любимая марионетка, на которую было затрачено немало ресурсов, нервов и приложено к ее получению колоссальное количество усилий. Сасори скорее пойдет и сдастся «бабуле Чие», чем оставит ее здесь. Дольше всего он возился с Сотней, которую решил взять чуть ли не в последний момент вместе с пацаненком из Сенджу. Итама Сенджу был неплохим шиноби, вертким и проблематичным, пусть и не настолько, как Сандайме Казекаге. Он отправился в свиток с Хируко и запасным телом. Памятной марионеткой в коллекции был Комуши. Уже много времени прошло с тех пор, когда он в последний раз призывал ее в бой. Из вооружения у нее был только выдвижной клинок, то есть, по современным меркам, кукла была простовата и безоружна. «Доработаю как раз», - подумал Акасуна, запечатывая марионетку в свиток. В этом свитке еще оставалось две пустующие печати, но он не стал искать среди своей коллекции достойных представителей, чтобы взять с собой. Вдруг встретится там некто, достойный стать частью его коллекции? Не оставлять же? Он как раз убрал свитки в специальный держатель на спине и облачился в балахон организации, как раздался настойчивый стук. На этот раз Мито не почтила его личным присутствием, отправив теневого клона. Его пригласили на встречу в Лесу Смерти. Это вызвало лишь усмешку. Думали, напугают его этим детищем воспаленного мозга Хаширамы? Клон, передав сообщение, развоплотился, а сам Сасори погасил свет в доме, активировал защитный контур и отправился на место встречи, где он должен был использовать печать Мито и отправиться к биджу в пасть. Уже держа в руках свиток с печатью, он задумался. Что помешало Мито самой активировать печать? Почему именно он? Нет, он, конечно, сильнейший в их «команде», но в то же время ему меньше всего веры. - Решила доверить все отступнику? – раскрывая свиток и складывая печати, произнес кукловод. Мгновенно проведя нужную серию, он даже не взглянул, перекосило ли эту лицемерку или нет. Безымянная техника активировалась, и в неяркой вспышке отступник пропал. «Получилось», - прошептала Мито, скрестившая пальцы на случай. Хаширама облегченно выдохнул. Печать могла и не сработать или же взорваться, отправив парня на перерождение, так что самое страшное позади. Акасуна появился на поляне другого мира без спецэффектов, за что он мысленно похвалил Мито. Система отследила использование совершенно новой печати и испытателя номер один, отсыпав неплохое достижение за это, а так же небольшой бонус как за второго игрока в мире, что позволило убедиться, что попал он «по адресу». «Дело за малым: найти и ускорить выполнение миссии», - кивнул самому себе кукловод. Но сначала ему необходимо было понять, куда его перенесло, чтобы начать действовать.