Пока ты спал: Исправляя Ошибки.

…Слышу, в очередной раз, грозное рычание дракона, и понимаю, что нужно срочно приходить в себя, а иначе, я больше не увижу живым Морасса. Этот процесс отнял, наверное, последние силы, но я всё же открыл глаза. Оцениваю ситуацию. Я всё ещё лежу обнаженный в кровати, хм, в груди торчит нож, вошедший в меня по рукоять. В моих ногах стоит радужный дракон. Дракон злой, можно даже сказать, взбешенный. Из его пасти вырываются клубы дыма, при этом, кровать явно под его тяжестью, потеряла свои ножки, и я смотрел на всё, снизу вверх. Перевожу взгляд дальше, ближе к камину стоял столь же обнаженный, как и я Морасс, с ужасом на лице. " Ну да, такой вариант развитий, он не рассматривал, а зря? " — подумал я, успевая окружить его защитным барьером, когда из пасти дракона, вырвалось пламя. Пламя огня ударилось об барьер и тут же исчезло. Дракон с яростным рычанием оборачивается в мою сторону. Я же берясь за рукоять ножа, чертыхаясь и рыча сквозь зубы, начал его вытягивать. Чёртова регенерация, она успела затянуть рану, и теперь мне приходилось вытягивать нож, снова причиняя себе боль и проливая свою кровь на постель, которая и так уже приобрела алый цвет. Вены от усердия вздулись, желваки ходили ходуном, а в глазах снова потемнело. " — Дядь…дядя! " — раздалось всхлипывание дракона по ментальной связи. И он сделал пару шагов ко мне. — Раздавишь! — успел пискнуть я прежде, чем эта Годзилла, плюхнулась на меня. Дракон принял человеческий облик, и я со вздохом сожаления понял, что мой племянник, был теперь явно не пяти лет, а тянул на все десять. " Растёт… Крепнет… Умнеет… Хм, слишком быстро! Драго убьёт меня! " Встаю с ложа, ну если бы не Рюнуа, наверное вставал бы дольше. Рана вновь затянулась и на моей груди красовался рваный шрам. А ещё на груди, да, что там на всем теле красовались бурые и алые разводы свежей и уже засохшей крови. Моей крови. " Мда! Красавчик! И кто теперь позарится на такую прелесть! " — самокритично подумал я, а учитывая, что у меня по телу есть ещё шрамы, то вообще, нужно сказать спасибо, что подданные не бегут подальше от меня без оглядки. Перевожу взгляд на Морасса, а он пристально следит за каждым моим движением. Чувствую его страх, но он пытается казаться равнодушным. — Рюнуа, Шарион, покиньте спальню, нам с Морассом нужно поговорить, наедине. — сказал я. — Но… — хотел было возразить племянник. — Не спорь! Твой отец и так голову мне оторвёт, за то, что я тебя впутал, во всё это. Так, что ступай. Мальчишка некоторое время постоял на месте, но потом, всё же ушел, прихватив с собой мага. Шарион всё это время стоял около двери в спальню. Он изменился, и я отчётливо это чувствую. И этот его укоризненно-ревнивый взгляд, что он кинул в мою сторону, так и напоминает взгляд жёнушки, которая застукала мужа с другой. Ох и не нравится он мне, но сейчас мне стоит думать не о нём, есть дела и поважнее. Медленной, хищной походкой, иду к Морассу. — И так Морасс, как же мне наказать тебя, зато, что ты попытался убить меня? — Как будет угодно твоей чёрной душе! — гордо подняв свою голову, сказал он. — Думаю можно не прибегать к ментальной связи. — задумчиво сказал я, и добавил — Это будет долго и мучительно. И сжигать тебя будет не интересно, надо что-то более оригинальное. Убираю защитный барьер, что преграждал мне путь до Морасса. — О придумал! Почему бы не от трахать тебя, а когда ты будешь плавиться в экстазе, то вонзить тебе нож в твоё сердце. Ведь именно такую смерть, ты решил преподнести мне. Делаю шаг вперёд, к нему, Морасс отступил на шаг. Хищно оскалившись, делаю рывок вперёд и обхватив его горло своей когтистой рукой, добавляю. — А что помешает мне просто вырвать твою глотку? Морасс тяжело вздохнул и закрыв глаза, просто отдался в мою власть. — Хм, что, не будет протестов, не будет просьб о сохранении твоей жалкой жизни и вымаливания прощения, ползая перед мной на коленях. Где же слезливые обещания служить мне правдой и верой? Его янтарные глаза снова открылись и взглянули на меня с ненавистью. — Что Морасс, ненавидишь меня! А за что? За свою же слабость! За то, что так и не смог преодолеть своё внутреннее я! Ты так и не спросил, что стало с Ниенингю?! — Я спрашивал! Но вы ответили, что… — Что она там, куда тебе дорога закрыта. Я помню, но получив такой ответ, ты больше не вспоминал о ней. — А, что я должен ещё спросить? Где ты похоронил её тело, или куда дел её искру? — Хотя бы это! Если бы ты, спросил хотя бы это. Всё бы было совсем по другому. Если бы ты сопротивлялся гораздо дольше, или более упорно, может я бы всё же поверил, что ты действительно любишь её. Может бы тогда, я бы поверил, что действительно есть Истинные Пары, которые готовы свернуть горы, ради своих половинок, но увы, ты не оправдал мои надежды. — Значит теперь во всём виноват я? — Хм. Я мог бы сказать, что да. Но это будет не правдой. Виновато то долгое время, что я прожил, и стечение обстоятельств. Да, твоя не решительность подлила масло в огонь, но не более того. — Но я сопротивлялся! — Сопротивлялся? Для меня это не было столь существенно, единственный момент, когда я хоть немного задумался, а не опасна ли игра с тобой и дальше, когда ты отравил меня чем-то. А кстати, что это было? — Так я и ответил! — прорычал он. — Как я погляжу, общение со мной тебя так и не сломало, и ты по прежнему можешь огрызаться. — заметил я, убирая свою руку с его горла и втягивая свои когти. — И так, что мы имеем? Спустя шестнадцать тысяч лет, тебе всё же хватило смелости, начать заговор против меня и вступить в команду Улка, чтобы избавиться от меня навсегда. — Э… — Да, я знаю обо всём, что здесь творилось, пока меня не было. И так, ты затеял переворот, уничтожил многих, ни в чём не повинных. Но чего ты этим добился? Улк и Шэньси повержены, а чего хотел добиться ты? Отомстить, отомстил, а что дальше? — Вы всё ещё живы! — Допустим, меня нет. Дальше, ну что дальше? Ты этим не воскресишь никого, ни моих поданных, ни Дайнюса… — Он сам виноват! Ему не стоило вмешиваться в это дело. — Гррр! — рычу я и снова схватив Морасса за шею, приложил его затылком об стену. — Это было и его дело. Если ты не знал, Дайнюс был братом Ниенингю, именно он попросил меня, проверить тебя на надёжность, но ты провалился. В глазах Морасса появилось непонимание. — Как это Дайнюс брат Ниенингю. Это ложь! — Зачем мне лгать. Я их лично создал, как своих детей, а ты… ты уничтожил моё дитя, без шанса на перерождение. А теперь скажи, какую смерть ты предпочитаешь, и возможно я всё же именно её дарую тебе. Морасс тяжело вздохнул, но тут же его взгляд метнул в меня молнии. — Ты врёшь! Разве родитель может уничтожить свою дочь? Зачем ты вообще ворошишь прошлое? — Для тебя это уже прошлое, а я всё ещё вынужден прибывать в нём, и всё из-за тебя. — снова убираю от его горла свою руку. — Твоя месть Морасс, она была слишком жестокой, но всё же у тебя хватило сил отомстить, а ведь тогда хватило бы просто во всеуслышание докричаться до меня, докричаться и доказать, что любишь её. Мои пальцы легли на его правую скулу. — Какой рукой ты ударил меня ножом? — спрашиваю я абсолютно безэмоционально. Лишь через пару минут Морасс поднял свою правую руку. Я взял его кисть в свою ладонь и подтянул её к своим губам. Морасс вздрогнул, когда мои губы коснулись его руки. — Не бойся, каннибализмом я не страдаю. — Зачем? — Победителей, награждают. Считай, что ты доказал, что достоин, чтобы быть вместе с Ниенингю. — Ты, что издеваешься надо мной? — кричит он, выдёргивая свою руку от моей. Начинает бесить. — Одевайся! — коротко приказываю я, тоном, от которого у всех поджилки трясутся. Морасс с каким-то нелепым выражением лица, смотрел на меня. Чего в нём только не было; и гнев, и испуг, недоверие и растерянность, и даже какое-то тонкое ощущение смирения. Щелкаю пальцами и я уже стою одетый в тиронотез*, долитез*. На ногах мои любимые сапоги, а за поясом мои мечи в ножнах. — Что это всё значит? — хмурясь спросил Морасс. — Увидишь! — Что-то меня это не прельщает. — Мне по барабану, что там тебя прельщает, а что нет, но если ты сейчас же не оденешься, то окажешься в людном месте голым. Похоже угроза подействовала на него, и Морасс одел эйкейс* из черного шелка. — Ну? — напомнил о себе он. Я взглянул на него; не уверенный взгляд, лёгкий румянец на щеках и нервно покусывает свою нижнюю губу. Хотя, какая теперь разница, как он выглядит, это уже не мои заботы. Щёлкаю пальцами, и в комнате появляется портал. — Куда мы? — нервно спрашивает он. — Увидишь! — говорю я и подталкиваю его к порталу. Там, по ту сторону, решится его дальнейшая судьба, и уже не я буду решать, что станет с ним дальше.