Ночь

"Не может быть! Повелитель не принял мои слова во внимание. Он все таки нашел ее, вернул, да еще взял проклятую принцессу к себе в гарем! Он не дорожит мной! Он меня больше не любит. Самодовольный мерзавец! Совсем недавно он признавался мне в любви, а теперь, глядя в глаза, говорит, что такова его воля! Моя жизнь закончена! Мое сердце разбито. Султан, смеясь, разрушил нашу любовь, нашу семью ради этой глупой девчонки..." Хюррем -Султан с изменившимся от гнева, слез, разочарования лицом выскочила из покоев Повелителя и в изнеможении прислонилась к стене, пытаясь справиться с внезапно охватившим ее приступом головокружения. Дверь за ее спиной хлопнула и Повелитель, сопровождаемый своей стражей, величественно куда-то прошествовал, не удостоив некогда любимую женщину даже взглядом. "О, Аллах! Только не это!" Навстречу по коридору, облаченный в красивый костюм темно-коричневого цвета в накинутом кафтане из блестящей черной кожи, важной размеренной походкой к ней приближался ее враг. Самодовольство сквозило в каждом его движении, в презрительной усмешке, в колючем пронизывающем взгляде. -Госпожа, - слегка поклонился он и, не скрывая наглой ухмылки, ощупал глазами с кончиков огненных локонов до носков маленьких туфелек, слегка задержавшись на пышной груди, и опять вернувшись, глядя прямо в глаза. -Ты знал, Ибрагим! Ты знал, что Повелитель хочет взять принцессу Изабеллу в гарем?!-возмущенно воскликнула Султанша. Ибрагим кивнул, и, изогнув красивую левую бровь, улыбнулся еще шире. - Вот и пришлось вам потесниться, Госпожа! Ваше время ушло, придется проводить одинокие вечера в обнимку с подушкой! - Уж ты- то точно не спишь в одиночестве! Пока Госпожа была в Эдирне, сколько раз ты наставил ей рога? -Фу, как вы некрасиво выражаетесь, совсем недостойно для султанши. Моя верность Госпоже кристальна. Никто не может в ней сомневаться, - издевательски спокойно заметил Великий Визирь. - Я очень рад, что Хатидже-Султан вернулась, что ее здоровье улучшилось. Но даже это не доставляет мне столько радости, сколько решение Повелителя украсить свой гарем чудным цветком-прекрасной принцессой. -Время твоего благополучия тоже уйдет, -зловеще пообещала Хюррем, скрипя зубами от злости. - Может не надеяться, что Повелитель всегда будет к тебе благосклонен. -Никому не встать между мной и Повелителем! Я тебе уже говорил эту истину. Государь очень ценит меня за мою преданность и мой ум, фактически благодаря мне строится решение государственных дел, а ты всего лишь наложница, каких много, вот Повелитель и сменил тебя на более молодую и красивую. Султан не будет разбрасываться такие ценными людьми как я, вот в чем разница между нами! -Радуешься, что Повелитель занят новой игрушкой? Смог вздохнуть спокойно? Не забывай, что я знаю твою тайну, Ибрагим-паша. В черных глазах Визиря загорелись опасные огни, но губы продолжили улыбаться. -Это ты не забывай, что я намного сильнее и умнее тебя, ты когда-нибудь поймешь это. Понимаешь ли, мне можно все. -Все? Ты в этом уверен? - Рыжеволосая Султанша в вызовом уставилась на Великого Визиря, гневно раздувая крылья носа. -Хочешь докажу?- злобно усмехнулся грек. -Ну попробуй! Что ты мне можешь сделать во дворце, рядом с покоями Повелителя?! Ибрагим загадочно улыбнулся, приложив палец к губам, быстро обернувшись, молниеносно схватил Хюррем за тонкое запястье и втащил в свои покои, запирая дверь на ключ. -Повелителя нет в покоях, он пошел посмотреть, как устроилась принцесса Изабелла, так что ему все равно, что с тобой тут происходит! - весело заявил он, расстегивая кафтан. Глаза Хюррем стали просто огромными от шока. -Ты спятил, дьявол! Что ты задумал! -Если ты будешь кричать, то нас могут услышать, и тогда тебя точно казнят за измену Повелителю, -напомнил он, продолжая спокойно раздеваться. -Тебя тоже казнят! - А я смерти не боюсь, я давно уже мертв, что мне терять? Пост Визиря? Смешно, право. Его прохладные пальцы пробежались по светло-розовому атласному платью женщины, расстегивая многочисленные пуговицы. Хюррем молча разглядывала его прекрасное лицо, поражаясь самоуверенности Визиря, взор которого горел огнями похоти и ненависти. -Ибрагим, одумайся, - умоляюще прошептала она. -Мне можно все, -упрямо заявил ее враг, -я могу все, что захочу! Мягкие губы опустились на ее обнаженную шею, спускаясь все ниже, вызывая невольную вспышку сладострастия внутри ее живота, мужские руки, которыми она всегда втайне любовалась, нежно гладили спину, мягко, но крепко сжимая трепещущее тело в объятьях. Хюррем вдруг почувствовала, что их сердца бьются в такт. С трудом она приподняла голову Ибрагима от своей груди и вдруг впилась в его приоткрытые губы страстным поцелуем, передавая ему всю свою обиду и боль, всю ярость, владевшие ею в этот страшный день. В темных глазах Визиря она заметила мелькнувшее недоумение. Он немного отстранился и внимательно стал вглядываться в возбужденное лицо женщины, горящие вожделением светлые глаза. Кровь тяжелым напором ударила вниз. -Что, паша, вас возбуждает только насилие? Визирь усмехнулся и опрокинул Хюррем на кровать, прерывисто дыша. Он близости этой рыжей ведьмы срывалось дыхание, мысли путались. Она не только отвечала на его ласки, но и сама дарила их ему. Тонкие руки скользили по темным, слипшимся от пота волосам, путаясь в них, по крепкой влажной горячей спине. Стройные ноги идеальной формы оплели тело паши огненным поясом. Женщина сама подалась ему навстречу, принимая внутрь его мощную плоть. Чтобы сдержать рвущийся с губ стон, грек уткнулся лицом в шелковистую прохладную кожу ее плеча, ладонью предусмотрительно закрыв и ее рот. Хюррем упивалась свершаемой местью всем - Сулейману, предавшему ее, нахальной лживой твари - Изабелле, убийце и приспешнику дьявола Ибрагиму и самой себе за порушенные мечты... Изо всех сих она вцепилась острыми ногтями в спину Визиря и провела вниз кровавые полосы, сдирая кожу тонкими полосками. Ибрагим возмущенно дернулся, но не остановился, пока великий инстинкт не довел их до конца. Ибрагим первым очнулся от приступа безумия и встал на ноги, невольно поводя плечами и морщась от неожиданной боли. -Ибрагим!- раздался неожиданно громкий голос за дверью, ведущей в покои Султана из его комнаты. -Повелитель, -испуганно прошептал Паргалы, оборачиваясь на голос. Он лихорадочно начал одеваться, в панике глядя на обнаженную Хюррем-Султан, которая лежала на его кровати. Он бросил ей платье и округлившимися глазами показал на шкаф. Женщина, с трудом сдерживая истерическое хихиканье, быстро натянула платье и исчезла за резной дверцей. -Ибрагим!!! Я знаю, что ты там! Немедленно открой! Чем ты там занимаешься?! Повелитель настойчиво стучал кулаком по стене. Трясущимися руками Ибрагим отпер дверь, смежную между покоями. Испепеляя своего раба гневным взглядом, Султан широкими шагами прошел в его комнату, подозрительно ее осматривая. Густые брови изумленно поднялись, когда он узрел живописный беспорядок на кровати- скомканные простыни сбиты в кучу. одеяло и подушки разбросаны вокруг на ковре... -Что это, Ибрагим? Чем ты занимался? Он набрал было воздуха, чтобы ответить, но молча выдохнул, так ничего и не придумав. Вскинув на Повелителя растерянный взгляд, тут же опустил его. -Что все это значит? Почему ты мне не отвечаешь? Это такой простой вопрос. Или тебе есть что скрывать от меня? -Что вы, Повелитель, -возразил тут же Паргалы. -Кто здесь у тебя? Почему разобрана твоя постель? Почему у тебя такой возбужденный вид?-продолжал свой неприятный допрос Султан, брезгливо наблюдая как по виску его раба стекают крупные капли холодного пота. -В моей комнате никого нет. Повелитель и дверь заперта и... -Ты кого-то здесь прячешь, - предположил Султан издевательский голосом, бросая пронзительный взгляд на шкаф- единственный предмет мебели, способный вместить человека. "О, Аллах ! Пошли мне терпения!" -Я ждал вас, Повелитель, -неожиданно решился грек. -Что? -Повелитель отвернул подозрительный взгляд от резных дверок, за которыми стояла Хюррем-Султан. -Я думал о вас, Повелитель, поэтому я так возбужден! -твердо сказал Ибрагим и шагнул навстречу Сулейману. Рыжеволосая Султанша, уже мысленно попрощавшаяся с жизнью, с детьми, даже с Махидевран, открыла зажмуренные от смертной тоски глаза и с интересом поглядела сквозь отверстия в шкафу. Сулейман удивленно смотрел на грека, не ожидая от него такого признания, но Визирь подошел к нему и впился в губы поцелуем. Султан удивленно замычал, невольно отстраняясь в сторону, запнулся о кровать и сел на развороченное постельное белье. -Да что с тобой, Ибрагим? Здоров ли ты? -заботливо поинтересовался он. -Я немного устал, Повелитель, -грустно ответил Ибрагим, садясь на пол рядом и поджав ноги, положил голову на обтянутые дорогой тканью колени. Руки Султана тут же начали ласково перебирать шелковистые пряди, поглаживая по голове своего раба. -Что-то случилось? -гроза в голосе куда-то исчезла, сердце наполнилось тревогой и любовью. -Меня беспокоит Хатидже, Повелитель. С тех пор как она вернулась, ей все мерещиться голосок нашего умершего сына. Госпожа сама не своя от горя, я стараюсь поддержать ее, ведь только моя любовь способна вернуть ее к жизни. -Заботься получше о Хатидже, сегодня возвращайся в свой дворец пораньше. Ты сегодня достаточно сделал, отдохни.-наставительно велел султан и, поцеловав грека в лоб, встал и величественно удалился. Дверца шкафа тут же отворилась и едва сдерживающая хохот женщина аккуратно ступила на пол. Визирь быстрыми ловкими движениями оправил на ней платье и прическу, осторожно отпер свою дверь. Внимательно оглядевшись, он выбрал момент,когда в коридоре никого не будет, вытолкнул Хюррем из своих покоев.