И расправляя крылья...

      До тех пор пока Чимин не прошел инициацию, он является полноправным членом общества живых. Он должен платить налоги, платить за квартиру, а еще регулярно посещать университет, пока его окончательно от туда не выперли.       Именно последнее удручало Пака больше всего остального. Он просто всегда чувствовал, что этот мир или эта жизнь не для него, словно он чужой сам себе. Но лето кончилось, а он все еще студент, и обязан помозолить глаза преподавателям. В прочем в виду последних событий, Чимин теперь смотрел на свою жизнь совсем под другим углом.       Он чертов адский всадник Апокалипсиса. Он Война, и черта с два он позволит портить его настроение в первый учебный день, кучке каких-то жалких смертных. Именно с такими мыслями Чимин так усердно чистил зубы, что, кажется, скоро протрет их насквозь.       За этой картиной его и застал в ванной Юнги. Глядя в собственное отражение, Чимин выразительно дергал бровями, наклонял голову то в одну сторону то в другую, а затем и вовсе, едва не начал говорить с полным ртом зубной пасты. Чимин, наконец-таки, заметил в отражении Шугу, прислонившегося к косяку, и с теплой улыбкой, смотрящего на него. Пак сплюнул в раковину, прополоскал рот, и остался смотреть на Юнги через зеркало.       Он видел как Юнги, грациозно и медленно. Словно хищник. Подходит к Чимину и обвивает своими руками его талию. Все это происходило, не прерывая зрительного контакта сквозь отражение. Пак видел, как Юнги целует его в голое плечо. Чувствовал горячее дыхание у своего уха, которое желало доброго утра. Чимин застонал, прикрыв глаза, когда Мин стал посасывать мочку его уха. Юнги шептал Паку что кому-то нельзя опаздывать в первый учебный день, что кто-то чертовски сексуально сейчас выглядит, и что если кто-то не прекратит, то Шуга не несет ответственность за последствия.       Чимин бы и рад сдаться на волю победителя, но он уже все для себя решил. Он покажет всем, кто его недооценивал, что Пак та еще темная лошадка в забеге жизни. Так что он непременно обязан сегодня появиться в университете и увидеть удивленные лица одногруппников. И помочь в этом ему может только Шуга. Пак надеялся, что тот ему не откажет, в прочем Юнги и сам планировал отвезти Минни в университет. Так что на озвученную просьбу донсена, Шуга только хмыкнул и сказал, что не может отказать своей клубничной булочке, так как ему безумно нравятся белые боксеры с клубничками, которые надел сегодня Пак. Минни наверное еще никогда так сильно не краснел.

***

      Чимин слишком нервничал для простого учебного дня. Он, черт возьми, слишком сильно нервничал, чтобы этого не заметил Юнги. Вокруг было столько студентов, которые открыв рты, рассматривали, стоящую на университетской парковке, шикарную машину. Окна были тонированными, поэтому никто не видел, кто находится в салоне. Чимин был более чем доволен реакцией окружающих, а Юнги ждал когда Чимин выйдет, чтобы полностью насладиться фурором.       Чимин резко отстегнул ремень безопасности и выбрался наружу. Юнги вышел следом и обойдя машину, облокотился на капот. Он обворожительно улыбнулся проходящим мимо девушкам, которые тут же стали прихорашиваться, в надежде что такой красавчик обратит на них внимание. Какого же было их разочарование, когда к седоволосому подошел местный изгой Пак Чимин.       Шуга прилюдно поцеловал Чимина в губы, обхватив за талию, и краем глаза следил за реакцией окружающих. Он был чертовски доволен произведенным эффектом. Их будут еще долго обсуждать, а Минни завидовать и парни и девушки. Последний раз поцеловав Пака и закусив его нижнюю губу, Юнги соблазнительно улыбнулся, и сказал что будет ждать Чимина на этом самом месте после занятий.

***

      Сидя на потоковой лекции, Чимин спиной ощущал взгляды всех ста пятидесяти студентов. Ему едва удавалось сдержать предательски появляющуюся на лице улыбку. О, он был очень доволен теперешним положением. Надо бы почаще появляться в образе принцессы перед простолюдинами. На этой мысли Пак прыснул, чем привлек к своей персоне еще больше внимания.       Двери университета выпускали потоки студентов на свободу. Чимин же ждал, когда людей станет меньше, и он сможет беспрепятственно пройти. Вот только он не учел, что все снова будут глазеть на Шугу и его тачку. В прочем Пак тут же выпрямил спину, и гордой походкой прошествовал, так сказать с корабля на бал. Юнги снова опирался поясницей на капот, но увидев идущего к нему Минни, поднялся, чтобы тут же словить прыгнувшего на него парня.       Чимин обхватил ногами Мина, и позволил его рукам удерживать себя под пятую точку. Пак счастливо улыбался, потому что он, черт возьми, заслужил такую жизнь. Заслужил быть объектом зависти. Заслужил быть рядом с таким парнем, как Юнги. Так что он имел полное право наслаждаться своим теперешним положением. А еще он понял, что имеет право на такие выходки, хотя он и Мин не обговаривали их нынешний статус. В прочем Чимин в данный момент был слишком счастлив, чтобы беспокоиться о чем-либо.       Шуга усадил Чимина на капот, и, оставшись стоять между его ног, сказал, что теперь Пак может не волноваться об оплате квартиры, потому что Юнги уже перевез все его вещи к себе. Чимин уже готов был начать возмущаться, когда Шуга снова поцеловал его на глазах у всех, а потом просто сказал, что у них сегодня планы на весь оставшийся день.

***

      Их планами оказалась прогулка по осеннему лесу. Деревья уже успели окраситься в огненные цвета, и дорожки были усыпаны упавшей листвой. В парке их уже ждали остальные, кроме Хосока. Он, как оказалось, строит новый клуб, так как Чонгук, вредная задница, по словам Хоупа, не захотел делиться правами на владение.       Ребята выбрали самое отдаленное место, куда практически не проникали звуки шумных улиц, и вечно спешащих машин. Чимину вручили в руки ролики и защиту на колени и локти. Пока Пак застегивал налокотники, Юнги взял в руки защиту на колени, и поцеловав в обнаженную коленку, помог Минни надеть остальную экипировку. Видимо не зря Пак сегодня надел свои любимые подранные джинсы.       Чимину приходилось кататься на роликах лишь в детстве и то всего пару раз. Сейчас же он чувствовал, как дрожат коленки, в попытке удержать ноги вместе и попросту не упасть. Юнги потянул его вперед, двигаясь вперед спиной, пока Пак старался как можно скорее освоить базовые навыки. Вперед. Назад. Стоп. Поворот. Когда Чимин стал чувствовать себя уверенней, он осмелился отпустить руку Юнги и поехать вперед самому. Вскоре он уже самостоятельно нарезал круги вокруг, мило воркующих друг с другом, Джина и Намджуна.       Едущие впереди Ви и Чонгук все время снимали видео на камеру go-pro, попутно фотографируя ребят и самих себя. Они катались по выстланной огнем дорожке, собирая букеты из опавших листьев. Чимин был счастлив как никогда прежде.       Ви уже пару минут как барахтался в куче листьев, и вскоре к нему присоединился Чимин, просто упав рядом. Чонгук тут же сфотографировал их, а Джин, подъехав ближе, упал на парней сверху. По округе разнесся громкий смех. Остальные же смотрели на то, как их половинки дурачатся.       Парни прокатались до позднего вечера, когда солнце уже давно зашло за горизонт, а на город опустилась звездная ночь. Все шестеро сидели на небольшом холме на окраине леса, и смотрели на звезды, все время беседуя то об одном, то о другом. Чимин сидел, облокотившись на плечо Юнги и держал его за руку, большим пальцем поглаживая его ладонь.       Вдруг Паку в голову пришла одна идея, но он побоялся ее озвучивать, но решил что поддержка Юнги сможет помочь ему осуществить задуманное. Хотя Минни и знал что это опасно, тем не менее, он решил рискнуть. Чим-Чим прикрыл глаза, мысленно обращаясь к своей силе, и опустив другую руку на землю, представил как от его пальцев тонкой нитью тянется огонь, и на дереве рядом с ними, начинают гореть листья.       Юнги почувствовал, как напрягся Чимин рядом с ним, но не успел он спросить о том, что случилось, как листья на ближайшем дереве, стали загораться, словно свечи на торте. Листва вовсе не горела, нет, огонь маленькими всполохами танцевал на краях листвы, вырисовывая причудливые силуэты. Это было настолько красиво и завораживающе, что никто из парней не осмеливался отвести глаза.       Пак решился, наконец, открыть глаза, и перед ним оказалось именно то, что он и представлял. Он снова поблагодарил огонь, который пылал внутри него, и подумал, что можно попробовать еще одну маленькую шалость. Вытянув руку вперед, Чимин привлек внимание остальных, и попросил огонь принять его. На внутренней поверхности его ладони появился огонь. Он не обжигал парня, и не разрастался. Он спокойно колыхался под дуновениями легкого ветра, но не гас.       Все были так заворожены этим световым представлением, что никто не издал ни звука. Один Шуга только буквально прошелестел, что это прекрасно. Он ободряюще поцеловал его в скулу и похвалил Минни.       Потом Ви сказал, что Паку нужно почаще просто беседовать со своей сущностью, тогда обучение пройдет намного быстрее и лучше.

***

      Вернувшись домой и приняв совместный душ, парни упали на кровать. Чимин повернулся на бок, и облокотившись на локоть, стал водить пальцами по груди Юнги. Контраст их кожи был похож на сочетание кофе и молока. Чимину это нравилось. Он пребывал в своих мыслях, пока его пальцы не перехватила рука Шуги, и он не подмял донсена под себя, тут же нависая сверху.       Еще не высохшая вода, капала редкими каплями с волос Шуги и собиралась в ямочке ключиц Минни. Юнги кожей ощущал жар тела парня под собой, а в глазах видел собственное отражение. Казалось, что пламя в темных зрачках пылает теперь всегда. Этот парень завораживал Шугу настолько, что он едва мог связно мыслить.       Не прерывая зрительного контакта, Юнги погладил тыльной стороной ладони скулу Чимина, затем повел рукой вниз к соблазнительной шее, следом обвел указательным пальцем ключицы, и, остановившись на розовом соске, слегка сжал его пальцами, на что Пак вздрогнул и глубоко вздохнул. Рука продолжила путь по выделяющимся ребрам, прошлась по рельефному прессу, покружила вокруг пупка и добравшись до ткани на бедрах, скользнула под полотенце и сжав упругую ягодицу, заставил Пака закинуть одну ногу на свою поясницу.       Чимин обхватил пальцами шею Шуги и, потянув к себе ближе, облизал его нижнюю губу, и поцеловал. Сначала легко и невесомо в уголок губ, затем закусив губу, страстно и горячо. Ему безумно нравились действия Юнги, и он не хотел, чтобы тот их прекращал. Он целовал Смерть напористо и с вызовом, словно проверяя хёна на прочность. Другой рукой Пак сжимал напряженный бицепс парня над собой, а затем стал водить ладонью по спине, переходя от лопаток к пояснице и обратно.       Шуга сходил с ума от плавных нежных движений Чимина. Ему казалось, будто загорелая кожа плавится под его руками. Он уже давно стянул полотенце с себя и с Пака, но не торопился переходить к самому главному. Ему хотелось растянуть этот момент, ведь ему самому нравился такой разомлевший и отзывчивый на ласку Минни. Его Минни, который целовал так, что его губы хотелось съесть.       Он пах клубникой, и Юнги не преминул попробовать его кожу на вкус. Он перестал терзать распухшие и покрасневшие губы Чим-Чима. Шуга невесомо провел губами по линии челюсти, и прижался к бешено бьющейся жилке на шее. Он стал целовать и посасывать там, где бился пульс парня, как свидетельство его возбуждения. На действия Юнги Чимин застонал, невольно поддаваясь вперед, и прижавшись своим влажным рельефным торсом к Шуге.       Оба были уже изрядно возбуждены, и хотели большего, но сил оторваться друг от друга просто не было. Каких же сил потребовалось Юнги, чтобы оторваться от такой аппетитной ягодицы в своей руке, и протянуть руку в сторону, чтобы найти заранее приготовленную смазку. Нет, Юнги не планировал сделать это именно сегодня, но быть во все оружии им не помешало бы. И вот день икс настал.       Открыв одной рукой крышечку и выдавив немного смазки себе на пальцы, Юнги поймал взгляд Чимина, глазами спрашивая, готов ли Минни, и получив утвердительный кивок, приставил указательный палец к тугому колечку мышц. Это было так волнительно, что пот стал стекать с Шуги, и падая на тело Чимина, тут же испаряться от высокой температуры, что окутывала парней словно кокон.       Медленно введя один палец, и не увидев каких-либо изменений в лице Пака, Шуга добавил второй палец, начав разводить их в стороны на манер ножниц. Он понимал, что Чимину будет неприятно, поэтому не мог допустить излишней спешки. Чтобы отвлечь от неприятных ощущений, Юнги позволил Чимину быть ведущим в поцелуе.       Пак вплел пальцы одной руки в волосы Юнги и сжал их, неистово и напористо целуя его до нехватки воздуха. Второй рукой он гладил лопатки и плечи хёна, абстрагируясь от действий Шуги. Почувствовав в себе уже третий палец и сильное растяжение мышц, Чимин укусил парня за нижнюю губу и с силой сжал его бицепс.       Юнги чувствовал напряжение Чимина и его попытки расслабиться. Он собственным животом ощущал возбуждение парня под собой, но ему нужно сделать все правильно, иначе Чимин будет ассоциировать свой первый раз с болью.       Как ни странно, Чимин довольно быстро привыкал к тому, что Юнги добавлял пальцы. Пак насчитал уже четыре, когда Юнги задел какую-то точку внутри парня, и Минни буквально прошибло током вдоль позвоночника. Он громко застонал, и не отдавая отчета своим действиям укусил Юнги в шею, оставляя моментально покрасневший след. Когда Шуга снова задел эту точку, у Чимина буквально звезды заплясали перед глазами.       Увидев реакцию донсена, Юнги понял, что или сейчас или никогда. Снова выдавив немного, он размазал смазку по всей поверхности своего члена и приставил головку ко входу. Он нервно закусил губу, посмотрел на влажного парня под собой, и осторожно толкнулся внутрь.       Ощутив такую тесную жаркую глубину собственным членом, Юнги едва не кончил в тот же момент. Боже, он готов молится всем богам, потому что он никогда не испытывал такого крышесносного удовольствия, и это в первые же секунды. Шуга двинулся еще глубже, входя полностью в анус парня. Это было восхитительное ощущение. Слегка потянувшись назад, Шуга снова задел ту самую точку внутри Чимина, на что Пак выгнулся и застонал еще громче и развязней.       Чимин ощущал Юнги как никогда раньше. Ему не было больно при проникновении, но для большего удобства он закинул ноги на пояс старшего, тем самым прижавшись еще ближе. У него взорвались тысячи фейверков в голове, когда Юнги задел головкой ту самую точку внутри. Он сжал волосы Юнги сильнее, и притянув к себе, впился поцелуем ему в губы, используя язык и царапая его спину. Он буквально прошипел в губы Шуги, чтобы тот уже начал двигаться, иначе Минни возьмет все в свои руки.       Мин не заставил себя долго ждать, и снова толкнулся вперед, не встречая сопротивления. Он стал размеренно двигаться, стараясь попадать по простате, и вскоре добился желаемого. Парня под ним подбросило, и его сочащийся естественной смазкой член, постоянно терся о живот Юнги.       Юнги трахал Чимина нежно но уверенно, стараясь доставить удовольствие в первую очередь ему, но походу Минни был иного мнения, и остановив Шугу, перевернулся, встал на четвереньки и прогнулся в спине, словно кошка. Мина не надо было долго просить. Он пристроился сзади и легко вошел в разработанный проход. Теперь он входил в Минни полностью, и положив руки на ягодицы парня, стал размашисто трахать Чим-Чима. Он двигался быстро и буквально насаживал парня на свой член. Он погладил рукой пресс Минни и ощутил под пальцами собственные движения внутри ануса Пака. Это настолько поразило Шугу, что он замедлялся и снова ускорялся, стараясь прочувствовать все лучше. Своими дествиями Юнги заставлял Чимина скулить и просить большего.       Чимин поперхнулся воздухом когда, Юнги стал иметь его сильно и быстро. Чимин сходил с ума от этого члена внутри себя. От каждого прямого попадания по простате. От витающего в воздухе запаха секса, жажды, вожделения. От сильных цепких пальцев на своих боках, где обязательно останутся синяки, чем Пак был бы безмерно рад. Он принадлежит Юнги. Он тот, кто заставляет Шугу рычать от переполнявших его эмоций и ощущений. Он парень самой Смерти.       Чим-Чим чувствовал приближающуюся разрядку. Слышал, как Шуга за его спиной уже шипит от удовольствия. Он сжимал простынь под руками с такой силой, что она готова была порваться. Он даже не думал о собственном возбужденном члене. Чимин раскрыл рот в беззвучном крике, когда Юнги последний раз толкнулся в него и излился горячей спермой глубоко внутри. Чимин все-таки порвал эту несчастную простынь, а еще кажется это его вина, что в его собственных волосах запрятались маленькие огоньки пламени.       Юнги переводил дыхание, когда заметил маленькие огоньки в волосах Минни. Он протянул руку и пламя стало гулять по его пальцам и ладони, однако не опаляя его и не причиняя боли. Словно пламя его Минни ласкало его самого. Шуга впервые убедился в том, какой может быть огненной страсть. Он вышел из ануса Чимина, и оттуда потекла белесая капля его собственной спермы. Шуга выдернул испачканную спермой Чимина и порванную его же руками простынь, и вытерев от своей спермы Пака, бросил ее на пол. Это может подождать.       Чимин устало опустился животом на кровать и блаженно улыбнулся. Он и представить не мог, что его первый раз будет таким ярким и полным удовольствия. Видимо ему очень повезло с таким партнером как Шуга. Все его тело еще покалывало от пережитого оргазма, а ласкающий его спину Юнги только способствовал блаженной неге, одолевающей парня.       Мин ласкал разомлевшее тело Чимина, и думал что он его подарок судьбы. Он улыбнулся, и стал целовать спину Пака. Невесомые, нежные, словно порхание бабочек, поцелуи щекотали слишком чувствительную после секса кожу Минни, на что он слегка хрипло посмеивался. Голос сорвался в момент оргазма, о чем он ни капли не жалеет. Все так, как должно быть, и сейчас они на своих местах. В общем, теперь доме. В общей, пропахшей сексом спальне. В общей, разворошенной кровати. И с общим, теперь, будущим...