Спасение в любви

       Ульяна зашевелилась и открыла глаза. Нахмурившись и ничего не понимая, она обвела комнату взглядом и изумленно уставилась на Феликса, который сидел рядом и не спускал с нее глаз. Девушка находилась в собственной постели, вместо порванного платья на ней была ночная сорочка, а от пореза на запястье не осталось и следа.        - Феликс?!.. – желая знать, как им удалось выбраться из лап Дарона, дрогнувшим голосом заговорила она. Но тут же поняла, что в данный момент это не так важно и, очнувшись, бросилась вампиру на шею, крепко обнимая его. Слезы против воли хлынули из глаз, и, не сдержавшись, она расплакалась на плече мужа.        Он осторожно прижимал Ульяну к себе, давая ей возможность выплеснуть все чувства наружу. А затем перетащил ее к себе на колени, не выпуская из объятий и баюкая на руках, как маленькую девочку. Он и сам до сих пор не отпустил весь ужас произошедшего, но рядом с семьей, в безопасности, делать это становилось легче.        - Где наш сын? – немного придя в себя, спросила Ульяна.        - В детской. С ним все в порядке, - поцеловав ее в макушку, ответил Феликс.        - А я… теперь вампир? – вспомнив слова мужа и поняв причину, по которой она жива, уточнила девушка. При этом прислушавшись к себе, она не уловила каких-то изменений.        - Нет, - он против воли напрягся, вспоминая, как едва не убил собственную жену. – Мне удалось предотвратить это. – Положив ладонь ей на левую щеку, он прижал ее правым виском к своей груди и уперся подбородком ей в макушку. – А ты, моя любимая жена, - слегка улыбнулся он. А затем, вспомнив, что происходило в комнате пыток, настороженно и с опаской спросил: - Ульяна, Дарон… он… он… ничего тебе не сделал?        Вскинув голову, она посмотрела мужу в глаза и отрицательно помотала головой:        - Его прервали. Он не успел дойти до конца, - от одних воспоминаний она передернулась и презрительно поморщилась. – Мне нужно в душ, - пытаясь отстраниться от Феликса, сказала она.        - Позже. Дай мне почувствовать, что ты жива, и что мы выбрались оттуда, - он стиснул ее в объятиях, и уткнулся носом ей в висок.        - А как мы оттуда выбрались? – наконец задала она интересующий ее вопрос.        - Благодаря сыну и тебе, - твердо ответил вампир. – После того, что вы сделали, мне осталось самое легкое – посадить их под замок. – Он юлил. Их спасло только то, что в комнату тогда вошел не Дарон, а один из его наемников – человек. Феликс тут же оказался рядом с ним, а тот, ничего не понимая, даже крикнуть не успел, как стал едой обезумевшего от голода и вырвавшегося, наконец, на свободу, вампира. Силы стали возвращаться, но их все еще было слишком мало, поэтому Феликсу пришлось отобедать еще одним амбалом. Но помня, что Ульяна лежит без чувств и требует его внимания, он нашел Дарона и пригвоздил его к стене. Тот не думал, что Феликсу удастся выбраться и с ужасом смотрел на него, понимая, что даже в таком состоянии, он гораздо сильнее его самого. А Темному хотелось растерзать того, кто так долго изводил его и его семью, но сдержав себя, он бросил несостоявшегося убийцу в «серебряную комнату», а оставшихся приспешников засадил в соседнюю комнатушку. – Дарон внебрачный сын Дракулы, решивший, что мой перстень, который достался мне от его отца, должен принадлежать ему. Я не убил его только по одной причине: посчитал, что смерть, слишком слабое наказание за то, что он сделал. Поэтому сдал его Дракуле. Теперь он испытает на себе все то, что чувствовал я.        Ульяна прислушивалась к каждому слову, но поняв, что все осталось позади, а они все спасены, больше не хотела вспоминать о том, что произошло. Приподняв голову, она посмотрела на мужа. Одеждой было скрыто все тело, лишь перевязанные запястья бросались в глаза и ссадины и раны на лице. Подняв руку, она осторожно провела по его лбу и щеке:        - Все это останется навсегда? – тихо спросила она.        - Большая часть всего исчезнет, когда я полностью восстановлю силы. Останутся лишь самые серьезные раны в виде шрамов. – А затем, переведя тему, он строгим голосом спросил: - Ульяна, почему ты ослушалась меня и вышла из детской? Ты же знаешь, что эта комната самая безопасная во всем доме!        - Я испугалась за тебя, - дрогнувшим голосом ответила она.        - Ульяна, я не просто так создавал ту комнату, она должна была защищать вас! - продолжал напирать Феликс, понимая, что неосторожность Ульяны могла привести к гибели всей их семьи. И даже то, что именно она придумала, как их всех вытащить, не оправдывало ее поступок.        - Феликс, неужели окажись ты на моем месте, ты бы сидел взаперти и ждал неизвестно чего, даже не пытаясь что-то изменить? – недоумевая, спросила она.        Он понимал, что она права, понимал, что поступил бы точно так же. Но как же сложно было принять ее необдуманный поступок!        - Я терпел все пытки Дарона будучи уверенным, что ты с сыном в безопасности. Только это помогало мне держаться все это время.        - Феликс, главное в том, что мы выбрались, что остались в живых, - пытаясь призвать мужа к фактам, усердствовала девушка. - А еще я не хочу, чтобы мы сдерживали силы Ростислава. Сними эту глупую блокаду с дома, он уже взрослый мальчик и понимает, что можно делать, а что нет. Я хочу, чтобы он умел пользоваться своими способностями. А на дом можешь поставить защиту, которую поставил в детской, чтобы сюда больше никто не смог проникнуть. Чтобы это было нашей крепостью, в которой мы будем в безопасности.        Возможно, она могла бы сказать еще много всего, но Феликс не позволил ей этого сделать. Притянув ее к себе, он закрыл ей рот поцелуем, а она, оторопев от такого, какое-то время даже не отвечала, изумленно сидя и не двигаясь на его коленях. А затем, будто очнувшись, обняла его за шею, и еще ближе притянув к себе, начала отвечать на поцелуй.        Знакомые губы, руки и объятия помогали стереть ужас прошедших дней и поверить в то, что все осталось позади. Через поцелуй они выплескивали всю нежность, заботу и любовь которые чувствовали по отношению друг к другу, выбивая из памяти все ненужные воспоминания.        - Ты невозможный мужчина! - с улыбкой сказала Ульяна, когда поцелуй закончился.        - Именно поэтому ты меня и любишь, - ухмыльнулся Феликс, не сводя довольных глаз с жены. А затем, посерьёзнев, сказал: - Спасибо тебе.        - За что? – нахмурилась девушка.        - За то, что спасла меня, - просто ответил он.        Ульяна хотела было возмутиться, сказать, что это он спас их, но наткнувшись на его взгляд, передумала, и судорожно вздохнув, медленно прижалась к нему и крепко обняла за шею, сплетая руки так, что их невозможно было разъединить.        - Феликс, - прошептала она ему на ухо. – Я никогда не жалела и никогда не пожалею о том, что стала твоей женой. И какие бы испытания нас не ждали впереди, я не откажусь от тебя и буду бороться за нас до последнего.        - Как и я… - коснувшись губами ее виска, он задержался на нем, медленно проводя ладонью по ее волосам.        Неожиданно приоткрылась дверь, и в комнату осторожно заглянул Ростислав. Поняв, что родители не спят, он тут же бросился к кровати.        - Мам, ты уже проснулась! – радостно закричал он, забираясь на постель.        - Иди ко мне, милый, - увидев сына, Ульяна тут же потянулась к нему, не зная, что сделать для начала: обнять или убедиться в том, что с ним все в порядке. Прижав его к себе, тут же немного отстранилась и пробежала взглядом по всему телу ребенка. Затем снова обняла и снова отстранила от себя, расцеловала его в обе щечки, погладила по головке, снова поцеловала, на сей раз в лоб, и наконец, крепко прижала к себе, поняв, что с сыном, все в порядке.        - Мам, я рассказал папе, что у меня получилось снять цепи, хоть он меня этому и не учил, - Ростислав был еще маленьким и все то, что происходило недавно, было для него одним сплошным приключением, в котором у него получилось сделать большое чудо.        - И что тебе ответил папа? – не сводя глаз с мужа, с улыбкой спросила она, поцеловав сына в макушку.        - Папа ответил, что Ростислав наш с мамой герой, - обнимая одновременно и жену, и сына, сказал Феликс с улыбкой на лице.        - Самый настоящий герой, - подтвердила Ульяна, не выпуская сына из рук. – Только впредь слушайся родителей и не выходи из комнаты, если тебя просят не делать этого.        - Ну, мам! Как бы я был здесь один? Кто бы вам тогда помогал? Нам было бы плохо друг без друга.        Родители переглянулись, понимая, что сын будет точно так же, как и они, бороться за их семью и их счастье каждый раз, когда они будут оказываться в щекотливой ситуации. Правда они надеялись, что подобных ситуаций не будет, ведь жить в мире, согласии и любви было гораздо лучше и комфортнее.        - Уль, - прямо ей на ухо прошептал Феликс, нарушая восстановившуюся тишину. – Когда ты собиралась мне рассказать о том, что у Ростислава будет сестричка?        Девушка изумленно дернулась и ошарашенно посмотрела на мужа.        - Ты о чем?        Он осторожно просунул руку между сыном и женой, и положил ладонь на живот Ульяны.        - О нашей дочери.        Девушка ошеломленно переводила взгляд с лица Феликса на себя и обратно и не понимала, как ей реагировать на слова мужа.        - Ты… ты… хочешь сказать, что я… я…        - Обычно о таком сообщают жены, - улыбнулся мужчина, понимая, что Ульяна ничего не знала о своей беременности. – Когда я лечил тебя, я отчетливо это понял. Срок небольшой, еще и месяца нет.        - Дочка? – дрогнувшим голосом спросила Ульяна. На глаза навернулись слезы.        - Да, - еще крепче прижимая жену к себе, твердо ответил он.        - А с ней все в порядке? – вдруг обеспокоенно спросила она. – После того, что было, что мне пришлось пережить…        - Не волнуйся, с ней все хорошо, - успокоил девушку Феликс, поцеловав ее в висок.        - О чем вы говорите? – все это время молчавший Ростислав, не выдержав, задал вопрос.        - О том, что у тебя скоро будет сестричка, - улыбаясь сквозь слезы, ответила Ульяна.        - Правда?! – восторженно переспросил малыш и, спрыгнув с коленей матери, начал скакать по комнате. – Я хочу сестричку.        - А защищать ее будешь? - улыбнувшись, спросил отец, еще ближе пододвигая к себе жену.        - Конечно! - продолжая прыгать, подтвердил Ростислав.        - Ну, вот и хорошо, - довольно сказал Феликс. А затем, переключившись на Ульяну, спросил: - Ты рада?        - Как ты можешь задавать такой глупый вопрос? – только сейчас отойдя от новости, она обняла мужа и расплылась в улыбке. – Я счастлива.        - Как и я, - совсем не лукавя, сказал Феликс.        - И я, и я тоже счастлив! – подбежав к родителям, засмеялся Ростислав.        Они снова сидели все вместе, в объятиях друг друга, мечтая о безоблачном будущем и наслаждаясь восстановившимся настоящим.