В тихом омуте

      В руках парень крепко сжимал самозарядную крупнокалиберную снайперскую винтовку М82, которая была любезно предоставлена ему Штатами и прекрасно дополняла его далеко не любительскую коллекцию. Она была эффективна против любой мишени, даже не живой. Это второй раз, когда ему приходится использовать её, что безусловно доказывало решительный настрой, как оказалось, так же по совместительству и наемного убийцы, чем он занимался крайне редко.       Прошла неделя с того самого случая, как Юнги был ранен в плечо, да еще и не выполнив порученное ему дело. Но он не собирался так легко сдаться и забыть, как глупо клюнул на фальшивку. Плечо все еще напоминало о себе ноющей болью, которая ночью особенно не давала покоя, о чем явно свидетельствовали мешки под глазами. Всё это время его прям трясло от ненависти к человеку, который был виной всему этому. Мало кому удавалось выводить Юнги из себя.       Наручные часы издали короткий звук, который уведомил о том, что цель на месте. С этого момента время начало идти чертовски медленно. Всё тело было напряженно и, похоже, начали подрагивать пальцы. Это его не первое убийство и даже не второе, но, на удивление, справиться с этим необъяснимым волнением он не мог. Его не покидало тревожное чувство.       Цель вышла из черного солидного автомобиля, ожидаемо, в сопровождении нескольких амбалов, которые выглядели довольно устрашающе. Блондин тут же взял мужчину на мушку. — Какой расслабленный, аж тошно смотреть… — бурчал под нос убийца. С такого оружия промахнуться было весьма сложно, поэтому Шуга однозначно должен был попасть. Парень аккуратно целился из окна квартиры, которую снял еще два дня назад, чтобы успеть всё подготовить. Тут его никто не должен был найти. Все было спланировано и предусмотрено до мелочей. Дыхание восстановлено, дрожь пропала и всё внимание сконцентрировано только на одном — убийство Чон, мать его, Хосока. Оставалось лишь плавно спустить курок, но тут происходит просто необъяснимый нонсенс — Хосок смотрит прямо на парня, довольно ухмыльнувшись, затем приветственно машет тому рукой. Внутри блондина всё перевернулось и накрыло смешанными эмоциями словно волной. Всё тело как будто парализовало — не сдвинуться с места. — Блять, это ведь двенадцатый этаж! — выпустив из дрожащих рук оружие, нервно проговорил Мин. Он слишком поздно заметил, как сзади уже подкрались люди того самого ублюдка и оглушили парня сильным ударом по голове. — Просто немыслимо…       Юнги очнулся, сидя на стуле. Руки были плотно привязаны к подлокотникам, неприятно врезаясь в кожу, а ноги связаны вместе, во рту — кляп. Голова как будто свинцом налита, тупая боль отдавала где-то в затылке. Блондин открыл глаза, но тут же прищурился от яркого света фонарей, которые нагло светили в лицо. — Зовите босса, он наконец-то очнулся! — раздался хрипловатый голос мужчины, лицо которого украшали несколько шрамов. Раздражал даже вой врывающегося в окна ветра, не то что этот дикий крик. Из носа теплыми струйками потекла кровь, которую в себя впитывал кусок тряпки во рту парня. — Как самочувствие? — тот самый «босс» не заставил себя долго ждать и уже стоял напротив Шуги. Как же он не любил этот надменный взгляд, которым мужчина постоянно смотрел на него.       Его гневу не было предела. Он снова потерпел поражение. Не пытаясь скрыть свою ненависть к данной особи, Мин резко вцепился в подлокотники стула, от чего костяшки его пальцев побелели. Кляп надежно глушил все звуки, которые хотел бы издать обессиленный парнишка. — О, ты так рад меня видеть. — усмехнулся Чон, — Как мило… — он приблизился к убийце и вытащил насквозь промокший кусок ткани. — Выметайтесь отсюда! — приказал брюнет, окинув взглядом стоящих сзади него людей, которые тут же поспешили удалиться из комнаты. — Что же мне с тобой делать? — спросил Хосок, резко приподняв лицо блондина за подбородок. У второго аж зубы скрипели от злости. — Я не задумываясь убью тебя, больной придурок. — процедил Юнги. Глаза его горели ненавистью. — А ты мне нравишься, Шуга. — в ответ проговорил Чон, как будто воспринимая раннюю угрозу в шутку. — Ублюдок… — уже сам не сдержав нервной улыбки, только и сказал Мин.