Добро пожаловать в новый мир

      Проснувшись, Алиса снова наблюдала белый потолок и чуяла запах медикаментов и трав. Поднявшись, как сомнамбула прошла до прозрачного шкафа, вытянула оттуда склянку с бодрящими каплями, отсчитала их в чашку, набрала из кувшина воды, выпила и развернулась, собираясь лечь обратно на койку и привести мысли в порядок.       — А у тебя ничего так фигурка, — заметил какой-то парень, лежащий через койку от неё. — Ты из тех девчонок, что перетягивают грудь?       — Придурок, она не человек, приглядись, — предостерёг второй, осмотрев чуть больше своего сотоварища, а вернее чуть выше и ниже.       — А… О-о-о… А, так ты та девчонка, что вынесла нашего Вистара!       Алиса подозрительно спокойно вернула чашку на место, забралась на свою кушетку и укрылась, после чего наконец-то заговорила:       — Конспекты есть?       Двое переглянулись, не понимая, к кому она обращается, и первый взял весь огонь на себя:       — Даже если и есть — тебе не дам.       — А если я заплачу?       — Чем? — повеселел он, пуская похабную улыбку, и Алиса наконец-то изменила выражение лица, обречённо вздохнула и предложила:       — Допустим, зельями.       — Ты не похожа на зельевара!       — Это не значит, что у меня их нет.       — И что ты можешь предложить?       — Кроме обычных медицинских есть зелья эмоций, умостимуляторы, магистимуляторы, физстимуляторы, зелье провидения, всякие защитные, дурманящие, взрывные, ослабляющие, противоядия. Ах, есть веселящие, Счастливый сон и зелье, временно делающее невидимым.       — Ах, ты шутишь! — спустя какое-то время воскликнул он, подпрыгнув на кушетке не смотря на обмотанное бинтами тело. — Я понял, ты шутишь!       — Придурок, она не шутит.       — А что за счастливый сон?       — Ты засыпаешь и видишь во сне то, что делает тебя счастливым.       — Похоже на наркотик.       — Оно не вызывает привыкания, кроме того, разрешено.       Конечно, некоторые зелья Алиса не раскрыла, да и вряд ли он бы ими заинтересовался. У них, боевиков, зелья ценятся, но достать их сложно, потому что обычно им нечего дать взамен, кроме банально денег и какой-то услуги.       — То есть ты отдашь мне кучу зелий в обмен на конспекты? — уже серьёзно задумался тот, а его товарищ уточнил:       — А каков предел обмена?       — Предел в ограниченном количестве зелий и их редкости, то есть я не отдам ящик зелий невидимости за одну тетрадь.       — Ящик?! У тебя есть целый ящик?! — завопил первый, но быстро успокоился, подсчитав: — Ну, наверное, в ящике не больше пары десятков, а один раз это на раз проникнуть в женское общежитие или душевую, так что да, незадача.       Алиса хмыкнула, вспоминая, сколько чего наварила. Вообще-то зелья невидимости ей не очень нужны, они скорее для ситуации, когда нельзя использовать заклинания или надо скрыть даже излучение жизни. Отдавать их ради простого подсматривания жаль, но в таком случае можно легко развести один к пяти или даже десяти.       — Сколько у тебя конспектов и по каким предметам? Если они достойные и тебе нужны какие-то особые зелья, то говори, я подумаю, могу ли их достать, — предложила, чем привела его в ещё больший восторг, и даже подкупила второго.       — Зелье предвиденья мощное или та ерунда, которая даёт предчувствие неудачи? — спросил тот, тоже зацепившись за крючок.       — Если выпить всё — увидишь, наверное, неделю наперёд, — задумчиво произнесла, но поспешила предупредить: — Если будешь что-то менять — будущее изменится, а если захочешь краткое видение, вроде результата экзамена, то можно разбавить. Если разбавить ещё больше — да, просто почувствуешь удачу или неудачу.       — Это так круто! А если я выменяю все свои конспекты на ящик невидимости? Его тоже можно разводить?!       — Да, его можно разводить, — призналась, прикусывая себе язык. — Ящик слишком много, если тебе надо десять минут побыть невидимым — можно разводить в десять раз. Одного зелья тебе хватит на десять дней, если уложишься в пять минут.       — Уложусь, — пообещал он себе, но резко помотал головой: — Нет, упустить возможность и взять только невидимость слишком глупо!       — Лучше бери мои конспекты, — влез второй, перебив товарища. — У меня есть почти все и почерк понятнее.       — Эй! Вот ты как заговорил!       — Ребят, я возьму все, — успокоила их Алиса. — Предложила вам обоим, так что слова обратно не верну. Просто назовите разумную цену и договоримся.       Разумную — это сложно. Парни задумались, и наконец второй предложил:       — Давай так, провидение и невидимость ведь редкие, да? Что, если ты дашь нам по пять редких и с двадцать обычных?       — Пятнадцать, — понизила ставку Алиса, в целом признавая себе, что цена приемлемая, хоть и не особо выгодная. — Пять и пятнадцать.       — Идёт, — крикнули оба в один голос, не веря, что она согласилась! И начали наперебой решать, какие именно хотят.       — Тогда просто найдите меня, когда соберёте конспекты, — попросила, запоминая их «заказ». — И забудьте, что видели меня голой.       — Уже забыли, — горячо заверил первый и, кашлянув, спросил: — А тебя как зовут? И где тебя найти?       — Алиса Драко, — представилась, задумавшись. — А найти или на парах, или в библиотеке, в женское крыло вас всё равно не пустят, но можете покричать под окнами, если всё ещё помните, под какими.       — Ах, а я Давид, позывной Дав, — улыбнулся первый, а второй объяснил, тоже представившись:       — Мунро. Позывные даются со второго года обучения, так на практике проще. Особенно, когда длинные имена.       — Ах, вот как, — поняла Алиса, никогда раньше не слышав, чтобы Инрик просил обращаться к себе короче.       — Эй, вы закончили? — раздался голос из конца большого помещения, и все его узнали.       — Господин Широ Аяске?       — Малявка, — рявкнул он, явно обращаясь к Алисе, — иди сюда и развяжи меня, раз уж разбудили, то помоги свалить! Представляешь, они меня связали!       — Куратор, но я не знаю, где моя одежда, — промямлила, оглядываясь, но и как в и первый раз, её унесли за пределы помещения.       — Что?! — возмущённо завопил он, видимо, брыкаясь, потому что его кушетка противно заскрипела ножками по полу. — Иди сюда, кому говорю! Мне не надо на тебя смотреть, мне надо, чтобы ты развязала меня! Когда я выйду — принесу тебе шмотки, и тоже уйдёшь!       — Вот вечно вы кричите, — вздохнула, призывая из браслета комплект одежды и белья. — Отвернитесь.       Мунро отвернулся, Давид сделал вид, что не услышал, но увернувшись от прилетевшего кроссовка последовал примеру, довольствуясь звуками. А потом обиженно пробурчал под нос:       — Не такая уж ты и привлекательная, чтобы пялиться. И вообще, странная.       — Потому что нечеловек, идиот, — осадил его Мунро. — Бестактно говорить об этом!       — Да ладно, — хмуро пробормотала Алиса, застёгивая штаны на молнию, и пошла за брошенным кроссовком.       — Эй, это не значит, что ты несимпатичная, — слишком неловко промямлил Мунро, чувствуя вину, и Широ застонал:       — Да хватит уже слюни мотать, вот увидите, через два года на неё все парни будут слюни пускать! Тащи уже свою тощую задницу сюда и прекрати терять время на дурацкое мнение дурацких парней, драконша!       — Далась вам всем моя внешность! — выкрикнула, бегом направляясь к нему, так и не обувшись. — О, Хаос, ну они постарались! Кстати, как вы себя чувствуете?       — Я жив, — тихо буркнул, подавляя тяжёлый вздох — Алиса села и начала медленно и долго распутывать магию. — Этот Хаос как-то связан с твоими глазами?       — Угу, — подтвердила, вытягивая и обрывая нити на узлах, чтобы быстрее освободить его, и туша откат. — Хаос — наш отец, прародитель, Бездна дала мне эти глаза, а он — звёзды.       — Очень непонятно, но плевать, — вздохнул он, подняв руку. — Я начинаю понимать, почему Ник так в тебе заинтересован.       — А он заинтересован?       — Не играй дурочку, плохо получается. — Освободилась вторая рука, и он уже мог двигать ногами, но часть туловища всё ещё оставалась прикована к койке. — Мои слова остаются в силе — доводите тех ребят до ручки, и будет вам счастье в виде дополнительной оценки.       — Вот и отлично, — улыбнулась, полностью разрушив путы, и встала: — Хорошего дня, господин Широ.       — Отвернись, — прошипел, дёрнувшись встать, но вовремя вспомнив, что здесь всех раздевают.       — Я уже ухожу, — засмеялась она и, попрощавшись с парнями, вышла за дверь.       — А, господин Широ, как вы здесь оказались? — спросил Давид, немного беспокоясь тем, что тот мог услышать из их беседы.       — Не ваше дело, — огрызнулся, садясь и чувствуя головокружение. — Я всё слышал, но не стану запрещать, не парьтесь. Всё же главная задача старшекурсников — вовремя и подороже продать конспекты. Вам повезло.       Переждав головокружение, он поднялся на ноги и прошёл до стеклянного шкафа, высматривая там что-то, должное помочь.

***

День тянулся почти как все до него — Аманда то бросалась на торт, то ныла, что отъела задницу, Алиса обложилась зельями и разводила их, подсчитывая, хватит ли пустых бутылочек. Простые, вроде зелья радости и стимуляторов, ей удалось развести в пять раз, а невидимость и провидение — лишь немного слить и подмешать воды, чтобы не так обидно отдавать, но эффект оставался при десятикратном разбавлении такой, какой и обещала. По сути, все они варились именно концентрированными, рассчитанными на дозировку от пары капель до столовых ложек.  — Ты злая, — подала голос Аманда, отодвигая остаток торта.  — Потому что не рассказываю, где пропадала всю ночь?  — Именно! Я тебя ждала! А ты как ушла ловить Ирен, так и пропала!  — Отдай, — потребовала, утаскивая последний кусок торта вместе с блюдцем, но ведьма и не спорила. — И лучше забудь. Я только потеряла время, а так ничего и не выяснила. Потом кто-то ударил меня по голове, и очнулась я уже в лазарете.  — Будто я поверю, что кто-то мог ударить тебя по голове, и ты даже не знаешь, кто это, — высказалась Аманда, но пахло от её соседки действительно больничным крылом.  — Ох, ну и ладно, просто я пыталась пробраться за стену, чтобы подмешать им галлюциноген, но в итоге только получила, — пожаловалась, стараясь выглядеть достаточно злой. — И теперь я не успокоюсь, пока эти твари не выплюнут свои внутренности! Аманда ошеломлённо отшатнулась, веря ей беспрекословно! Если поначалу какие-то сомнения и всплывали, то последние слова её добили!  — Как мне похудеть, чтобы иметь ноги, как у тебя? — перевела она тему, провожая последний наколотый на вилку кусок тортика. — Ты ешь и не толстеешь, как это возможно?  — Потому что я никогда не наедаюсь, — пожаловалась, закидывая следом пару таблеток витамин, и запила чаем. — Знаешь, нам нужно сюда чайник принести, чтобы не кипятить воду в чашках, и вообще.  — Иллюзию на стены ты не хочешь, а стащить половину лаборатории и кухни — да? Может, ты не полнеешь из-за этих таблеточек, а? Алиса посмотрела на неё, как на умалишённую, и та застонала, падая на кровать:  — Как мне скинуть пару кило, чтобы ноги стали как твои?!  — Здесь разумнее сказать: «Скинуть пару прожитых лет», — разочаровала её Алиса, допив весь чай. — Скажи, ты мне что-то приготовишь?  — Да сколько можно есть и думать про еду?! Я хочу сбросить вес!  — Пей кефир, — посоветовала, возвращаясь к зельям, и сложила уже разведённые в отдельный ящик.  — У тебя там нет зелий для похудения?  — Нет, но боюсь, что если дам физстимулятор, спасибо ты не скажешь.  — Почему?  — Потому что они для наращивания мышц.  — Фе, — скривилась Аманда, и отвлеклась на стук в дверь. — Ох, Алиса, похоже, это к тебе.  — Ну пусть зайдут, — разрешила, убирая зелья, потому что подумала, что это Давид и Мунро вырвались из лазарета. Но ошиблась. Их звали Сирон и Нирон — два брата-близнеца человеческой расы, различить которых сложно даже по ауре. Единственное, чем они отличались, это глаза — серые и карие, но запомнить кто из них кто тоже не из лёгких.  — Привет, — поздоровался, видимо, сероглазый Сирон, а его брат продолжил, оглянувшись на закрывающую дверь Аманду:  — Куратор сказал, что у тебя есть крутая идея, как поиздеваться над теми магистрами, и за это он поставит оценку.  — Вот, гад, — не выдержала Алиса, впервые разглядывая их вне аудитории, потому что эти парни хоть и не враждовали, но и не любезничали с нелюдьми. — А говорил, могу взять Дрона и остальных.  — А, он просил передать, что передумал, — хмыкнул Сирон. — Сказал, что это нечестно, и мы вообще-то согласны.  — Мы собирались побросать в них слизью и вонючками, — пожал плечами Нирон, впервые рассматривая девчачью комнату и признавая, что в ней совсем не так, как представлялось, хоть и пахнет приятно. — Но он предложил, и мы не отказались. Так что за план?  — Слушай, Аманда, а у тебя точно нет ничего, кроме проклятья интимных болезней? — уточнила Алиса, глянув на чинно присевшую на кровать ведьму, маскирующуюся под милую целительницу, и та помотала головой:  — Только проклятия неверным мужьям.  — Как думаешь, сколькие из них неверные?  — Я, конечно, их не видела, но все, — улыбнулась та, доставая свой ведьмин гримуар. — Проклясть?  — Нет, спасибо, лучше уж старый добрый ревматизм, ранний склероз, слепота-глухота-немота и всё сразу, но это как-то банально. Ну, что ж, садитесь, будем думать. — И указала им на стулья с завешанными одеждой спинками. — Что делали другие? Парни сели напротив неё, поглядели, как та снова достаёт зелья и продолжает их разводить, переглянулись. Сирон поймал одно, прочитал «Галлюциноген» и улыбнулся, а Нирон ответил:  — Заплевали, забросали дерьмом и грязью, завоняли. Вампы что-то там на крови колдовали, но мы так поняли ничего у них не получилось, те защитились. Короче всё тлен, а они магистры.  — Импотенция, — по слогам прочла Аманда, и парни вздрогнули. — На всю-у жизнь.  — Вылечат, — отмахнулась та. — Ещё у нас есть желчная мазь, после неё кожа горит огнём, и много кислоты, растворяющей ткань — на прошлой неделе бытовики вылили пару вёдер, пытались сварить выводитель пятен.  — И они тебе его отдали? — удивился Сирон, потянув со стола потрёпанный конспект, но Алиса тут же его забрала, при том не руками, а магией.  — Нет, я его сама взяла, им всё равно не нужен.  — Ну побегают они голыми, — представил себе всё Нирон. — А что с того?  — В том-то и дело, что ничего. Мне надо заставить их бояться собственной тени, а это панические атаки, привороты и яды, а ещё, возможно, хм-м-м… Воцарилась тишина, в которой Алиса пыталась вспомнить все пентаграммы Хаоса, а парни думали, что это уже немного больше, чем пакость.  — Я знаю, о чём ты думаешь, и мы не станем подкладывать им в постель трупов! — вдруг закричала Аманда, вспомнив её любовь к некромантии, и та удивилась:  — Нет, конечно, трупный яд слишком просто вывести, а искать гуля, чтобы отколупать от него что-то новенькое слишком долго.  — Разве гули не-е…  — Это упыри. Они разрывают могилы и рвут трупы, поэтому под когтями и на зубах такой букет трупных ядов, что они считаются смертоносными и крайне опасными тварями, — с улыбкой объяснила Алиса. — Если только не обладаешь иммунитетом, можно запросто откинуть копытца от одного укуса. Хотя, если наложить на магов узы, то могут и выжить… Только где мы возьмём гуля?  — Я попрошу без гулей! — закричала Аманда.  — Ах, я могу их просто закопать, — пришла Алисе новая идея. — Если на время запечатать их магию и запереть в гробах под землёй — они уже точно не останутся прежними! Сирон быстро глянул на брата, поймал его взгляд и заговорил, пока всё не дошло до банального убийства:  — Но это уже не пакость.  — Ну да, — потухла Алиса, продолжая думать. — Если бы я могла использовать Проклятую кровь, но вообще-то она тоже смертельная, как жаль… А если проклясть их чревоугодием, чтобы сами себя сожрали?!  — Ты перегибаешь, — спустила её Аманда, но вскоре та снова вспомнила что-то жуткое и явно смертельное:  — Проклятье боли или Гниющей души, они…  — Давай что-то не такое ужасное?!  — Злые вы, — обиделась та, вертя в руке галлюциноген. — Даже если завязать на нём приворот и Волну ужаса — они переживут какую-то жесть и забудут о ней.  — Как ты вообще собралась подливать им зелье? Сирон поддержал брата, скептически угукнув, но та лишь махнула рукой:  — Не проблема. Ах, я могу использовать Крик смерти, — вспомнила, размышляя о варианте. — Если убрать людей, то магистры не умрут, но будут страдать как минимум неделю. Это идеально, но радиус поражения до пятисот метров, если только убрать всех учащихся в академию или общежитие…  — Мелкие зверушки в лесу умрут.  — Ну да, — скуксилась, штурмуя мозг на предмет всего, что туда засунул учитель. — Мне нужен Генри, принесите мне Генри. — Но увидев, как встал Нирон, остановила: — Да пошутила, он тоже знает только смертельные.  — Погоди, — засомневалась Аманда, словно застигнутая просветлением. — А какую паническую атаку ты знаешь?  — Как это какую? Прикосновение тьмы. Аманда красноречиво промолчала и Алиса не выдержала:  — Да что не так?! Мой учитель ненавидит эту стихию всей душой, а поэтому заставил меня выучить все учебники по ней!  — Может ты перепутала ненависть с любовью? — поинтересовался Сирон, но по взгляду понял, что нет, она сказала всё правильно. — Ладно, молчу.  — Сбой истока — блокировка магии, тоже относится к тьме, если я всё же засуну их в гробы.  — Где ты столько гробов возьмёшь?  — А? Нет, это заклинание земли, называется Гроб. Но, правда, есть ещё ледяной.  — Огненный гроб был бы прикольным, — впал в тёмное настроение Сирон, а Нирон нервно засмеялся:  — Нас за такое исключат.  — Нет, мне сказали, главное — не убить.

Написано 18 мая 2018, 15:58

Редактировано 10.01.2020