Как черны наши сердца

После того, как Джон удалился в одну из кают, корабль продолжал свое движение по морской глади, мягко покачиваясь на спокойной после шторма воде. Ватсон, за один день пережив больше чем за все время работы на "Лидии", был вымотан и, опрокинув в себя ужин, оставленный Хадсоном, уснул практически сразу, не расстилая кровати. Ему снился корабль Тэйта, шторм, который он пережил, то, как могучие волны перевернули, словно скорлупку, пассажирский корабль, а на его месте возник корабль пиратов, окруженный таинственной темной дымкой. На корабле явно творилась неразбериха. Множество людей бегали, что-то искали. На палубе был и Джон, который тоже, почему-то, метался как крыса и чувствовал подходящую к горлу панику. Вдруг все прекратилось, а перед глазами Джона оказался мертвый Билли, который лежал на доске,балансируя на самом краю кормы. Дернул же черт подойти к обтянутому плащаницей трупу! Стоило Джону приблизиться к телу, как то с диким воплем село и уставилось на врача, словно труп еще мог что-то видеть через непрозрачную белую ткань. - ТЫ! ТЫЫЫЫЫ... - прохрипел труп, и кровь забулькала у него в горле, а мертвец пытался выпутаться из ткани. Из рта потекла красно-черная жижа, окрашивая плащаницу в красный. - Я! - Джон сел на кровати и судорожно схватился за покрывало под ним. Кажется все шло своим чередом. На палубе снова перебранивались люди, занятые работой. Голос Грега он узнал сразу, потому что этот пират посылал всех к чертям с такой частотой, что бедные черти, наверное, сошли с ума от такого количества грешников на их голову. - Твою мать, - выдохнул Джон, закрывая лицо рукой и падая на спину, стараясь отдышаться и прогнать из своей головы образ мертвого врача. В голове Джона сложилась картинка: как ему чудовищно повезло. По-сути, дважды избежав смерти, он попал на корабль английских пиратов. Может ему повезет еще раз и он сможет вернуться домой... Домой. Джон криво усмехнулся. Зачем ему возвращаться? К матушке, которая будет продолжать опекать его, словно он до сих пор раненный в плечо солдат? К отцу, который будет считать его неудачником, потому что, какая бы слава ни закрепилась за Джоном Ватсоном, который защищал королевство, он не будет востребован как врач в своем округе? К сестре, которая день-на день выйдет замуж за нелюбимого мужчину? Нет. Дома его не ждали. - Эй! - в дверь поколотили кулаком, - Сухопутная крыса, ты жив еще? Джон сел на кровати, не удостоив своим ответом спрашивающего. Все затихло, и Джон, закрыл глаза, пытаясь заснуть. - Эй! - снова стук,осторожный и мягкий, но слова совсем не соответствовали робости и аккуратности, с которой рука стучала в дверь, - Чертова белобрысая обезьяна, пошевеливайся! Джона это жутко взбесило! Голова болела, боль словно пульсировала в висках с кровью. Он резко сел на кровати, встал с нее и быстрым шагом он подошел к двери, растворил ее, и, не глядя на стоящего за ней, выпалил: - Я тебе сейчас покажу белобрысую обезьяну, ты маленький кусок переваренного дерь... - Доктор! Джон посмотрел вверх. На него, снизу вверх смотрел капитан, а сзади него стоял какой-то пират, которого раньше судовой врач не видел, и который сочувствующе покачал головой. - Капитан...я... - Джон смутился, нахмурился, выглядывая из-за долговязой фигуры, чтобы найти того засранца, который так безбожно его провел. Около кормы стоял Андерсон и, гаденько улыбнувшись, отсалютовал врачу. "Ну, гад... Попросишь ты у меня лекарство. Столько слабительного отсыплю - от обезвоживания сдохнешь". Капитан прочистил горло, и Джон, неловко покачнувшись, посмотрел на него, вновь концентрируясь на молодом человеке с пронзительно сине-зелеными глазами. - Я прошу прощения капитан, - Джон неловко положил ладонь на свою шею сзади и потер ее, пожимая плечами. - Однако... - ухмыльнулся одним уголком губ капитан, - Ваши обороты едва ли тянут на ругательства простого моряка... Что же, - Мужчина оправил манжеты своей белой свободной рубашки, - Я надеюсь, что наше ночное путешествие вас не сильно уморило: вечером был достаточно сильный ветер, а я краем уха слышал как вы кричали. - Стоп, - Джон пронзительно посмотрел на капитана, - Вы думаете, что я испугался? - После пережитого стресса это было бы вполне естественным ходом событий. Джон поморщился и сжал зубы, отчего на лице проступили жвалки. - Мистер Холмс, - процедил Джон, хмурясь, - К вашему сведению, я уже более чем достаточно плаваю в море и... - На чем вы там плавали? - насмешливо произнес мужчина, скрестив руки на груди, - Кажется "Лидия". Что же? Старикашка Тэйт до сих пор у руля и водит его только по безопасному маршруту? - Позвольте! - Доктор Ватсон, - Холмс пригладил рукой волосы, - У меня нет ни времени, ни желания доказывать вам обратное. Тем более, что вы это сами поймете... Наверное. Поднимитесь ко мне в каюту через час. Мне нужно с вами обсудить некоторые вещи, а вы пока можете предаться мыслям о том, какой я заносчивый мерзавец. С этими словами Шерлок Холмс развернулся на каблуках своих высоких сапогов и, набрав в грудь побольше воздуха, крикнул "ГРЭМ! ТРУБА!" и направился в сторону носа. Джон фыркнул и, зайдя в каюту, закрыл дверь. - Заносчивый юнец, - сказал Джон двери, после направляясь к своей койке и расправляя смятое ночными метаниями и утренними попытками заснуть одеяло. Неужели он действительно так сильно кричит? О, Королева... Джон сел на кровать и потер глаза, после направившись в угол комнаты, где был таз. Воды в нем, конечно же, не оказалось. Джон с досадой хлопнул по его днищу рукой. Металлический тазик лишь жалобно взвизгнул, словно вопрошая "А я-то тут при чем?", но Джону было плевать. От головной боли его раздражали все и вся. Неужели даже воду трудно налить? - А ты что думал, мы в плаванье тебя выжидаем? Джон аж подпрыгнул на месте. Сзади него стоял Хадсон, придерживая дверь одной рукой и, держа в зубах самокрутку, улыбался желтыми зубами. - А, это ты Хадсон, - Джон был рад видеть этого пожилого пирата, потому что он больше всех, не считая, конечно, капитана, был похож на джентльменов с суши и "Лидии". Даже головная боль, немного побившись о виски Ватсона с внутренней стороны, утихла. - Ну а кто ж еще запрется к англичанину, который пришел после шторма? - ухмыльнулся тот, - Хупер вообще тебя стороной обходить будет: этот мальчишка такой суеверный, что даже мне смешно становится. А остальные к тебе с опаской, так что давай. Поднимай свою задницу и пошли жрать. Заодно и развенчаешь мифы о своей грозности. - Подожди, - Джон помахал рукой, - А с чего бы это мне быть грозным? Хадсон посмотрел по сторонам, и , убедившись, что они одни, закрыл дверь. - Ну как это "почему?". Ты же пришел после "tanta tempestas"*. За время нашего плавания это первый такой шторм. Джон раскрыл глаза пошире. - А что это такое? "Тanta tempestas" - это какое-то понятие из ваших пиратскийх легенд? Джон никогда не совал свой нос в чужие дела. Но был любопытен до новой информации, что специально или случайно попадала в ближайший круг его восприятия. - Ты что, - тихо начал Хадсон, подходя ближе и понижая голос до шепота, - Никогда не слышал о "tanta tempestas"? - Нет. - Я тоже, - громко сказал Хадсон, отчего Джон аж подпрыгнул, а потом засмеялся. - Хадсон, развел меня, старая ты скумбрия. - По этой причине тебя боится Хупер, кхе-кхе, - посмеиваясь лающим кашлем, сказал старик, - Он верит в эту чертову байку, которую Грег придумал, чтобы припугнуть его. Бедняга, до сих пор верит, что в шторм морские твари занимаю тела выживших в шторм путников. - Ладно. Это я понял. А почему меня боятся остальные?- ухмыльнулся Джон, - они-то не верят в эту чепуху. Хадсон вздохнул. - Капитан проявил заинтересованность тобой. Джон дернул плечами, посмотрев на Хадсона. - В каком это месте? Старик посмотрел на него с отеческой заботой, словно собирался втолковывать какие-то очевидные вещи своему сыну. - Понимаешь ли... Наш капитан, конечно, выглядит как юнец, который на базарах босиком газеты разносит и рвет глотку криками об очередной сенсации, но он бывалый пират. Столько трюмов обчистил и кишок повыпускал - мама не горюй! Да, он не выглядит, как убийца. Но он не пренебрегает пачкать руки в крови, если того требует долг. - Какой долг? - спросил Джон. От этого разговора Джону стало немного не по себе. - Это он тебе сам расскажет, - отмахнулся седой, - Но что главное. Он не любит чужаков. Он вообще мало кого любит... Многие думают, что у него сердца нет вообще... Я к ним не отношусь, но и это не важно. Суть в том, что чужаки с нашего корабля уходят одним путем - через доску. Даже когда нам нужны были рабочие руки. А ты... Он что-то в тебе увидел, Ватсон. Не знаю что, правда, ты не похож на пирата, но наш капитан - не лыком шит. Умен, как тысяча чертей преисподней. А вообще.. Хватит языками чесать. Я жрать хочу. И жить. Эти разгильдяи меня к черту разорвут, если я в ближайшее время не начну выдавать жрачку. Он пошел к двери. - А ты? - Что я? - непонимающе уставился на него старик. - А ты веришь, что у него есть сердце? Хадсон остановился у дверей. - Невозможно болеть морем, когда у тебя нет сердца. Я уверен, что он влюблен в море. А любящее сердце никогда не виновато, Ватсон. И он закрыл дверь.

***

Трюм был освещен тусклым светом лампы, что была подвешена на крюк у самого потолка. Стоит отдать должное Грегори: боцман отлично справлялся со своими обязанностями, а потому опрятно выглядела не только палуба, но трюм, в котором, обычно, бегают тараканы, пахнет застоявшейся водой, плесенью и некоторыми другими биологическими жидкостями, которые не могут быть названы в нашей истории по этическим соображением. Хоть боцман выглядел немного неопрятно, а во время еды даже пролил на себе питье, то такая чистота была, должно быть, большим достижением и результатом долгой работы на судне. Добрая половина трюма была забита ящиками, сундуками и бочками, на второй половине размещались кровати пиратов - подвесные гамаки, висевшие в три ряда. Когда Джон увидел сие зрелище, он тут же поинтересовался, как забираются на средний и высокий гамаки. - Как - как. Подсадили, и дело с концами, - сказал мужчина, хмыкнув и затягиваясь, - Потому если ты ночью встал отлить, то потом,будь добр, спать на полу. Чертово бедро, совсем разболелось. - Думаю, что у Уиггинса были обезабаливающие... - Да что мне Уиггинс. Вот! - он помахал перед носом доктора самокруткой, - Травка... от бедра. Он рассмеялся. Джон лишь понимающе приподнял брови и качнул головой в сторону. Обед был уже позади. Добрая половина пиратов, особенно те, что были постарше, валялись в гамаках, покачиваясь и покуривая похожие самокрутки. - У них тоже травка от бедра? - ухмыльнулся Джон. - Ага! Счас! Я еще на этих балбесов буду тратить свои запасы, - фыркнул Хадсон, как-то любовно выделив слово "балбесы", - Табак. Награбили у рыбаков. - Однако. Они поднялись наверх, где более молодые и крепкие пираты прибирали палубу. Грег сидел у носа и начищал свой клинок от запекшейся еще вчера рыбьей крови. - О, ты вытащил гостя на палубу? -ухмыльнулся Грег, вскинув рассеченную бровь и поднимая свой клинок, проверяя блеск его лезвия на лучах солнца. - Не, сам увязался, - фыркнул мужчина. - А, ну да, ну да... Он увяжется, - улыбнулся мужчина и встал, вставив свой клинок в ножны и, тщательно вытерев руки о тряпку, которой он чистил кровь, протянул мужчине ладонь. - Грегори Лестрейд. Кажется, вчера я так и не представился. Джон хмыкнул. - Думаю, мы уже достаточно близко познакомились, пока вы везли меня в шлюпке, как скрученную рыбу, - он крепко пожал руку Грегори, тот улыбнулся, отчего его лицо сразу приобрело намного более округлые очертания и стало более приятным. - О да, я постарался, - он указал на свою бандану, что была завязана на лбу и предотвращало падения длинных седых волос на лоб. - Еще бы. Запястья до сих пор ноют. - Эй Грег! - у бочки, что стояла у правого борта, расположились два пирата, которые заговорщически посматривали на Грегори, - Не хочешь съесть Джокера? - Браун, счас я тебе начищу, - фыркнул Грег, а потом повернулся к Джону, - Нет желания обставить парочку сушеных селедок в дурака? - Что же... Охотно... Хадсон лишь усмехнулся. - А ну вас к чертовой матери, игроки! Пойду полежу. - Что-то ты сдавать стал Хадсон, - подколол его Грег, усаживаясь на маленький бочонок. - Иди к черту! - раздалось из трюма. Джон умостился рядом с бортом, положив на его край локоть и внимательно наблюдая, как раздают карты. - В общем, - сказал Грег, - Этих двух селедок зовут Джордж и Билли. Что по правилам. Правило одно - не мухлевать. У нас тут строго с этим, можешь получить козла. - А что это такое? - спросил Джон, разворачивая карты перед собой веером. - Получишь, тогда узнаешь, - рассмеялся Грегори, - Пики козырь. У кого шестерка? Спустя минут пять игры все карты были разобраны. У Джона в руках осталась только четыре карты: два туза, джокер и валет пик. Он уже предвкушал свою победу как... - Доктор, кажется я просил вас зайти еще пятнадцать минут назад. - Бля! - Джон вздрогнул, и валет выпал из руки и чуть не был унесен ветром в море, - Вы всегда так подкрадываетесь? Джон положил карты знаками вверх и встал, оправляясь. - Вообще нет, но за вами весьма забавно наблюдать, потому я не отвлек вас от игры, - ухмыльнулся кудрявый, - Хупер уже 10 минут вас ищет. Я решил ему помочь, а вы тут. Я уже было подумал, что вы украли у нас шлюпку и попытались сбежать. - Капитан... - Пойдемте. Есть разговор, - он развернулся в сторону второго яруса, где и располагалась капитанская каюта. - О как, - удивленно качнул головой Грег. - Иди, мы уже поняли, кто выиграл. Осталось узнать, кто из нас дурак. - Джон? Ватсон повернулся на голос и увидел стоящего на лестнице капитана, который одним своим видом выражал ожидание. - Я уже. Пока Джон поднимался, он слышал, как хлопали карты и как Грегори взревел: - БЫТЬ НЕ МОЖЕТ! После он зашел в каюту капитана. Просторное помещение было буквально завалено книгами. Они были разной тематики, в основном, конечно, химия, физика, кораблестроение и астрономия. Они все были разных цветов, разных размеров, огромное количество закладок находилось в каждой из книг. Среди всего этого беспорядка был огромный круглый стол, заваленный всяческой бумагой, парочкой чернильниц и невозможным количеством перьев. Тут стояли мензурки, колбы с какой-то розово-красной жижей и прозрачными субстанциями. В целом, каюта капитана многое могла сказать о своем хозяине. Джон подфутболил какую-то книгу и поднял ее. - Не знал, что вы читаете лорда Байрона, сэр - сказал мужчина, пролистывая пару страниц из сборника, а на обложке и вовсе обнаружил его подпись, - Это что..?! - Беллетристика? - Шерлок непонимающе уставился на книгу и, казалось, факт наличия такой книги в его каюте удивлял его в той же степени, в коей Джона удивляла подпись самого Байрона на форзаце, - Понятия не имею, как она сюда попала. Он сел в свое кресло и закинул ноги на стол, сложив руки у губ домиком. - Присядьте, доктор, что вы уцепились так за эту книгу? Этот Байфон какой-то очень одаренный поэт? - Вы не знаете Лорда Байрона? - онемел Джон, садясь перед капитаном, - Это же величайший поэт нашего времени! Он войдет в историю! - То что он войдет в историю меня волнует меньше всего. Стишков уже порядком написано. Лучше бы открытие в физике сделали или в химии, это ближе к моей деятельности, но не суть, - сказал Шерлок, - Приступим к делу, доктор. - Я вас слушаю,- Ватсон понял, что переубеждать капитана абсолютно бесполезное занятие, хотя ему и было грустно. Ведь если люди не будут интересоваться тем, что выходит за рамки полезного для них, то люди бы стали необыкновенно глупы. - Видите ли, Ватсон, - начал Холмс, - вчера из жизни ушел весьма талантливый химик и врач Билли. Жаль парнишку, но ничего не поделаешь. У него были огромные шансы стать великим, но увы. Жизнь и его здоровье решили по другому. Джон кивнул головой. - Мне нужен судовой врач, Джон, - сказал капитан, - и напарник, потому что мне часто нужно присутствие человека, хоть немного разбирающегося в медицине. Как вы смотрите на то, чтобы стать врачом на "Бастарде"? - Я право слово... На самом деле я рассчитывал на то, что вы сможете высадить меня на суше. Это против моей чести, капитан. Я понимаю, что пираты убивают за такие слова, но я не могу служить тем, кто являются врагами нашего королевства и Ее Величества и... - Подождите, доктор. Прочтите, - Шерлок подал Ватсону скрученный в трубку лист бумаги , с которого на бечеве свисала красная печать королевского двора. Джон развернул сверток и начал читать, шевеля губами, а потом глаза его расширились. - "Признаю судно "Бастард" пиратским. Пиратов под покровительством капитана Холмса младшего считать "пиратами на королевской службе""?! - Он отложил свиток, - Наша королева покровительствует пиратам! - Пиратам на королевской службе, - поправил его Шерлок, - Вы смотрите, но не наблюдаете... - Все я наблюдаю! - Вот и отлично, - Шерлок постукал пальцами по столу, - Теперь ваша возможная работа не перечит вашей морали. Я жду от вас ответа Джон. - Поверить не могу! Как же... - А вы думали, что налоги населению понизили просто так? - весело ответил Шерлок, но он нетерпеливо приподнялся, - Джон, мне нужен ответ. Мой корабль движется к суше и я должен знать, надо ли мне менять курс, потому что я не особенно хочу пристать к земле сейчас. - Нет, капитан. Я не могу на это пойти, даже при всем уважении к Королеве и при всей ненависти к французам, с которыми мы воюем, - Джон встал, - Я обещаю покинуть ваш корабль, как только он окажется в достаточной близости от земли, чтобы я мог доплыть до нее на шлюпке. Я не могу принять ваше предложение. Он развернулся и пошел к двери. - Ску-у-ука, - протянул Шерлок. - Что? -Джон обернулся. - Скука, - капитан поднялся с места и, заложив руки за спину, направился к Джону, - Вы же до сих пор спите и видите войну в своих снах? - Откуда? - Бросьте, доктор! - скривился Шерлок, - вы же уже увидели, на что я способен, когда анализирую. Вы двигаетесь резко и рвано, словно боитесь, что в вас попадут пули. У вас плохо функционирует нога, хотя ранены вы были в плечо. Возможно, вам задели нерв в госпитале, либо это что-то сродни душевному расстройству, только в более легкой форме. Вы кричите во сне "За Корону!", Джон. Вы скучаете. - Нет, - Джон фыркнул. Откуда он может знать? - Да, Джон. Я не ограничиваю вас в том, чтобы вернуться к своему папаше, который будет унижать вас и маме, которая будет заботиться о вас так, словно вы двухлетний ребенок, но подумайте. Вы меняете море на это? - Шерлок вскинул бровь. - Откуда вы знаете? - Скажем так, Хадсон не только хороший болтун, - Шерлок показал Джону на его дневник, что лежал на столе капитана. Увидев, как меняется его лицо, Шерлок поспешил его успокоить, - Будьте спокойны. Я не запомнил ничего, кроме этого факта и того скучного послевкусия, которым заполнены страницы в вашей тетради. - Это..! Это..! Это возмутительно, капитан! - сказал Джон, направляясь к столу. Он взял свою тетрадь и положил во внутренний карман сюртука, - Не лезьте туда, куда вас не просят! - Джон Ватсон. Если вы хотите домой - пожалуйста. Но я советую вам хотя бы попробовать. В начале сентября мы прибудем в Лондон, чтобы отдать часть добычи короне. Если вы не найдете наше путешествие увлекательным, то вы свободно покинете этот корабль. Дайте себе шанс. Джон задумался. Ведь и в самом деле. На "Лидию" он сбежал потому, что не мог сидеть в скучном окружении своего дома, у которых только одна тема - война, французы и политика. Он сбежал на "Лидию" от череды серых дней и бесконечной... скуки. И на "Лидии" он заскучал. Все его мимолетные романы уже не приносили ему ни перца, ни радости. Всегда одно и то же... Может, судьба и сам Бог дает ему еще один шанс? Он нерешительно поднял голову. - Я согласен. Но только до сентября. - Замечательно, - Шерлок подал Джону руку. Тот с некой неуверенностью, но все таки пожал капитану руку, таким образом закрепляя их уговор. - Вы будете получать двадцатую доли от нашей добычи. И я отдам вам четверть моей. И Байрона, раз этот треклятый рифмоплет так вам нравится, - он взял со стола книгу и всучил ее Джону. - Но... - Никаких но. Я все равно не читаю беллетристику. Пойдемте за мной. Шерлок направился на второй ярус, свистнул. - Джентльмены, соберитесь пожалуйста. Джон вышел следом и тоже уже собирался идти вниз, но Холмс остановил его, взяв за локоть. Рука его была холодная, крепкая... Какая-то надежная что ли. И Джон подчинился немому приказу остаться тут. Когда все собрались, а Грег с Андерсоном перестали перебраниваться, Шерлок окинул всех внимательным взглядом и тихо, но твердо, сказал:

- Позвольте вам представить нового члена экипажа, ребята. Джон Ватсон.