Кофе с молоком
4 сентября 2016 г., 17:43
Чимин понимал, что он совсем не ощущает своего тела: на призыв двигаться мышцы упорно не отзывались. Он пролежал так, наверное, около получаса, пока Шуга, обнимавший его, что, стоит заметить, уже вошло в привычку, не издал смешок.
— Знаешь, хён, это вот ни разу не смешно. Я не могу двигаться, я парализован, я ведь теперь стану инвалидом и не буду никому нужен, и ты меня бросишь, и останусь я один! — наигранно всхлипывал Минни.
— Эх, так уж и быть, помогу беспомощным инвалидам. Я сегодня добрый, — Юнги стал переворачивать Чимина на спину, кряхтя при этом, на что Пак назвал его старым хрычом и получил за это от Шуги шлепок по заднице. Зато Чимин понял, что с его пятой точкой уж точно все в порядке.
Шуга какое-то время с улыбкой смотрел на жалкие попытки Пака пошевелить пальцами на руке и наконец сжалился над ним.
— Слушай, раз я могу дать жизнь и отнять ее, то и могу вернуть тебе чувствительность. Я знаю, что она вернется, надо просто подождать. Однако времени на ожидание у нас нет: у меня на тебя планы, и ты нужен мне в рабочем состоянии, а не таким бревном, — губы Юнги растянулись в коварной усмешке. Чимин, у которого внутри что-то дрогнуло от его слов, недовольно надул губы, но промолчал.
Шуга положил ладонь на плечо Чимина и стал вести ею вниз, повторяя затем то же самое движение на другой руке парня. Там, где Смерть касалась кожи парня, Пак чувствовал легкий холодок, после которого мышцы начинали немного пульсировать, но происходящее не приносило ему никакого дискомфорта.
Закончив своеобразное лечение, Юнги ушел в ванную приводить себя в порядок и велел Паку поторапливаться. У Чимина не было абсолютно никакого желания подниматься с такой уютной и нагретой за ночь постели, и он не преминул об этом заявить Юнги, который что-то недовольно проворчал в ответ.
Натягивая на себя уже привычную одежду, Чимин не без усмешки смотрел на то, как Юнги разглядывает свой гардероб, который, благодаря Ви, пополнился джинсами, свитшотами, худи и прочими вещами, характерными для нынешнего времени. Паку, конечно, безумно нравился Шуга в своем чертовски сексуальном черном костюме, но желания делить такого Юнги с кем-либо не возникало — пусть он предстает в таком образе только перед Чимином.
***
Они спустились к машине, и Чимин не забыл погладить бок машины, помня о том, что она как бы живая. Машина отозвалась довольным урчанием, словно кошка, наевшаяся сметаны. Юнги, заметив действия Чимина, подумал, что стоило бы дать Паку шанс, бросил ему в руки ключи и, не обращая внимания на недоуменный взгляд парня, уселся на пассажирское сидение. Чимин на лету поймал то, что бросил ему Юнги и, увидев у себя в руках ключи от машины, сначала удивленно посмотрел на хена, а затем, получив подбадривающую улыбку и кивок головы, быстро сел за руль. Заведя машину, Пак положил обе руки на руль и постарался собраться с мыслями и успокоить свое бешено бьющееся сердце. Правда, слегка подрагивающий мизинец правой руки выдавал его волнение. Шуга положил свою руку поверх руки Чимина и ободряющее сжал ее, говоря, что все хорошо и ему нужно просто расслабиться. Чимин знал, что машина не позволит совершить ошибку и если что возьмет управление на себя, но ему так не хотелось показать себя не в выгодном свете перед Юнги. Пока что, как ему казалось, Чимин делал все правильно. Они не спеша выехали с парковки и двинулись в центр города. Пак видел как их обгоняют почти все машины, но для него главным было привыкнуть и просто добраться в целости и сохранности — все же он не такой хороший водитель, как Юнги. Мимо них проезжала еще одна машина, когда водитель высунулся из окна, посмотрел на Шугу, громко засмеялся, с сарказмом сказав что-то про женщин за рулем, и вдавил педаль газа, стремительно уносясь вперед. Чимин был бы и рад что-нибудь съязвить в ответ, но он был слишком сосредоточен на дороге и боялся отвлечься. Однако Юнги явно не планировал оставить все так, как есть. Он попросил Чимина не пугаться и довериться машине, после чего погладил ее по приборной панели и сказал уделать того хвастуна. Пак едва не пискнул, когда его вдавило в сидения от слишком большой скорости, с которой машина рванула вперед, ловко лавируя между другими машинами и нагоняя того парня. Шуга подумал, что было бы весело показаться тому зазнайке в своем истинном облике и откинулся на сидении, расслабляясь и позволяя своей настоящей внешности всадника проявиться. Тот парень наверняка подумал что свихнулся, ибо как еще можно было объяснить тот факт, что та машина стремительно нагоняла его, а на месте седоволосого парня, смотревшего на него из окна, сейчас сидел голый скелет и показывал ему средний палец? Определенно, Шуга был доволен собой и произведенным эффектом. Отвисшая челюсть зазнайки развеселила его, и он рассмеялся. Чимин же впервые видел такого Юнги — по-детски озорного и, кажется, по настоящему расслабившегося — и он не без удивления понял, что это обличие Юнги его нисколько не пугает и не напрягает. Даже наоборот, теперь он казался ему еще сексуальней, чем раньше. Эта мысль буквально заставила сердце Минни пропустить удар, и он скромно улыбнулся, слушая заливистый смех Юнги. Оказывается, Смерть может быть веселой. А еще Пак решил, что ему тоже нужен его собственный железный конь, только не машина, нет. Чимин хотел себе мотоцикл. Он часто видел одногруппников в университете, которым родители на праздники или просто так дарили машины, мотоциклы и другие дорогие игрушки. Нет, Паку не хотелось иметь богатых родителей и быть избалованным золотым ребенком, он просто хотел что-то свое, что стало бы его отдушиной.***
Они достигли, наконец, небольшого ресторанчика, где Чимин плотно позавтракал, а Шуга снова обошелся только черным крепким кофе. Следующим пунктом назначения стал гипермаркет товаров для отдыха и туризма, где парни купили все необходимое для пикника и дайвинга, после чего поехали к морю, где, по словам Юнги, их уже ждали остальные. Прибыв на место, Чимин увидел, как Намджун, Чонгук и Хосок вытаскивают из большого черного пикапа красивый оранжевый гидроскутер, а Ви и Джин расставляют лежаки на песке и устанавливают солнцезащитные зонты. Выйдя из машины, Юнги и Чимин достали все пакеты с покупками и положили напитки и еду в маленький переносной холодильник, поставив его рядом с лежаками. Погодка выдалась просто замечательная, самое то, чтобы провести день на море, под палящим солнцем и загореть до отметки «шоколадка». Почти сразу Чонгук закинул сопротивляющегося Тэхёна на плечо и пошел вместе с ним в море, Хосок, после долгого спора, отвоевал у НамДжуна себе право первым прокатиться на гидроскутере, а Чимин, Джин и Шуга остались загорать. Чимин только сейчас вспомнил, что он знает историю Юнги, Джуна, свою собственную, а вот про Джина он не знает совсем ничего. Услышав просьбу Чимина, Джин переглянулся с Джуном, и оба рассмеялись, словно знают какой-то известный только им двоим секрет, а потом Джин сказал, что он был первым заданием Намджуна после того, как тот прошел инициацию. Flashback Сегодня Намджун наконец-то стал полноценным, он бы даже назвал себя завершенным: он только что прошел инициацию и стал самой настоящей, смертоносной Чумой. Он гордился тем, что с того самого дня, когда оказался на пороге дома Хосока, он делал все, чтобы его названный отец им гордился. Через пару минут он должен встретиться с Тэхёном и получить свое первое задание. Он рассчитывал выполнить его блестяще. Он поставил себе установку еще в детстве и следует ей до сих пор. Вскоре прилетел Ви, и Джун почти завизжал от восторга, словно маленькая девочка, когда Тэ предложил ему прокатиться на его метле. Как-никак, сегодня особенный день. Крепко ухватившись за края балахона Ви, Джун почувствовал, как из-под ног пропадает твердая земля и они взлетают все выше, а вскоре они уже пролетали мимо вековых дубов. Вдалеке стали появляться огни большого города. Они подлетели к большому высотному зданию, на последнем этаже которого располагался ресторан. Ви обвел пальцем весь этаж и пожелал удачи. Намджун знал, что это живые люди, которые не заслужили подобного, но Ви заверил его, что там внутри одни продажные чиновники и что, в конце концов, это его работа, так что тут нет места сантиментам. Намджун был готов. Он ждал этого дня много лет. Он усердно учился, чтобы показать и Хосоку, и Тэ, на что он способен. Он знал, что сможет сделать все с точностью ювелира, поэтому решил не мудрить и пройти напрямую в центральные двери. Зайдя внутрь, Джун вышел в середину зала и остановился. Многие стали оборачиваться на него, когда он упорно игнорировал подошедшего официанта. Мон просто снял свое кашемировое белое пальто и повесил его на спинку стула позади себя. Ему было плевать, что о нем подумают: все эти люди через пару минут умрут в муках, и ему нет дело до того, какое впечатление он производит на окружающих. Намджун прикоснулся рукой к ближайшему столу, и от его руки во все стороны в направлении людей поползли жидкие, мерзко-пахнущие гноем и разложением линии, образующие паутину по всему залу. Люди, что секунду назад мирно беседовали и наслаждались ужином, стали жертвами Мора. Одни покрывались струпьями, а из их ран стала вытекать густая кровь. Другие задыхались от гнойных наростов, заполнивших все их внутренности. Третьи сходили с ума и пытались вырвать себе языки, глаза, перекусить собственными гниющими черными зубами вены. Смотря на развернувшуюся перед ним картину, Намджун снисходительно улыбался. По-другому и быть не могло. Он знает свое дело. Он в этом лучший и ему нет равных. В зал верхом на метле влетел Ви и стал негромко хлопать, поздравляя Мона с его первым успешно выполненным делом. Они бы даже выпили шампанского за удачный вечер, если бы из дверей, ведущих на кухню, не вышел перепуганный молодой парень. Все моментально затихли и стали рассматривать друг друга. Мон был чертовски сильно удивлен, потому что этот парень был еще жив и находился в полном здравии. Ви был удивлен не меньше. Такого он явно не предусмотрел. Паренек, напротив же, ошарашенными глазами рассматривал мертвые тела повсюду. Он думал, что сошел с ума. Он просто готовил блюдо для клиента, когда шеф-повар и все, кто был на кухне, упали замертво, покрытые страшными ранами и уродствами. Первым, как ни странно, в себя пришел Мон и спросил, как зовут паренька. И он ответил. Ким Сок Джин. Джун подошел к Джину и прикоснулся к его руке, посылая ему смерть, но Ким не только не отреагировал на это, но и изменился внешне. Да не просто изменился, а так, что и Ви и Намджун нервно вздрогнули и отпрянули. Джин стал стремительно худеть. Кожа настолько сильно обтянула кости и вены, что казалось, будто вот-вот лопнет от напряжения. Даже сквозь униформу стали выделяться ребра и позвоночник. Лицо стало больше похоже на просто обтянутый кожей череп. Глаза запали в глазницы. Весь вид парня изменился до неузнаваемости. Вот только что был молодой симпатичный помощник шеф-повара, а сейчас немощный старик. Ви и Мон вдруг резко почувствовали голод. Будто они не ели порядка трех дней, что было совершенно невозможно, они бы точно это запомнили. А потом Джин просто напросто потерял сознание… End of flashback — Потом я очнулся в странном подземелье, в окружении Джуна, Ви и еще двоих, которыми, как потом оказалось, были Чонгук и Хоуп. Вот так вот я и стал тем, кто я есть сейчас, — закончил рассказ СокДжин и сделал глоток из бутылки, после чего продолжил: — Знаешь, самым забавным оказалось то, что стоило мне один раз использовать на Моне силу, как я узнал все его гастрономические предпочтения. Так что можно сказать, что это я покорил его сердце, я просто каждое утро готовил его любимый кофе с молоком. Все это время Намджун словно пребывал в воспоминаниях о том времени, когда они только познакомились с Джином. Если до встречи с Кимом Мон думал, что завершен, то после понял, как же он ошибался. Но все совершают ошибки, даже они не стали исключением. Дослушав Джина до конца, Чимин посмотрел на Юнги. Интересно, а он чувствует себя завершенным рядом с Паком? Юнги поймал взгляд Чимина и улыбнулся, поднимаясь с лежака и идя в направлении моря. Чимин подумал, что Мин был слишком грациозен, словно кошка, и, недолго думая, решил составить ему компанию. Зайдя в воду по пояс, Минни успел потерять Шугу из виду, но только он стал оглядываться в поисках Мина, как кто-то потянул его за ногу вниз. Уйдя под воду с головой, Пак увидел, что его держит Юнги и тянет еще ниже, на глубину. Не то, чтобы ему было страшно, скорее, он просто единственный из них всех, кому нужно дышать. И кажется, Шуга явно помнил об этом, потому что, обхватив Чимина за талию, он прижался к губам парня своими, даря его легким такой необходимый сейчас кислород. Чимин чувствовал, что его постепенно выталкивает на поверхность, поэтому обхватил ногами талию Юнги и рискнул открыть глаза. Видимо, близость Шуги не позволяла его глазам болеть. Глаза Юнги улыбались, глядя на Пака. Рядом с этим мальчишкой Шуга был живым, ярким. Парни просто наслаждались покоем под толщей воды. Вокруг них проплывали рыбки и другие обитатели морской фауны. Чимин мог бы оставаться здесь, наедине с Юнги, очень долго, но нужно было возвращаться, к тому же, он очень хотел покататься на гидроскутере, поэтому Чимин потянул Шугу за собой на поверхность. Вынырнув, Чимин увидел убегающего по песку Гука, за которым с гневными ругательствами гнался Тэхён. Они с Юнги явно пропустили что-то интересное, так как Хосок подбадривал и орал всякие кричалки в помощь Чонгуку, а Джин с Джуном держались за животы в приступе смеха. Чимин все еще держал Юнги за руку. Они вместе решили прокатиться на гидроскутере. Чимин едва успел обернуть руки вокруг талии Мина, как ему в лицо ударил свежий морской воздух. Улыбка сама по себе растянулась на его лице, он наслаждался каждым моментом. Теперь он не один, есть те, кто знают его и при этом не боятся и не ненавидят.***
На обратном пути за рулем сидел Юнги, а Чимин настолько вымотался, что уснул прямо в машине, и даже громкая музыка в салоне не могла нарушить его сон. По приезду Юнги отнес Пака в дом и усадил в ванной на бортик, разбудив его и сказав, что после моря надо помыться и переодеться в чистое. Пак был таким сонным и расслабленным, что без задней мысли стал раздеваться прямо при Юнги. Глядя на его действия, Шуга нервно сглотнул. Его выдержка полетит ко всем чертям, если Чимин не прекратит, но тот, похоже, был иного мнения, так как, раздевшись полностью и зайдя в душевую кабину, он потянул внутрь и Юнги, тут же включая теплую воду. Одежда Юнги моментально намокла, но его это сейчас мало волновало. Перед ним был такой открытый, сексуальный и загорелый Минни. Его Минни, который просто не понимает, какое влияние оказывает на Юнги. Чимин стал стягивать с Юнги одежду, попутно целуя каждый открывающийся участок кожи. Он совершенно не понимал, что на него нашло, но полностью отдавал себе отчет в своих действиях. Добравшись пальцами до ширинки, Чимин на секунду остановился. Он знал, что собирается прямо сейчас сделать, но знал исключительно то, каково это в теории, никакой практики у него еще не было. Он перевел дыхание и расстегнул молнию на джинсах, стягивая их со стройных бедер к щиколоткам. После купания Юнги не надел нижнего белья, и сейчас это было как нельзя кстати. Шуга был возбужден: на стволе выступили венки, а на головке поблескивала смазка. Пак облизнулся, прикусил нижнюю губу и медленно сполз вниз, приближаясь к его члену. Юнги едва соображал, что происходит. Все, что его волновало в данный момент, — это горячее прерывистое дыхание около члена. Он видел перед собой Чимина, стоящего на коленях, смотрящего на него снизу верх и облизывающего губы, и от этого зрелища бросало в дрожь. Он едва устоял на ногах, когда Чимин поцеловал его в живот ниже пупка, а затем прикоснулся языком к головке. Юнги показалось, что в его голове взорвались миллиарды фейверков, когда Минни провел языком вдоль ствола и заглотил только головку. Юнги ударился затылком об кафельную плитку за спиной, когда Чимин заглотил еще глубже, поборов рвотный рефлекс. Юнги начал молиться всем известным богам и дьяволу в том числе, когда Чимин сглотнул. Шуга часто прерывисто дышал, не в силах справиться с накатывающим удовольствием. Он вплел пальцы в волосы Минни, подбодряя, но не задавая ритма, хотя, чертов Люцифер свидетель, ему невыносимо сильно хотелось это сделать. Чимин увлекся настолько, что забыл обо всем на свете. Ему чертовски сильно нравились хриплые стоны возбужденного Юнги. Ему чертовски нравились его пальцы в своих волосах. И ему, как ни странно, нравился его член во рту. Пак старался заглотить глубже и ему даже удалось справиться с рвотным рефлексом, что сильно обрадовало Юнги, почувствовавшего, как головка уперлась в глотку. Юнги был готов умереть снова, лишь бы это не кончалось, но чем усерднее сосал Чимин, тем сильнее Шуга чувствовал подступающую разрядку. Он снова ударился затылком и на выдохе прохрипел имя Чимина, кончая глубоко в его горло, и оказалось, что Пак, даже не скривившись, проглотил всю сперму. После такого Мин перестал ощущать собственные конечности. Чимин все еще стоял на коленях, совершенно не чувствуя боли, когда к нему присоединился Юнги. Шуга выглядел таким расслабленным и умиротворенным, и Пак подумал, что для первого раза вышло весьма неплохо. Шуга опустился на пол рядом с Чимином, провел пальцем по его нижней покусанной губе и, приблизившись вплотную, поцеловал так, что у Минни перед глазами звезды заплясали. Юнги опустил руку вниз и, обхватив член Чимина, стал двигать рукой вверх-вниз, доводя парня до оргазма и не переставая целоваться. Чимину не нужно было много, чтобы кончить в руку Юнги и обессилено лечь спиной на пол душевой кабины, благо, размеры позволяли вытянуться почти в полный рост. Вода все еще продолжала литься, когда Юнги лёг рядом, смотря в потолок, и, переплетя их пальцы, улыбнулся какой-то шальной широкой улыбкой.***
Слегка отдышавшись и наконец-таки помывшись, парни улеглись на кровать и целовались до тех пор, пока обоих не сморил сон. Во сне Чимин был тем еще шалунишкой и затейником, впрочем, Юнги остался весьма доволен и пообещал обязательно найти розового цвета шляпу-цилиндр с заячьими ушами, уж больно мило и развратно одновременно в ней смотрелся Минни.
