Переплёт

Внимание, пока не бечено! Пленник же тоже вытаращился на Димку, как на восьмое чудо света и выдавил: - Ты местный? Помоги мне, дикарь, и мой Клан вознаградит тебя! Глаза, кстати, у него были странного жёлтого цвета, с вертикальным зрачком. «Ну, чисто ящерица», - мимолётно подумал Димка и сказал на языке Найя: - Я не местный и не дикарь. Не дёргайся, я сейчас тебя освобожу. Судя по всему, парень этот язык Найя понимал, поэтому он заткнулся и послушно замер, а Димка достал верный швейцарский нож и начал перепиливать верёвки. «Быстрее давай, - вмешался Борька, - стая близко…» - Сссюс! – подтвердил сюсик. – Сссюс-ссии!!! «Понял, не маленький, - отозвался Димка, - скоро они здесь окажутся?» «Минут через десять», - проинформировал Борька и затих. А Димка продолжал перепиливать верёвки, ибо Кхемо скрутили пленника на совесть. Но и ножичек не подвёл, постепенно перерезанные путы падали к ногам пленника. Наконец, Димка закончил. Всё это время пленник молчал, странно косясь на блестевший на Димкиной руке браслет. Но когда оказался на свободе, выдал: - Великий Най… Но нет, этого не может быть, ты не Найя! Кто ты такой? В эту самую минуту совсем близко от поляны раздался утробный злобный вой, и Димка, схватив краснокожего за руку, рявкнул: - Потом, всё потом! А сейчас побежали! Быстрее! Краснокожий оказался парнем понятливым, да и леденящий вой он услышал, поэтому, не сопротивляясь и не задавая лишних вопросов, припустил за Димкой что есть мочи. Сюсик, отчаянно вереща, нагнал их и взобрался Димке на плечи, но парень не стал прогонять перепуганное животное – удрать от быстроногих «волков» у коротколапого толстенького сюсика не было никаких шансов, поэтому Димка стоически стерпел, когда сюсик вцепился ему в волосы, чтобы не свалиться, и только прибавил ходу. Прибавил ходу и краснокожий, только вот Димка не учёл, что тропинку к пещере тот совсем не знает, да и в наступившей темноте разглядеть что-либо было трудно. Неудивительно, что спустя минут пять бешеного бега, краснокожий споткнулся и вскрикнул от боли. Димка остановился и бросился к нему. - Нога… - простонал краснокожий. – Нога… «Блин, не дай Бог сломал!» - подумал Димка. Он взял краснокожего за руку и сказал: - Вставай, я тебе помогу. Недалеко осталось. - Нет, - всхлипнул освобождённый. – Эти звери… Они нас нагонят и сожрут обоих… Беги, я… - Не фиг героя России изображать! – рявкнул Димка. – Зря я тебя, что ли, спасал! Похоже, в азарте, он выкрикнул это по-русски, поскольку в глазах краснокожего мелькнуло непонимание, но больше он не стал ничего говорить, лишь ухватился за протянутую Димкину руку. Димка же перекинул руку бывшего пленника через плечо и крикнул: - Давай, пошли! На больную ногу не наступай! И они заковыляли вперёд – гораздо медленнее, чем следовало бы. А вой за спиной нарастал. Наконец, когда до пещеры остались считанные метры, за спиной раздалось злобное рычание. Димка торопливо развернулся и крикнул пленнику: - Ползи! Ползи вперёд! Я догоню! Краснокожий отозвался: - Я тоже кое-что могу! Меня учили! - Ползи, дурак! – рявкнул Димка. – Я справлюсь, не волнуйся! Там, впереди, моя пещера! Краснокожий явно хотел добавить что-то ещё, но тут прямо перед ними из темноты выскочил «волк». Здоровенное чудовище с чёрной шерстью и горящими красным огнём глазами. Краснокожий шарахнулся, нелепо шмякнулся на задницу, перевернулся на живот и пополз вперёд, волоча больную ногу. А Димка вытянул вперёд руку с браслетом и мысленно скомандовал: «Борька, давай! А то сейчас другие подтянутся!» И браслет не подвёл. Из него ударил тонкий серебристо-синий луч и попал прямо в глаза обнаглевшему вожаку. Тот взвыл, заскулил и покатился по земле, теребя морду лапами, а тем временем луч превратился в туман и начал рассеиваться вокруг. Дружный многоголосый вой стаи стал удаляться, а вожаку ничего другого не оставалось, как ползти за своими поджав хвост. «Я пустой. Постарайся не влипать в неприятности несколько дней», - проинформировал Борька и отключился. Димка погладил браслет. Он понимал, что Борька выложился до донышка, и с лечением краснокожего придётся разбираться самому. Но Борька в очередной раз спас ему жизнь. Вернее, им обоим. - Сии-юсс? – робко поинтересовался сюсик, о котором Димка в горячке уже успел позабыть. - Да слезай уже, - фыркнул Димка. – Топай к своим. «Волки» ушли. Сюсик немедленно слез на землю, встал на задние лапки, гордо надулся и прицельно плюнул в ту сторону, куда уполз вожак, а потом неспешно и вальяжно отправился в пещеру. Димка же пошёл следом. Краснокожий на адреналине успел доползти почти до самой пещеры. Но тут силы, видно, совсем оставили его, и он замер почти на пороге, испуганно глядя на Димку жёлтыми, чуть фосфоресцирующими в темноте глазами. - Всё в порядке, - успокоил его Димка. – Волки ушли. Давай, гость дорогой, посмотрим, что там у тебя с ногой. Краснокожий торопливо кивнул, уцепился за Димкину руку, и оба парня вошли в пещеру. Димка осторожно довёл краснокожего до покрытого шкурами ложа и сказал: - Посиди пока здесь. Я сейчас. Краснокожий оторопело плюхнулся на ложе и стал осторожно трогать устилавшие его шкуры с длинным мехом. А Димка быстро добыл огонь с помощью самодельного кресала и поджёг дрова в очаге. После этого велел спасённому вытянуть ногу, осторожно снял с него обувь и закатал штанину и ощупал опухший сустав. Перелома, к счастью, не было, был обычный вывих, и Димка заявил: - Потерпи немного, сейчас больно будет! И резко дёрнул, вправляя сустав. Краснокожий взвыл, из глаз потекли слёзы, и Димка проворчал: - Ну что ты, как баба... Взрослый ведь уже. - Как кто? - перестал всхлипывать краснокожий. - Неважно, - вздохнул Димка и перетянул потуже опухший сустав чудом уцелевшим остатком футболки. А потом добавил: - Попробуй, привстань. Легче? - Ага, - кивнул краснокожий и робко улыбнулся, - благодарю тебя... - Да ладно, - улыбнулся Димка в ответ. А потом хлопнул себя по лбу и заявил: - Надо же, а про птичек и я позабыл! После чего вышел наружу, вытащил птиц из золы, обколол с них глину, уложил аппетитно пахнувшее мясо на блюдо из большой раковины и вернулся в пещеру. Потом он закрыл вход специально сделанной деревянной решёткой и подпёр двумя камнями. Решётка плотно вошла в пазы, а перегрызть твёрдое дерево были не в силах даже «волки». Так что ночью можно было чувствовать себя в относительной безопасности. Краснокожий продолжал вертеть головой в полном обалдении. А потом у него вырвалось: - И как здесь можно жить? - Неплохо, кстати, - фыркнул Димка. – А ты, видать, никогда о своём пропитании не думал? Краснокожий гордо выпрямился: - Я рождён Дарующим Жизнь в своём Клане! Обо мне всегда заботились! «Ох, намучаюсь я с этим… Дарующим, - подумал Димка. – Тоже мне, дитя техногенной цивилизации. Мамочкин сынок, не иначе…» А вслух сказал: - То-то, дозаботились... Так что тебя Кхемо похитили и «волки» чуть не слопали. - Это случайность! Коварный обман! – возмутился спасённый пленник. - Ладно, - вздохнул Димка, - я всё понял. Есть будешь, Дарующий? Или тебя как-то по-другому по-нормальному зовут? - Меня зовут Тларок из Клана Ашш’маайя, сын Шеррока, Дарующий Жизнь. Но ты спас мне жизнь и можешь… можешь называть меня просто Тлар. - Хорошо, - улыбнулся Димка, - Тлар, так Тлар. Хорошо, что не Пятница. - Что? - Ничего, это я так. Так что, будешь есть? - Это? – с некоторым ужасом поинтересовался Тлар. - А что? – удивился Димка. – Птички свеженькие, ещё утром летали. - Ты убил живых птиц? – поразился Тлар. – Нет, ты всё-таки дикарь… - А в лоб за дикаря не хочешь? – рассердился Димка, терпение которого было отнюдь не безгранично. – Тоже мне, избалованный богатенький мальчик. Не хочешь – не ешь! Ложись тогда спать – утром разберёмся. - Сюда? – провёл рукой по шкурам Тлар. - Ну да, сюда, - отозвался Димка. – Не волнуйся, блох и прочих насекомых нету. - А… а ты где спать будешь? – нерешительно спросил Тлар. - А нам что, места не хватит? – удивился Димка. Ложе, кстати, действительно было достаточно широким, чтобы на нём уместились и Димка, и Тлар, и ещё кто-нибудь за компанию. - Но я же Дарующий Жизнь… Мне нельзя спать с другими мужчинами… До свадьбы. - О как… - отвесил челюсть Димка и почувствовал, что краснеет… невесть с чего. Но разбираться с закидонами Тлара решил завтра, поэтому просто добавил: - А мы никому не скажем. И я собираюсь именно спать, а не что-то ещё. Так что, ложись спокойно, тебе ничто не угрожает. Тлар нерешительно прилёг на ложе, прямо поверх шкур и тихо спросил: - А чьи это шкуры? Их ты тоже убил. - Убил, - отрезал Димка. – С Борькиной помощью. - А Борка - это кто? – с любопытством спросил Тлар. – Твой Дарующий Жизнь? - Нет, - ответил Димка. – Борька – это мой браслет. Вот этот. - Ты называешь священный браслет Найя просто Боркой? – с ужасом в голосе спросил Тлар. – Он же может испепелить тебя за непочтение. - Ну, пока что не испепелил, - усмехнулся Димка. – И вообще, мы с Борькой сами разберёмся. А ты, Тлар – хочешь спать – спи, хочешь есть – садись и поешь. У меня, кстати, фрукты есть. Хочешь? А с остальным – давай завтра разберёмся. Ладно? А то что-то устал я… И он широко зевнул. Действительно, денёк выдался насыщенный. Давно таких не было. Тлар всё-таки решился подсесть к Димке и начал с жадностью жевать местный оранжевый, с полосатым бочком, фрукт. А Димка, не церемонясь, отделил мясо птички от костей, косточки бросил терпеливо наблюдавшим за трапезой сюсикам и принялся за еду. Птичка пропеклась что надо… просто прелесть, да и пахла, с Димкиной точки зрения, вполне аппетитно. Похоже, запах понравился и Тлару, потому что он, принюхавшись, с любопытством сказал: - А можно… я только попробую… Димка вытащил кости из второй тушки и заявил: - Присоединяйся. Тлар осторожно взял кусочек мяса, положил в рот, прожевал и заявил: - Вкусно. Никогда такого не пробовал. - Вы что, мяса не едите? – удивился Димка. - Едим. Только у нас его синтезируют. Такие розовые кубики. У нас не убивают животных ради пищи. Но это вкуснее, чем кубики. После чего воцарилась тишина, нарушаемая только работой челюстей двух молодых растущих организмов. В итоге птички приказали долго жить, и Димка подумал, что завтра вновь придётся отправляться на охоту. Но это его не огорчило. На лице Тлара было написано почти детское удовольствие от вкусной еды, и это почему-то радовало. А потом Димка отдал остатки трапезы сюсикам, сполоснул руки из самодельного глиняного рукомойника и показал Тлару, как это делается правильно. После этого Тлар присел на ложе и начал явственно клевать носом. Димка потушил очаг и сказал: - Ложись уже, страдалец, утро вечера мудренее. - Что? – удивился Тлар. - Ложись, говорю, - повторил Димка. Тлар опасливо улёгся на самый краешек, но Димка потушил и светильник, и в пещере стало совсем темно. Поэтому, когда Димка улегся и накрылся шкурой, Тлар всё-таки придвинулся к нему. А потом мерно засопел. Расслабился. Димка вытащил ещё одну шкуру, накрыл ею краснокожего и закрыл глаза. «Ох, и намучаюсь я с этим сокровищем…» - мелькнула мысль, перед тем, как парень провалился в сон.