Косячный игрок

      Еще одного столкновения с Кагуей Тобирама предпочел бы избежать — тогда он остался жив лишь молитвами брата с Изуной, да собственными склянками с ирьё-чакрой, и хорошо запомнил как её возможности, так и то, что послужило причиной её появления в «Мире Шиноби». Оставлять в живых её Волю казалось недопустимым, зная, что эта дрянь находилась в связке с големом из чакры Хаширамы. Брата… Если в чём Тора и мог быть уверен, так это как раз в этом — ни одна дрянь — тварь — не смеет хоть как-то использовать брата, ни его чакру, ни плоть, ни семя. Они ответят, что порождение Богини, что наглец-Учиха.       Сломает себя, но избавиться от них.       — Действовать нужно наверняка, — задумчиво произнёс Тора, с тоской думая об Учиха Мадаре. Его не было здесь, свиток дал исчерпывающую информацию о том, что и Хаширама, и Мадара за пазухой у Бога Смерти. В отличие от их потомков…       Ему нужен Учиха?       Это Сенджу, как он узнал, в Конохе не осталось, а эти-то никуда не делись, и Тобираме осталось лишь найти одного отморозка с Мангекьё Шаринганом, который бы согласился на пару с «мертвецом» ликвидировать пару засранцев.       Тора цыкнул. Какой бы крепкой не была их дружба с Изуной, но распространялась она лишь на два мира. Здесь человек с его лицом и именем поступил весьма недальновидно, по мнению Торы, и адекватно в рамках времени, убив своего заклятого врага. Тобирама-из-Башни гордился своим Кланом, искренне ненавидел Учиха Ичизоку и любил их кровью на руках.       Тобирама Сенджу, будучи Нидайме Хокаге, сделал все для того, чтобы люди ненавидели, как и он, Учиха Ичизоку.       Тобирама Сенджу, будучи другом Изуны Учиха, сделает все, чтобы подобного не произошло в другом мире.       Он обещал это себе давно — ещё в те дни, когда Изуна только-только привык к нему как к другу из Сенджу Ичизоку. Присев на корточки, Тобирама, тепло улыбаясь воспоминаниям, положил ладонь на сухую землю и ещё раз использовал канчи. Ему нужно было получить более подробную информацию по верхним путям и наиболее часто используемым нижним маршрутам; странные шевеления вокруг верхних путей на дороге от Резиденции до квартала Учиха Ичизоку привлекли его внимание. Он не сразу связал их с движением источника огненной с выразительными, словно изъеденными, участками потемнения чакры, мотающемуся по Резиденции. Эта связь стала очевидной только после того, как Учиха покинул здание.       Тора прикинул для себя несколько мест, где засада будет наиболее вероятной и отправился на проверку своих теорий. На третьем варианте он и застал подготовку неадекватно-топорной засады, рассчитанной будто бы на генина… или слабенького чуунина, но никак не Учиху с Мангекьё. Ниндзя в белых масках торопливо сновали туда-сюда. За ними наблюдал постаревший Данзо, один из учеников Нидайме в этой реальности. Проросшие на благодатной почве восхищения учителем семена ненависти к Учиха Ичизоку — удивительно! — ещё не сильно затуманили его разум, старик морщился и требовал со своих «корешков» более тонких действий. Тобирама его понимал. Если бы не необходимость в Учихе, такая удобная ситуация, он и сам бы поучаствовал в организации, знатно бы попугал мальчишку. В общем, действовал бы гораздо тоньше, изящнее… совершенно иначе, потому что в такую, как эта, засаду в «Мире Шиноби» или же в его другом мире Учиха бы не попался! Она была слишком очевидной! Настолько, что даже мысль о том, что Учиха может в нее попасться, казалась какой-то насмешкой над этим Кланом, о чём говорил и Данзо. Вот только Учиха даже не тормозил или начинал обходить, он продолжал уверенно приближаться. Так ведь не должно быть, правда же? Дело ведь не в том, что он заметил его и теперь рвётся встретиться с «чужаком», игнорируя явную засаду?       Учиха просто не мог — как и обычно, Тора использовал личную модификацию Хэнге в сочетании с фуином. Нареканий, по крайней мере, на неё не было в тех редких случаях, когда требовалась скрытность, а не пафосное появление в компании Учихи или кого-либо из Команды. Так уж получалось, что полным составом они не ходили: то у одного, то у другого были какие-то дела. Или же очередное обострение Мито, когда она гоняла Сенджу Ичизоку и в хвост и в гриву…       Хотя сейчас он бы не отказался собрать Команду, притянуть Изуну и пройти пару подземелий, половить нукенинов или же просто и незатейливо провести время в компании этих людей. И вместо этого ему приходилось подпирать дерево и со скукой наблюдать за последними метаниями ребят из АНБУ НЕ.       На взгляд Торы, Учиха оказался… наивным? Молодым и далеким от реалий жизни, иначе бы не попался так просто на фортель старика-Данзо, пригласившего его «побеседовать».       Мысль о том, что влезать в подобное стоит не с прямотой Узумаки, как возникла, так и была отброшена; Сенджу переместился Мерцанием Тела и остановил руку ученика своего двойника до того, как тот лишил глаза Учишонка.       Хмыкает, отпуская руку, и вновь перемещается. Снова перехватывает руку.       — Тебе стоит уйти, — Тора мельком глянул на подростка, отметив, что тот уже отпрыгнул на некоторое расстояние, и сосредоточился на старике. Чуть нахмурился. — Более отвлекаться на твою защиту я не собираюсь.       — Пф, — фыркнул Учиха, выхватив из подсумка кунай, и бросился в сторону, где еще отсиживались корешки.       Старик вырвал руку и отшатнулся.       — Тобирама-сенсей?!       Вокруг них появились боевики АНБУ НЕ. Тобирама усмехнулся.       Достать кунай из подсумка — меньше секунды, меньше, чем требуется Учихе для применения техники огненного шара. Он направляет его остриём на Данзо на какое-то мгновение, после чего перехватывает его, как нож, обратным хватом, обращается к нему:       — Так разочаровывающе…       Сенджу наклоняет голову набок, едва слышно произносит название техники — «Суитон: Суйрэйха» — от которой Шимуре удаётся увернуться. В это время боевики АНБУ НЕ блокируют Огненный Шар Учихи техникой Гигантских Волн. Пар, получившийся при этом, Тобирама использует для того, чтобы подхватить мальчишку и скрыться.

***

      Вообще, в том нападении на Данзо не было никакого смысла. Это даже навредило — «корешки» стали активнее прочёсывать территорию Конохи и, если бы не маскировка чакры, то их бы уже обнаружили несколько раз.       Тобирама крепко сжимает плечо парня.       — У тебя была возможность сбежать и заняться своими делами. Ты её упустил, — ему не нравится молчаливая нервозность Учихи, его постоянно обращённый к окраине Деревни взгляд. — Теперь…       — Сегодня собрание! — он попытался сбросить руку со своего плеча. — Я должен быть там и использовать Котоамацуками, чтобы остановить переворот! Поймите, Нидайме-сама!       — А ты понимаешь, что Клан не от хорошей жизни планирует это? Нэ? Уже ничего не изменить, парень. Твой Клан вырежут, с полного одобрения Хокаге и Советников, которым достанутся предприятия и банковские счета, а на ДНК, додзюцу и техники руки наложит Данзо. Им это нужно, и они найдут способ спровоцировать Учиха, чтобы показательно наказать, остаться чистыми в глазах окружающих, — Тобирама сжал плечо чуть сильнее.       — Но… Хокаге-сама?..       — Красиво сыграл на твоих чувствах, задержал тебя, пока готовилась «засада», — он пожал плечами, отпустив Учиху. — Сейчас у тебя не так много вариантов: вернуться и умереть или же перечеркнуть символ деревни на хитае и стать нукенином.       Парень отшатнулся.       — Конечно, ещё ты можешь попытаться изменить будущее, — усмехнулся Тобирама. — Повторить мой Путь. Нет, я бы посмотрел на это! Учиха, следующий по Пути Сенджу — будет, над чем хохмить в Чистом Мире. Только… скажи, ты готов смотреть, как дело всей твоей жизни стирают в пыль?       — Никто не будет к этому готов, Нидайме-сама, — прошептал Учиха. Он преклонил колени перед Сенджу. — Благодарю за спасение, Нидайме-сама. Моё имя Учиха Шисуи.       — Тобирама из Сенджу Ичизоку, — кивнул в ответ. — Постарайся не умереть быстро, Учиха. У меня есть и свои дела; я не могу вытаскивать тебя из передряг.       — Позвольте помочь Вам в Вашем деле!

***

      Ночь вступила в свои права. На небе зажглись тусклые звёзды, освещающие Скрытую в Листве Деревню, а так же тех немногих шиноби, что не спали.       — Тихая ночь, — заметил Шисуи. Юноша крутил в руках кунай и бросал настороженные взгляды в сторону квартала Клана. Тобирама, сидя на корточках, кивнул, соглашаясь с его словами.       Он отслеживал передвижения тех, в ком чувствовалась чакра Хаширамы, и не чувствовал себя в праве объяснять юноше, почему так показательно тихо. Тем более, что обе Цели крутились рядом с кварталом Учиха Ичизоку.       Нельзя сказать, что ему было плевать на чувства парня. Нет. Если появится возможность помочь Клану, он поможет, но не ценой уничтожения Целей. Об этом Тобирама не говорил, не желая давать Шисуи призрачную надежду. Ведь… такой возможности может не представиться.       В это время к кварталу приблизилось несколько групп АНБУ НЕ, после чего они одновременно с Целями проникли на территорию Учиха.       — Идём.       Он появились на крышах домов в квартале в то время, когда одна из Целей покинула Коноху, воспользовавшись неизвестной Тобираме техникой. Тем не менее, Тора пообещал себе, что фигуру в красно-чёрном плаще и оранжевой маске так просто не упустит:       — На рожон не лезь.       Он бросил пару водяных сюрикенов в Цель, после чего ринулся вперёд. Используя тайдзюцу — опасаясь козырей противника, Тора хотел прощупать противника, понять его уровень. Он приблизился на расстояние удара; лезвие куная прошло сквозь Учихи в маске. Это заставило Сенджу отскочить.       — Эй, Тоби — хороший парень! Чего ты… Э? Нидайме-сама?! Вы-то откуда?! Неужели Тоби попал в гендзюцу? Кай!       Придуриваясь, Учиха тем не менее паниковал — это чётко ощущал на языке Тобирама — горечь страха — и пытался сбросить «гендзюцу». Безрезультатно, впрочем. Он сделал пару шагов в сторону к краю крыши.       — Ты не можешь быть Нидайме Хокаге! Ты обманываешь Тоби! Тоби ещё не понимает, как ты это делаешь, но Тоби — хороший парень и быстро разберётся, — он по птичьи склонил голову набок.       Тобирама усмехнулся.       Их сражение началось.       Цель-Учиха пытался сбить концентрацию, забалтывая, и использовал гендзюцу. Только благодаря технике, позволяющей ему становиться нематериальным, он стоял против Сенджу. Тобирама ещё не использовал свой «коронный» Снаряд Водяного Дракона, предпочитая обходиться водяными сюрикенами и сенбонами. Он уже понял, что перед ним — сопляк, уверовавший в собственную силу и «исключительность».       «Может ли это быть способность его Мангекьё Шарингана?» — задумался Тора. Он и так признавал, что это было куда веселее, чем в прошлый раз, когда он защищал город. Сенджу, несмотря на ситуацию, предвкушающе улыбнулся-оскалился: «Если это техника Мангекьё Шарингана, то этот Тоби не сможет слишком уж долгое время её поддерживать. И-кун говорил, что на этом этапе развития у додзюцу колоссальное количество ограничений… Посмотрим, сколько ты ещё протянешь, Учиха!»       Тем временем Тоби перестал сдерживаться и уже использовал различные стихийные техники, помимо постоянных атак в тайдзюцу. В него полетели огненные шары — техника, которую Учихи шлифовали поколениями; пришлось использовать техники; например, Руку Волны. Использовались и техники перемещения — Мерцание и Полёт Бога Грома — на крошечные расстояния к маякам, выжженным чакрой на черепицах крыш за ту пару дней, что они с Шисуи подготавливались к устранению Целей, и уже во время боя. Тора за это время поднатаскал немного Учиху, чтобы тот знал, что от него нужно, и мог это осуществить.       Шисуи выпросил всё-таки у него разрешение на помощь Клану и теперь сражался со своим лучшим другом, мешая ему выполнить приказ Сандайме Хокаге…       В своём поединки они вышли за пределы квартала и носились по территории Конохи, устраивая под ночным небом огненное шоу, пока всё не завершилось на Горе Хокаге. Тобирама сжимал в руках холодную рукоятку водяного меча, с голубого лезвия которого на землю капала кровь Учихи. Тот прижимал рану на подключичной области. Тоби уже снял с лица разбитую маску и сверлил Сенджу взглядом. Его правая сторона была покрыта страшными рубцами и была светлее левой.       Не вслушиваясь в гневные речи Учихи, Тобирама подал сигнал Шисуи, который затаился неподалёку, и напал на Тоби. Тот уже вымотался и не смог стать нематериальным, чтобы избежать удара, и, уклонившись от пары водяных сюрикенов, попытался сам атаковать приблизившегося Сенджу. Тора подставился под удар, в то время как Шисуи использовал технику Чёрного Огня. Пламя Аматэрасу поглотило вымотавшегося Тоби. Тобирама кивнул Шисуи, что практически сразу после применения техники свалился на землю и загнанно дышал. На землю упали капли крови, стекающие по бледным щекам юноши.       — Хорошая работа, Шисуи Учиха.       — Благодарю, Нидайме-сама.