Городок исторических личностей

      Карл заметил мою общую подавленность и тут же спросил, в чем дело. Я отвечать наотрез отказалась. Тогда шведский монарх стал играть в угадайку.       — Ты переела печенья и теперь не можешь на него смотреть? — предположил он. Я отрицательно помотала головой.       — Петя стащил твоего плюшевого динозавра? — задумчиво спросил Карл, зачем-то загибая пальцы по мере придумывания вопросов.       - Неть. Динозавра я спряталь, — сообщила я.       — Ты с Робеспьером поцапалась? — догадался король. Я горестно кивнула.        Ну он отходчивый, — заверил меня монарх, а затем добавил:       — Не грусти! Хочешь, я тебе шоколадку подарю?       — Не-а, — вздохнула я. Карл лишь махнул рукой, и мы продолжили наш путь.       Выигрыш в шахматы и карты мне радости совсем не доставили. В ушах стоялом всхлип и дрожащий, полный боли голос.       — Слушай, Карл, я домой пойду, — пробормотала я, собирая карты.       — Хорошо. И это, Варь, ты в голову не бери, ладно? Все будет путём, — утешил меня король. Я кивнула, попрощалась со шведским монархом и понеслась домой.       Дома меня ждала записка от Максима. В ней говорилось:       «Милая Варя, простите, что был несколько невежлив с вами сегодня днём. Я не имею никакого права вмешиваться в вашу жизнь и мешать ей, простите, что попытался. Не ищите меня, я ушёл прогуляться. Со мной всё в порядке. М.»       Я чертыхнулась. Брат мой игуана, я инфузория! Максима нужно срочно было найти и всё ему объяснить, но где искать?

***

      Робеспьер молча шагал по направлению к дому, где жил Карл. «Варя наверняка расстроилась, а Карл это заметил. Надо извиниться перед ним за такую оплошность», — печально думал он.       Шведский король был несколько удивлён, когда Максим прямо с порога начал извиняться, путаясь в словах.       — Максимилиан, да за что вы извиняетесь? — всё удивлялся Карл.       — Вы… Варя… Я, право, не знал, что вы любите друг друга, а потому… Впрочем, неважно. Я наверное своим повелением омрачил ваше общение, но клянусь, я не коим образом не намерен мешать вашим отношениям, — бормотал Макс.       — Каким отношениям, уважаемый? Мы не любим друг друга, мы просто дружим! — наконец понял король.       — Правда? — несказанно удивился Робеспьер. Карл закивал. Максим мгновенно ретировался. Король лишь пожал плечами и захлопнул дверь.

***

      С появлением Макса у меня будто камушек с души свалился. Значит всё-таки удастся с ним поговорить. Я хотела было встать из-за кухонного стола, но тут он сам пришёл ко мне и сел напротив.       — Варя, мне надо с вами поговорить о довольно серьёзных вещах. — робко начал он, забывая говорить «ты», а не «Вы».       — Мне, пожалуй, тоже. — отвечала я.       — Во-первых, прости меня. Я тебя сегодня немного обидел, если можно так выразиться. Я знаю, мне нет прощения. Но прошу, выслушайте меня, — фактически умолял меня он, нежно сжимая мою руку.       — Да я же на тебя и не обижалась! — поспешила успокоить его я.       — В общем, Варя, я в-вас, т-то есть т-тебя, л-люб-блю, — заикаясь от волнения, произнёс он.       — И я люблю тебя, Максим, — максимально спокойно постаралась сказать я, хотя сердце прыгало в грудной клетке, как на маленьком батутике.       Максимилиан робко пересел на стул рядом со мной и нерешительно обнял меня за талию. Я мягко обвила руками его шею. Робеспьер медленно потянулся к моим губам. Мы нежно поцеловались. Максим зарылся носом в мои волосы, счастливо улыбаясь.       — Варенька, милая, хорошая, — тихо бормотал он. Однако то хорошо, что хорошо кончается.

***

      На утро я встретила Фридриха. Тот, кажется, мучиться перестал, ибо улыбался во все тридцать два, тащил с собой удочку, наживку и ведро и напевал какую-то немецкую песенку.       — Доброе утречко! — радостно поздоровалась я.       — Доброе! — отвечал мне король.       — Как ваши дела? — аккуратно спросила я.       — Совсем неплохо. Знаете, а я ведь всё понял. Катте в раю. Он наверняка слышал мои слова и простил меня! — сообщил мне прусский монарх.       — Так и есть, — кивнула я.       Но Фридрих меня уже не слышал. Он повернул на дорожку, что вела к морю, уже вслух гадая, что он выловит. Я улыбнулась. Знаете, лорд Мельбурн, всё-таки спасибо!