Человек без памяти

Это был трусливый дракон. При попытках его отцепить, тот прижимался еще сильнее, во всю раскрывал рот и начинал устало пищать. Целый день ходил с ним по дому, как с браслетом, только этот браслет, при каждой моей попытке его снять, сдавливал руку еще сильнее, однако отдирать и без того покалеченное существо я не собирался. Поэтому, чтобы рука окончательно не онемела, я поглаживал его по неокрепшему, с еще не покрывшейся чешуей, холодному тельцу, в надежде на то, что он слегка расслабится, однако все было тщетно. Вот сейчас сижу на кровати смотрю на это дитё и до сих пор не могу отойти от мысли что все-таки решился тогда его отогнать за то, что он выполнял поручение свыше. Я дурак. Утомившись от этой беготни, от мыслей: что буду делать с драконом, как буду за ним ухаживать и воспитывать в конце концов, — завалившись на кровать, положил руку с ящером на грудь и тот мгновенно отцепился от нее и уткнулся своей маленькой прохладной мордочкой в шею. Раньше я драконов терпеть не мог, а в особенности всадников, однако мое мнение радикально противоположно изменилось в ту минуту, когда это дрожащее маленькое существо запищало при попытки его снять. — Интересно как тебя назвать? — Спарки я, не надо мне имя давать, — прошипел ящеренок, — давай спать. «И где ж ты научился говорить-то?!» — откинувшись на подушку, я уставился в потолок. — Не забивай голову… — ящеренок устроился поудобнее и, расправив разорванное крыло и глянув на него, гораздо тише добавил: — Ненавижу… Я быстро погрузился в сон. Найти, найти, найти… — снова этот шепот, — убить предателя… — картинка была не ясная будто те, кого я видел, находились в густом тумане. В помещении было видно три фигуры за длинным столом и все в громоздких черных мантиях с накинутыми капюшонами. — И его дракона! — сказал кто-то из них и по барабанил пальцами с длинными ногтями по столу. — В начале дракона… белого дракона, прямо у него на глазах, — на этот раз было не понятно кто говорит, но голос был шипящий, можно сказать почти свистящий, и резал слух. — Братья, позвольте я убью его! Люблю убивать драконов. — Нет, ты нужен… — тот, который с длинными ногтями встал с места, оборвав свою речь, продолжил: — он наблюдает за нами! — медленно обернулся и двинулся в мою сторону. — Прогони его жрец! Я смотрел на него, но страх покинул меня. С каждым шагом жреца начало становиться все прохладнее и прохладнее. Жрец медленно прошел вдоль длинного стола, скребя по нему и что-то напевая. Тьма сгущалась. Чем ближе он был, тем становились более ясны его очертания — это был кто угодно, но не человек. И встав напротив, слегка приподнял голову, и взору предстало его лицо: обугленное, уродливое, перекошенное, а глаза были цвета темной крови. Он поднял клинок над собою и, в его обугленных, как и лицо, руках, изогнутое лезвие слегка засветилось ярко-красным. Закончив напевать, махнул кинжалом. Очнулся я на полу с онемевшей рукой, больной головой и кровоточащим носом. Ощущение, что меня кто-то хорошенько так побил, а потом вернулся и еще раз. Только вот боль быстро отступает. — Что ты делаешь?! — возмутился дракон и громко спрыгнул на пол. — Что ты так вскакиваешь до рассвета еще пара часов! Я быстро схватил платок, который валялся неподалеку и быстро закрыл нос дабы дракон не увидел, который, в свою очередь, закончил читать мне мораль и сменив тон добавил: — Сон плохой? — Да! — промычал через платок. Сейчас меня не волновали вопросы дракона, а то, что я полудохлый и меня хотят навестить какие-то отморозки! — Хочу читать, — высказал свою потребность дракон, странно, конечно, что не жрать. Я еще долго после этого вопроса смотрел в его голубые глазки. — Кстати у тебя не насморк, а кровь из носа. — Сказал он так будто насмехался надо мной… сейчас придушу! — Не надо душить, я тебе пригожусь! — он понял, что это было зря и уже хотел улизнуть, однако его длинный хвост, как и нос, обрушили его планы. — А ну иди сюда! — тот взвизгнул, когда его тощее тельце оказалось у меня в руках. — Так ящерёнок, это очень некультурно лезть без спросу в голову! — Я дракон, царапаюсь и кусаюсь больно! — тот попытался укусить за палец. — А мне по барабану! До дракона тебе еще далеко! Ты погляди на него, такой маленький, а уже столько наглости! — я вытянул его перед собой пока руки позволяли, а его хвост, который длиннее него самого раза, наверное, в два, обвил мою руку. Тяжело выдохнул и также тяжело в сторону сказал: — Даже не представляю, что мне с тобой делать, когда ты вырастишь?.. — Прости по-жа-ста, — жалобно протянул он. — Ладно, но больше не лезь мне в голову. Обещаешь, Спарки? — Обещаю. Аккуратно опустив его, я обратил внимание на часы, подвешенные на стене. М-да рановато. И снова посмотрел ожидающего каких-либо указаний дракона. Тот, обвив себя хвостом, сидел как кошка, если б кто-то случайно вошел в комнату, то тому бы сразу показалось будто бы это змея, а не хвост. Он наклонил голову набок, а кончик хвоста начал постукивать по полу, в такт с тикающими часами, как если бы человек тарабанил пальцами по столу ожидая кого-то. — Спарки, ты что-то хотел? — спросил я, забыв его просьбу, и тот сразу оживился: хвост его размотался, и он посмотрел мне в глаза, чуть-чуть прищурившись. — Читать, — и на его гладкой морде начали просматриваться маленькие морщинки. Поднявшись на все четыре лапы, он придвинулся ко мне и, еще сильнее запрокинув голову, на его морде уже можно было прочитать «пожалуйста!». — Именно читать. — Добавил он и начал слегка царапать штанину — все это вызвало у меня улыбку: не сама просьба, а то как он это просил и отказать я не мог. — Конечно. Иди сюда, — стоило поднести его к себе как он забрался мне на плечо, перекинул хвост через шею, почти как тому мальчику в парке и, взяв трость, мы вышли в переднюю, где буквально два шага до комнаты с книгами. — Почему так мало? — спросил дракон, разглядывая шкаф. — Спарки, я здесь недавно. Ящер спрыгнул на стол не так мягко, как хотелось бы, и подсвечник чуть не упал со стола. Дракон быстро схватил его хвостом и отодвинул от края, но для самой свечи этого аттракциона хватило вполне, и она у основания надломилась, повиснув на фитиле. Спарки осторожно посмотрел на меня и в ту же секунду медленно отвел взгляд. На его морде уже просматривалось «Извини!». — Не стоит! — опередил я его и придвинул стул, — ты мне вот что скажи: умеешь ли ты читать драконьем языке? — Да, мы все почти с рождения на нем разговариваем, — прошипел ящер и добавил: — А что? Я дотянулся до письма и раскрыл его, дракон же встал на него, глаза его забегали и, дочитав, он радостно сказал: — Тебя Роксан приглашал… — он прищурился вычитывая текст, — сегодня с утра к себе, — на что я стукнул по столу, и дракон от такой неожиданности чуть не свалился с него. — Что случилось?! Что ты такой нервный сегодня? — возмутился Спарки, и я рассмеялся: — Ох Роксан ну и пошутил ты надо мной! — А ты что, — Спарки поморщился затем как хищник медленно начал приближаться ко мне, — драконьего языка не знаешь? По-зо-ри-ще… — Ща как дам «позорище!» — я резко придвинулся к нему, Спарки же, взвизгнув, опрокинулся на спину. — Не надо! Научу если хочешь! — Хочу! — А что тебе раньше мешало?! — на этой фразе прошлое пронеслось перед глазами и меня это одновременно и злило, и обижало. — Я выживал! Выживал… — я облокотился на стол. — Я не знал… — полушепотом произнес ящер. — Проехали… извини, конечно, накипело… Ты не понимаешь какого это всю жизнь прятаться в песках от всадников и таких как ты, только побольше и позубастее, а потом их убивать, убивать, убивать! Чтобы потом спокойно жить рядом с ними, а затем разочароваться в своих убеждениях и переварить всю злобу на них и обрести собственного дракона, чтобы стать одним из них… — Ты убивал драконов? — Я защищался! И хочу, чтобы ты знал, что я необычный житель этих мест, а гость и гостя этого боятся! — Они тебя спасли! — Для выгоды! Не все так просто в это мире Спарки! Все делается за что-то и каждый пытается всегда извлечь выгоду! Даже твои сородичи! Вот скажи мне, друг, отчего тебя выгнали? — Завидовали… — Ведь выбрали именно тебя наблюдать за мной, а не их, значит в тебе что-то есть и «это что-то» их напугало… Вот тоже самое может вскоре и произойти со мной! — Значит и со мной! — воскликнул дракон. — Поэтому никому ни слова про этот разговор. Теперь мы заодно. И еще одно Спарки: я не хочу, чтобы ты превратился в высокомерного и жестокого дракона… — Хорошо, — отрезал Спарки, не дав мне договорить. Так и прошло полдня с того момента как мы, можно сказать, начали совместно образовываться. Спарки научил меня паре слов, значения которых стали мне известны, например, название нашего светила расшифровывается как палящий, обжигающий, да и вообще названия многих мест на этой планете основаны на драконьем языке. Как пояснил Спарки: «язык наш шипящий». — Так, ладно, я должен пойти к Роксану, а ты… ты остаешься здесь и не шуми тут ясно? — Без проблем, — не отрываясь от книги, безразлично произнес дракон, почти уткнувшись мордочкой в лист бумаги. *** Прекрасный парк, красивый вдалеке пестрящий разными красками сад Роксана, почти огибающий его здание, и, надоевшая, к которой я до сих пор не привык, белокаменная лестница, а за ней большая расписная дверь, никогда не открывающаяся больше чем на четверть, за которой встретил меня Ганамис. — Ох, Мирал, — он, оглядев меня с ног до головы, затем посмотрев за меня и наклонив свою пухлую голову набок, сказал, — а где твой дракон? — Мой дракон уст… откуда вы узнали? — Дык, лекари нам сообщили, что вот «станец» нашел дракона. — Станец? — Ну те, кто не имеют драконов, ладно, не бери в голову. Вчера был такой день… Но Ганамис даже и не замечал, что за его тучным телом, Роксан ожидает меня в передней облаченный в мантию. На его грубом, правильной формы, хмуром лице просматривалась утомленность, и пока Ганамис рассказывал про вчера, Роксан начал почесывать щеку, и щетина на ней затрещала. Ганамис оборвал себя и обернувшись слегка склонил голову: — Лин Роксан, извините, увлекся, — виновато произносил Ганамис, краснея, по ходу медленного продвижения к нам Роксана, на нахмурившемся до этого его лице, начала выступать улыбка. «Странно. Почему его так боится Ганамис?» — пришла в голову мысль Ганамис продолжал извиняться уже не смотря на него, но заикался. — Ганамис… — Простите, Лин, я очень сильно устал со вчерашнего… Роксан слегка одернул его за рукав, сказав: — Вчера был тяжелый день и для тебя, и для меня, я даже по дурости письмо Миралу на не том языке отправил, уж извини, — обратился он ко мне переведя взгляд, а затем снова к Ганамису, — сходи отдохни, дальше я сам, — и произнес последние слова так, будто ими же подписал себя когда-то на скучную работу, а теперь жалеет об этом. — Спасибо, спасибо. — Почти полушепотом произнес Ганамис и оправился по одному из многочисленных коридоров, и все же, несмотря на утомленность остановился у окна, провел пальцем по раме, и по слегка выступившей гримасе можно было прочитать: «Надоело!». — Мирал, — Роксан сделал указательный жест рукой, при этом свисающий позолоченный рукав напоминал крыло птицы. — Как твои продвижения? Многое узнал? — Роксан задавал вопросы по ходу нашего приближения к дверце, ведущей в зал драконов. Клацанье трости разносилось по залу. — Не шибко много, драконьий язык… — Ну это ничего, он не так уж и сложен, как может показаться, а дракон твой как? Успел высказать свою первую потребность? — видно Роксан готов был засмеяться. — Совсем… необычная. — Ну ты готовься, готовься, он же «книжник», а они обычно с сюрпризами: черт их разберет, что они там унаследовали от своих предков. — А куда мы идем? — Во внутренний двор, там Джарг поможет с обучением. — Джарг? — Да, — Роксан открыл дверь и моему взору предстала обычная ровная площадка, огороженная высоким каменным забором, вдоль которой были посажены кусты. Выйдя наружу Роксан крикнул: — Джарг подъем! В дальнем углу двора располагалась пристройка в виде огромной коробки с крышей, где находился синий дракон Роксана. Там же располагался стол с двумя стульями. — Что случилось Г`оксан? — лениво произнес дракон Роксана, так и не обратив внимания на нас. «Картавый дракон? Вот так сюрприз!» — я с трудом сдерживал смех. — У нас гость… — дракон все-таки соизволил повернуть свою массивную голову, но глаза так и не открыл. — Эти ваши гости пог`ятком надоели, — прошипел дракон, — эти маленькие, приставучие со`гванцы. Роксан посмеялся в сторону, почесал лоб и быстро проговорил: — Знакомься, Мирал! Ящер вспылил: сразу вскочил на четыре лапы, слегка расправил свои могучие, березовые крылья, но даже этого хватило, чтобы ощутить сильный ток воздуха, и начал смотреть мне в глаза. Ощутив, что будто бы на меня сверху давит невидимый пресс, отвернулся. До этого он радостно готов был меня встречать, но сейчас весь озлобленный и недовольный моим присутствием. — Убе`ги этого че`гта от меня! Он ведь меня на кусочки по`гежет! — На кусочки? На кусочки?! — теперь вспылил я, — Да посмотри на меня! Меня от старика не отличишь. На кусочки… — и в заключении стукнул тростью. — Да от тебя тьмой веет! — Так, Джарг, хватит! — уже грозно произнес Роксан, да так, что не хотелось влезать больше в разговор, а дракон попятился. — Но он… — Никаких «но»! Ясно?! — П`гостите хозяин. Поразительно: такое могучее, большое, крепкое существо, от одного вида которого захочется убежать и не попасться ему на глаза, забывая про то что его органы чувств в сотни раз острее, все равно забываешь про это и надеешься до последнего, что это не так. А то повиновение, которое проявляет Джарг даже не вызывает смех, а лишь удивление. Не будь здесь Роксана давно задвинул свое возмущение подальше и тихонько ушел. — Так, будешь учиться бороться с драконьим гипнозом, — твердо сказал Роксан, — любой: будь то всадник, солдат или даже лацевед проходят через такие тренировки. — Он направился к тому единственному столу со стульями в этой коробке и продолжал: — Вот только длительность тренировок будет зависеть от дела, которым ты занимаешься, ты — лацевед, значит и обучение будет длительное, — он взял стул и поставил его напротив Джарга. — И сколько обучение? — Все зависит от твоей адаптации. Может год, а может — месяц. От этого зависит твоя жизнь — ну не хочешь ли ты при первом же полете свалиться с дракона? — договорив, Роксан указал рукой на стул. Он выглядел потрепанный, как и стол. Облокачиваясь на трость, я сел, и стул страшно скрипнул. Дракон по-видимому уже был готов и, встав напротив меня на расстоянии нескольких шагов, начал смотреть на меня сверху. Роксан в свою очередь уже сидел со скучающим лицом за тем самым столом, опершись на руку. — Все? — спросил он утомленным голосом. — Начинай, — и махнул свободной рукой, при этом не изменив положения. Джарг прилег, вытянул свои передние лапы и уже имел вид уставшей собаки, но все равно пришлось слегка запрокинуть голову. — Это для твоего удобства, — равнодушно прошипел он и приказал: — Смот`ги в глаза!