Бискейн

Two Steps From Hell (Pathogen - 2007) - Shed My Skin _______

Никогда не забуду тот день в начале июля, когда в сети моего исследовательского катера в заливе Бискейн недалеко от Гольфстрима попалось неизвестное животное с внешностью сказочного существа; как, преодолевая шок и неверие, вручную вытаскивал на палубу крайне тяжелое барахтающееся существо и с каким трудом усыпил его из ружья, чтобы изучить. Это казалось сном или чьей-то шуткой, и я потом весь вечер изучал источники в поисках упоминаний чего-то подобного, но даже в местных желтейших газетенках не говорилось о столкновениях с монстрами. Или не монстрами. Мне все еще трудно подобрать точное определение, но с точки зрения обывателя это далеко не обыденная вещь. Это… Это русалка, черт побери. Еще на палубе я подробно рассмотрел это существо, занося как можно более подробное описание в блокнот. Длина от макушки до кончика хвоста: ~2,5 метра. Длина от начала чешуи на поясе до кончика хвоста: ~1,7 метра. «Человеческая» часть имеет мужской фенотип, однако половые признаки (волосяной покров кроме волос на голове, соски) отсутствуют. Пупок отсутствует. Строение и расположение мышц аналогично человеческому. На спине, плечах и от кисти до локтя плавники, по строению аналогичные рыбьим спинным. Кожа похожая на человеческую, отличается серым оттенком и каким-то слизистым покрытием. Протираю слизь пальцами, даже нюхаю. Ничем не отличается от аналогичной на чешуе рыб, органическая смесь для иммунитета и уменьшения трения. На чешуе точно такая же. И на волосах. Здесь задерживаюсь ненадолго, пропуская пряди через пальцы. Довольно странное ощущение, вроде волосы как волосы, разве что толще обычных и очень скользкие. Длина… В ход опять идет измерительная лента. Самые длинные пряди волос от макушки до лопаток, почти белого цвета, на концах из мягких становятся жестковатыми и приобретают ржавый оттенок. Для образца срезана прядь и несколько волос с корнем. Я не очень уверен в транквилизаторе для диких зверей, поэтому на всякий случай добавляю еще дозу, когда кажется, что существо двигает пальцами. Кстати, пальцы тонкие и длинные, соединены перепонкой. На кончиках внушительные когти, острые, но явно не мешающие обладателю в более тонкой работе. Заношу все в записи чисто на автомате, как и надо хорошему исследователю, пока не роняю блокнот из-за внезапно задрожавших рук. Русалка. Какого хрена я поймал русалку?! Может, я просто что-то не то съел? Неплохо было бы свалить все на неудачный грибной жюльен или на происки конкурентов, которые, как и я, ищут здесь считающийся вымершим вид маленьких дельфинов. Возможно, это просто розыгрыш, актер, который изменил свою внешность и специально заплыл в первые попавшиеся сети, да что за бред я несу. Это существо отнюдь не подделка. Кровь, кстати, у него бледно-красная, я выясняю это, когда беру образец чешуи и грубовато от волнения выдираю ее пинцетом. Это открытие века. Слава, деньги и прорыв в науке. Почти задыхаюсь от восторга при этой мысли, вскакиваю на ноги и еще раз окидываю существо взглядом. Это символ моего великого будущего, символ первого человека, поймавшего то, что раньше считалось мифом. Смесь рыбы и человека в такой странной и даже прекрасной форме. Я прославлюсь, да я чертовски везуч! Однако… Никто не должен об этом знать, пока я сам не изучу его. Если кто-то из начальников увидит это существо слишком рано, то просто отберет и отдаст куда-то в другое место, и это будет правильно – не ума молодого зеленого океанолога это дело. Значит, я должен его спрятать. На мой участок вроде бы никто не ходит, а бассейн для дельфинов вполне подойдет и для русалки. Все же странно называть его так. В мыслях сразу иллюстрации к сказке Андерсена, а перед глазами нечто красивое, но совсем не сказочное. Я сказал «красивое»? Ну, так и есть. Как красивы тигры, ядовитые лягушки и бабочки – так же красиво это дикое создание. Степень его человечности я смогу определить, только когда оно проснется. Вдруг оно может разговаривать? Мысль об общении с живым мифом захватывает. Он ведь может многое мне рассказать, я уже уверен в этом. Но в таком случае я не могу изучать его как животное. Будет ли он обладать человеческими правами? Так и представляю, как его катят в суд в какой-то бочке с колесами, а я на скамье обвиняемых в унижении личности. А ведь правда – он наверняка умеет говорить. Строение подбородка и горла очень даже допускают такую возможность. Осторожно открываю ему рот, господи, какие острые зубы. В два ряда, чем-то напоминают акульи челюсти. Язык, однако, скорее человеческий. Чуть не отдергиваюсь от движения влажного воздуха, но соображаю, что это его дыхание. На шее есть жабры, но они плотно сомкнуты. Комбинирование типов дыхания. Такая особь может выживать и на суше, хотя скорее всего будет значительно ограничена в движениях. Однако мы не можем пока достоверно сказать о физических возможностях существа. Я могу лишь отметить его развитую мускулатуру и начинающую темнеть кожу на локте. Синяк? Порываюсь к борту и перевешиваюсь вниз, рассматривая стенку катера. Ну и вмятина… Сомнения насчет физических возможностей быстро отпадают. И лишь в последнюю очередь я рассматриваю его лицо, будто боялся до этого момента увидеть в нем такого же (ну почти) человека, как я, что помешало бы с таким беспристрастием его рассматривать. Правильные черты, почти не смазанные, чего можно было бы ожидать от водного существа. Губы очень тонкие, не отличающиеся цветом от прочей кожи. Вместо бровей какие-то длинные тонкие плавники, «разлетающиеся» в стороны, мысленно я назвал их «усами». Ресницы отсутствуют. Продолжая записывать наблюдения в блокнот, осторожно надавливаю пальцами на веки и раздвигаю. Мутно-желтые и отнюдь не рыбьи глаза, бессмысленно сейчас уставившиеся куда-то поверх моего плеча. Волны почти детского восторга все еще проходятся по мне, вызывая желание взять и затискать это чудо природы. Кстати, надо дать ему имя. Нет, я понимаю, что у разумного существа наверняка есть свое собственное имя, но пока мне надо как-то его называть. Я поймал его в заливе Бискейн. Пока буду называть существо в честь местообитания. Быть может, я поймал местного рыбьего царя? А вдруг их здесь много, тогда я даже смогу связаться с ними, пока не выдавая ученым и журналистам. План исследования: изучить его язык, если оно говорит, объяснить свои цели и дать понять, что оно в безопасности. Главная цель – наладить контакт и хорошее отношение. Сегодня я прикоснулся к чему-то невероятному. Жду не дождусь момента, когда Бискейн очнется в специально приготовленном для него бассейне, и я смогу с ним поговорить. * * * В древности мореплаватели рассказывали о девушках с рыбьими хвостами, что пели на скалах и заманивали туда очарованных путешественников. На картах даже обозначали такие опасные места, чтобы предостеречь новичков, но в итоге это все равно стало сказками. Совсем не факт, что эти «сирены» не были галлюцинациями оголодавших и заболевших моряков. Потом ученые объявили, что за русалок принимали обыкновенных ламантинов. Смотрю в сторону бассейна, находящегося за односторонним стеклом кабинета – с той стороны затемненное зеркало. Бискейн проснулся, но пока особо не высовывался из воды, а мне почему-то боязно туда заходить. Просмотрю всю доступную матчасть, а потом уже можно и к практическому изучению приступить. Вижу что-то серое, мелькнувшее из-за бортика, чешуя блеснула в полутьме. Там горит только пара небольших светильников, я решил не зажигать большой свет посреди ночи – это бы привлекло ненужное внимание и смутило гостя. Он же… я почти уверен, что он не глупее меня. И на ламантина уж точно не похож. Нахожу еще одну версию происхождения русалок – человеческая мутация с ногами-хвостом. Недолго такие жили, и это уж точно не мой гость, который скорее рыба и совсем не млекопитающее. Это напоминает явление конвергенции*, но почему именно человеческая форма? Кстати, самцов русалок вроде называют «тритонами», буду пользоваться этим термином. И вообще, странное ощущение, когда все то, чему тебя годами учили в университете, оказывается под сомнением из-за пары метров плавающей странности. Это уж точно не то, к чему я был готов, когда приезжал в Майами в составе исследовательской группы. Ночь. В 00.45 Бискейн проснулся, активность возрастает. Два раза вылезал по пояс и осматривался. <…> В 4.02 почти полностью вылез на пол и опрокинул ведро с рыбой для дельфинов, ориентируясь явно на запах. Зеваю, подливая кофе в кружку. Я не могу спать в такое важное время, надо запечатлевать каждое движение Бискейна. Кстати, есть рыбу он не стал. Может, он ест что-то другое? Но строение челюсти недвусмысленно говорит о его хищности. Хищная рыба… Почему я до сих пор уверен в его разумности? Быть может, это чисто человеческая черта – наделять интеллектом все, что хоть как-то похоже на нас. Довольно нарциссично, если подумать. Но мне нельзя поддаваться стереотипам и предрассудкам, я ученый, и моя задача беспристрастно описать происходящее. Чтобы все эти высоколобые умы подавились. Деньги, слава, что я еще там забыл? Признание, вот что главное. Хотя и важность денег трудно переоценить… Задумавшись, не сразу реагирую на стук в стену и отшатываюсь, увидев в метре от себя Бискейна. Тот успел пересечь полосу пола и теперь сосредоточенно изучал стеклянную панель, отделяющую кабинет от бассейна. Это жутковато, наблюдать, как он ощупывает стенку длинными перепончатыми пальцами, уставившись куда-то вперед. Я знаю, что он видит лишь свое отражение, но почему-то по коже мурашки от неподвижного желтого взгляда. Встаю и направляюсь к двери, прихватив со стола пистолет с транквилизатором, при первых же моих шагах Бискейн забавно дернул ушными плавниками и молнией скользнул обратно в воду, нырнув почти без всплеска. Значит, он просто осторожничает из-за незнакомой обстановки, и, черт возьми, у него великолепный слух. Думаю, мне не стоит бояться внезапной агрессии. - Ты слышишь меня? – негромко говорю, идя вдоль стены и пока не приближаясь к бассейну. Вижу, как из-под воды медленно поднимается белая макушка, потом глаза, нос, и тритон замирает, следя за мной лишь глазами. Полосатые плавники плотно прижаты к голове, как у напуганной кошки. Он не отвечает мне, что же делать… Может, через еду? Это тебе не дельфины, которые куда более человечны, чем мой нынешний гость. Подбираю рыбу. Попробовать ее предложить? А вдруг он питается другой рыбой? В любом случае, у меня есть только это. Приближаюсь на метр к борту, на всякий случай держа оружие наготове, протягиваю тушку. Тритон как-то скептически вздергивает брови-антеннки – или же мне показалось из-за желания увидеть привычные эмоции. Не зная, что еще сделать, демонстративно кусаю рыбу за бок. - Видишь? Это съедобно. Бульканье. От резкой реакции тритона едва не отпрыгиваю и роняю скользкую тушку на пол. Высунувшись почти по пояс, Бискейн откровенно хохотал, прикрыв рот ладонью в каком-то совершенно человеческом жесте. Внезапно разозлившись, кидаю в него эту несчастную рыбу и попадаю прямо в лоб. Успех. Смерив меня вежливо-презрительным взглядом, тритон подбирает упавшую в воду тушку и, продолжая растягивать губы в широкой улыбке, откусывает часть. С вкусным таким хрустом отдирает голову от туловища, утаскивая часть позвоночника и каких-то бледно-красных нитей. Весь его вид вкупе с нахальным взглядом так и говорит: «Приятного аппетита». - Надеюсь, тебе вкусно. Ты можешь со мной говорить? Или ты говоришь только на своем языке? Не знаю, какой у вас там русалочий язык, но он должен быть недалек от английского, раз уж ты плаваешь в этих водах, - говорю просто чтобы говорить, Бискейна надо приучать к моему голосу. - Ну или хотя бы испанского, - вздохнув, продолжаю. Тритон тем временем доел и подплыл ко мне, опираясь о бортик и высовываясь до начала хвоста. Тянется ко мне, шумно вдыхая. Кстати, зачем ему нос? Эта мысль внезапно осеняет меня в таком глупом сейчас положении. Если рассудить логично, то носа у рыбообразного существа быть не должно. Только спустя секунд пять понимаю, что ему необходимо обоняние и на суше. В воде такую роль выполняет кожа, но для воздуха она не сгодится. Опять же, запасной путь дыхания. Перестав принюхиваться, он характерно шевелит тонкими губами, будто неслышно что-то проговаривает, продолжая настойчиво смотреть мне в глаза. Может, он собирается заговорить, но пока не уверен? Поневоле напрягаюсь, пытаясь уловить тот момент, когда он произнесет что-то понятное, положив начало новому великому открытию. Среди ученых мало верующих, но сейчас я готов молиться от предвкушения и восторга. Резко отстранившись, Бискейн издал характерный сдавленный звук, будто прокашливался, совсем как наш преподаватель по геологии. Черт, почему я забыл принести диктофон? Ладно, если повезет, то этот разговор будет не единственным, и я еще успею запечатлеть на пленку голос морского существа. Что-то он прокашливается дольше, чем это необходимо. Прежде чем я заподазриваю неладное, он совершенно по-кошачьи давится и выплевывает на край бортика рыбные изломанные плавники. Тупо уставившись на них, автоматически соображаю, что горло у Бискейна нежное, раз он не смог проглотить острые плавниковые лучи. Тихий плеск воды – тритон бросил на меня обвиняющий взгляд, будто это я виноват в не слишком удачном его обеде, и скрылся под водой. Ложная тревога. Чувствую какое-то разочарование, которое больше подошло бы ребенку, обнаружившему, что зубы из-под подушки таскает не фея, а озабоченная гигиеной мама. Да с чего я взял, что он заговорит со мной? Даже если умеет, в его глазах я лишь странный похититель. Запихнул в сеть, оглушил, притащил в незнакомое место и накормил рыбой с колючими плавниками. Тут и преступником себя почувствовать недолго. Кстати о преступниках… Могли и раньше находить таких, как он? Может, на черном рынке уже вовсю гуляют полосатые оранжевые плавники в качестве сувениров? Нет, если бы такое нашли, это был бы взрыв. Всплыви (в любом смысле) нечто подобное среди людей, это бы не удалось сохранить в секрете. И, если подумать, почему до сих пор их не обнаружили? Да, океан все еще остается самой неизведанной территорией, но разве при нынешних методах изучения и сканирования сложно обнаружить следы «поселений»? Но это только в том случае, если их действительно много. А вдруг мне попался уникальный объект вроде Лох-Несского чудовища? Единственный во всем мире. Почему-то от этого становится грустно. Я вытянул лотерейный билет всей жизни, но ценой вероятного уничтожения последней особи. Пожалуй, частично подтвердить или опровергнуть эту теорию можно, узнав его возраст. Чешую я уже брал на образцы, применим самый простой и очевидный метод. Может, он моложе меня – рыбы быстро растут. А может, ему несколько сотен лет, как той рекордсменке-черепахе. Отвлекаюсь от раздумий только когда острый морской запах ударяет прямо в нос – тритон приблизился меньше чем на полметра, продолжая пугающе пристально рассматривать меня. Инстинктивно выставляю руку с пистолетом-транквилизатором, отчего Бискейн отдергивается и шипит, расправив ушные плавники так, что теперь отчетливо видны контрастные черные пятна и рыжие полукружия. После чего ныряет и больше на поверхности не показывается. Озадачено смотрю на оружие. Видимо, тритон уже был когда-то знаком с таким, а то и похуже. Надо как-нибудь осмотреть его на предмет старых ранений. И вообще попробовать узнать его возраст, хотя он и сам может сказать, если умеет. Если он долго жил у этих берегов, то вполне может понимать людей. Бискейн молчит только потому, что еще не доверяет мне, я уверен. Кстати, еще одна маленькая загадка раскрылась. Ушные плавники играют так же предупреждающую функцию. Не удивлюсь, если так он отпугивал крупных хищников, это чем-то похоже на механизм плащеносной ящерицы. Контрастные цвета раздражают взгляд и сигналят о несъедобности или ядовитости. Является ли он ядовитым на самом деле – еще не выяснено. Питается рыбой. Однозначно хищник. Эмоции присутствуют – или же их достоверная имитация. Улыбался и смеялся в ответ на дурацкое действие. Умение говорить все еще не подтверждено, хотя на голос обращает внимание. Проявляет любопытство. * * * Изучение чешуи не дало информации о возрасте. Количество кругов везде разное, возможно, он периодически линяет. Таким образом наиболее точно определить возраст можно только с помощью вскрытия. К сожалению, это сейчас невозможно по этическим причинам. Отвлекаюсь на пиликанье телефона. Мари собирается зайти к вечеру. Она моя невеста и, признаться, океанологией совсем не интересуется, стоит ли ей знать о находке? Решу потом, когда просплюсь к тому времени. Еще один смачный зевок и смотрю на часы, потом в сторону бассейна. Тихо. Он уснул, а может, просто скучает. За широкими окнами под потолком небо уже порозовело. Возможно, я смогу поспать, если найду, чем занять Бискейна. Ответ приходит сам собой, когда оборачиваюсь к небольшому холодильнику, на котором стоит телевизор. Что может быть проще и удобнее для того, чтобы проверить знание человеческого языка? Главное, чтобы он не воспринял этот объект как что-то опасное, хотя о чем это я думаю – не настолько же этот тритон дик. Тихо прохожу мимо бассейна и ставлю телевизор на небольшое возвышение, подоткнув полотенцами, чтобы до него не долетели брызги, включаю и понижаю громкость, чтобы не мешала мне, но и была четкой для Бискейна. Выходя из комнаты, спиной чувствую его внимательный взгляд. Наблюдение заканчивается в 7.30, делаю перерыв. Глаза смыкаются сами собой, но не могу даже задремать из-за какого-то тонкого, сверлящего уши звука. Поднимаю голову и слегка хлопаю ладонью по уху. Обычный звон в ушах, он у меня бывает. Правда, обычно от него не слишком болит голова. Однако неудобство вскоре проходит, и я проваливаюсь в крепкий сон. ________________ *конвергенция - появление похожих признаков у разных родов, классов и т. д. Например, крылья бабочки, летучей мыши и птицы являются конвергентным приспособлением для полета.