Paradise Lost.

— Вы его альфа? — Спросила доктор, зашедшая в комнату, где был лишь он и Фил, где держали беременных омег. — Я доктор Шафер. — Да, а что с ним? — Ребёнок перенес много болей, омега вместе с ним, так что у него почти начались роды, но мы смогли их остановить. — Боже мой… А что вызвало эти боли? — Испытывал ли Ваш омега в стресс? Долго ли? — Да, испытывал, и да, достаточно долго. Доктор открыла историю болезни и сделала некоторые пометки. Она просмотрела его дважды и немного непонимающе хмыкнула. — Вы не привязаны друг к другу? — Нет, а что? — Ну, во время беременности привязанность партнеров друг к другу может облегчить любой стресс. Видите ли, с биологической точки зрения, метка привязанности ставится на омеге для того, чтобы уверить его в том, что омега всегда будет принадлежать альфе. Это также уверяет его в том, что альфа не отказывается от детей и будет ухаживать за ними. Во время беременности же метка привязанности на омеге больше как страховка и уменьшает стресс ожидания ребенка. Омеги в целом чувствуют себя лучше, если помечены. — Я понимаю. Мы сильно ругались, когда это началось, можно ли это считать за объяснение, почему возникли боли? — Да, так и есть. Эта метка будет отсекать большее количество стресса, потому что омега всегда будет знать, что альфа всегда будет рядом после этого. Так что даже после ссоры у него бы не было такой реакции. — То есть вы говорите, что мы должны… Привязаться? — Спросил Дэн, будучи немного скептичным на этот счет. — Да, и чем быстрее, тем лучше. Ребенок не выживет, если вы этого не сделаете. — Боже… А если он… Не хочет? Мы сейчас в ссоре и, — его перебили: — Ребенок пострадает. Умрет, до того, как родится. — Можно ли как-то исправить ситуацию без этого? — Нет. Это будет лучше всего. Спасет две жизни. — То есть, жизнь Фила тоже в опасности? Вы ничего об этом не говорили раньше. — Мистер Хауэлл. Умерший в утробе ребенок всегда оказывает влияние на его носителя. Особенно на омегу. Если у него не проявится физических отклонений, ментальное здоровье все равно будет повреждено. Омега никогда не отправится, если потеряет ребенка. А единственный путь… Дэн медленно подошел к кровати и взял Фила за его бледную руку. — Я вас оставлю. Все же, решите это как можно скорее, — положила папку обратно в органайзер на кровати и вышла, оставив их наедине. ~(o)~ Было бы проще простого. Дэн правда думал, что так сделать будет легче всего — просто не говорить Филу, и тогда они умрут. Все вернется на круги своя. Он будет свободен. Но вина чуть не съела его уже из-за того, что он просто так подумал. Дэн бы никогда не признался, но он любил Фила. Так же, как любят кузенов, которых видят раз в несколько лет или совсем маленького братика. После того, как у них настала половая зрелость, Дэн подумал, что у них нет ничего общего. Филу больше нельзя было с ним видеться, да и Дэн привык, что его бывшие друзья-омеги с ним не общались. Он же в ответ тоже стал игнорировать их, хотя ему хотелось, чтобы они все ещё обращали на него внимание. Как будто то, что он альфа, сделало его ужасным монстром. Ему не нравилось, что родители этих омег старались никогда не отпускать своих детей далеко, когда они узнавали, что он альфа. Дэн никогда не думал, что он может проявлять насилие или делать необдуманные поступки, но жизнь проучила: именно из-за этого он теперь замужем и почти отец. Рука Фила поднялась с кровати, и он издал непонятный звук. Дэн был рядом с ним через секунду. — Ты в больнице. Начались роды, но они это остановили. Все нормально, — Дэн объяснил ему. — А ты что тут делаешь? — Фил спросил, явно не в настроении. — И почему рядом? — Фил. Ты был в опасности. Мой сын тоже. Я здесь для вас. — Можешь идти. Мы всё равно тебе не нужны. — Послушай меня, пожалуйста. Ребенок не выживет, если мы не привяжемся. Доктор сказала, что это — единственный способ. — Ты шутишь, что ли? — Нет. Я знаю, что ты меня ненавидишь и не хочешь быть со мной до конца жизни, но если мы этого не сделаем, то мы можем его потерять. Ты можешь потерять своего ребенка. — Хорошо, — Фил посмотрел на него и кивнул, — Ладно. Я согласен. Ребенок этого достоин. ~(o)~ Фила отправили домой на следующий же день. Привязаться можно было только во время секса, когда гормоны бьют в кровь и пара соединяется во стольких смыслах. Дэн начал с того, что раздел себя и Фила. Второй сидел на кровати и закрывал свое тело из-за стеснения. — Можешь не прикрываться. Фил нахмурился, но все еще закрывал свой живот. — Ты не смущался, когда мы были детьми. — Потому что мы были детьми. Сейчас… Мы старше. Многое поменялось. Стало больше. — Хорошо. Я хочу кое-что тебе рассказать. Когда мне сказали, что я альфа, я молился богу, чтобы ты был моим омегой. Ты был моим лучшим другом, и я думал, что жить с лучшим другом будет классно. — Правда? — Фил тихо переспросил. — Да и когда нам сказали, что ты — омега, я думал, что все сложилось просто прекрасно. Что мы вырастем, женимся, и всё будет прекрасно. Но общество сказало, что мы не можем быть рядом больше, и через некоторое время я забросил эту мечту. — Ты мне тоже нравился. И сейчас нравишься. Я думал, что ты меня ненавидишь или что-то типа того. — Нет. Когда я приехал из Университета и увидел тебя, я вспомнил всё те моменты, когда хотел поговорить с тобой, но не мог. Фил засмеялся. — Ты надо мной смеешься? Не очень красиво. Я рассказываю тебе своё сокровенное, а ты… — Нет, что ты. Знаешь, что подумал, когда увидел тебя? Во все те времена, когда у меня начиналась течка, я думал о тебе. — Ты думаешь обо мне во время течки? Это — самая сексуальная вещь, которая когда-либо была адресована мне. — Да. Думал. До той, последней, — Фил вздохнул и погладил свой живот. — Пинается. — Можно, я тоже? — Конечно, — улыбнулся он и положил руку Дэна на свой растянутый живот. — Изумительно, — сказал Дэн, — ты тоже изумительный. * — Не очень. — Не прикрываешься больше? — Просто… Мне теперь удобно. — Ты правда этого хочешь? — Да. Очень, — кивнул Фил. ---------------------------- * Избитое уже изречение, отсылающееся к нику Фила. Осталась одна или две главы, не помню точно, скоро. Ждите.