Эгоисты

      — Ну же, Гарри, расслабься, — уговаривал Драко, проходясь еле заметными касаниями по его шее и плечам. — Всё образуется, поверь мне.       — Что образуется, Малфой? — несмотря на тон, глаза у него были закрыты, а спиной он всё так же опирался на колени Драко. — Люди перестанут умирать? Рон наконец образумится и смирится с тем, что я имею право побыть немного счастливым перед смертью?       — Ш-ш…       — Не шикай на меня! — Гарри чуть сместился, пытаясь уклониться от сжавших его слишком сильно пальцев. — Кто, черт возьми, знает, сколько нам ещё осталось? Ты знаешь? Драко… я…       — Ш-ш. Не надо, Гарри, — тёплые руки прошлись по его спине и вернулись к волосам, зарываясь в них и тихонько поглаживая. — Скажи, где мы сейчас?       Гарри неохотно приоткрыл глаза и оглядел комнату, где они находились. Пыль на стеллажах, столы и стулья, лежащие кучей в углу, и, честно говоря, отвратительно трансфигурированный диван, на котором сейчас восседал, собственной персоной, Драко Малфой, делая массаж мальчику-который-пока-ещё-не-умер.       — Как «где»? Второй этаж, заброшенное крыло, старый кабинет Зельеварения, вроде бы.       — Нет, Поттер, что ж такое, не тупи. Закрой глаза. Быстро! Скажи мне, где мы? — руки Драко действительно творили чудеса. Успокаивали и мышцы, одеревенелые после нескольких часов тренировки с ОД, и нервы, растрёпанные, обычно, там же. — Гарри. Расскажи мне, где ты хочешь побывать? Всего лишь одно место. Мы отправимся туда с тобой и проведём шикарный вечер, как самые настоящие влюблённые хаффлпаффцы.       Спорить с Малфоем было трудно. Всегда трудно. И даже если сейчас они и сошлись, Мерлин знает «как» и «почему», спорить с Малфоем оказалось интересно, интригующе, опасно и очень выматывающе. В ближайшие несколько часов у Гарри просто не было на это сил.       — Боже. Я не знаю. Правда, не знаю! Да… вот здесь, чуть правее… Может быть Биг-Бен. Когда мне было десять, и мы поехали в зоопарк с… семьёй, я тогда подумал, смотря из окна машины, что если когда-нибудь случится такое чудо и я от них уеду, то обязательно хочу побывать там. Наверху. Мне тогда казалось, что выше и свободнее я могу стать лишь там. Глупо?       — Не глупо. Мне нравится эта идея. Хочешь прилететь сразу на крышу? — Драко так редко был таким. Голос — мягким и тихим, руки — безумно нежными. Стоило Гарри сейчас откинуться чуть дальше, ему на колени, опереться о них головой и приоткрыть глаза, он бы увидел то, что мог видеть только он, очень не часто. Необычное и безумно привлекательное существо — Драко Малфоя без маски. Может и стоило показать такого Драко Рону, тот наверняка бы понял и «как», и «почему», но делиться таким сокровищем, даже на несколько минут, было выше его сил.       — Нет, никаких крыш. Давай заберёмся вовнутрь? Знаешь, я уже вижу, как ты сидишь на парапете, а позади тебя лишь циферблат, стрелки часов и пустота. Волосы у тебя совершенно растрепались, эй, не кусай меня, да, твоя причёска испорчена. И мне безумно страшно, Драко, что сейчас ты разожмёшь руки, откинешься назад и просто… Исчезнешь.       — Не разожму. Ну что ты? Если я и улечу вниз, Поттер, то только вместе с твоими волосами. Чувствуешь? Мои руки в них совершенно запутались.       — Давай просто посидим так, ещё немного. Мне кажется, я уже чувствую ветер и слышу звуки механизмов. До звона колокола ещё долго, можно я посплю? — последние слова Гарри уже пробормотал в колени Драко, забываясь спокойным сном, в совершенно неудобной позе.       — Спи. Я с тобой. Я никогда не отпущу тебя. Кто же, кроме меня, ещё будет охранять твой сон?