Эгоисты

      Они ввалились в дом, не разлепляя объятий, сплетаясь ногами и руками прямо на полу. Пока губы Гарри скользили по волосам Драко, тот, еле сдерживаясь, посасывал его шею. Звук закрывающейся двери отвлёк их, но лишь на ту минуту, что потребовалась им для того, чтобы добраться до дивана в гостиной. Времени было катастрофически мало, сил почти не осталось, а желание просто разрывало изнутри.       Они срывали друг с друга одежду, что сильно отвлекало Гарри, но давало Драко больше возможности добраться до поттеровского хвоста. Эта деталь манила его весь день, а руки так и тянулись погрузиться в прекрасный тёмный мех. Пальцы пробежались вверх-вниз по копчику, скользя ниже и доводя Гарри до скулёжа и беспамятства.       Перевернув свою ношу к себе лицом, Драко скользнул языком по кадыку своего визави и слегка прикусил нежную кожу. Клыки оцарапали шею и несколько капель алой крови скатились тонкими дорожками к ключицам. Гарри уже нетерпеливо ёрзал на его бёдрах, пытаясь стащить слишком узкие брюки, но Драко, казалось, этого не замечал. Весь его мир сузился до красных капель и тонкого аромата, исходящего из маленьких ранок. Он провёл по ним языком, пробуя на вкус незнакомое лакомство и невольно сравнивая с терпким красным вином. Несравнимое удовольствие. Драко казалось, что даже если сейчас сюда ворвутся сотни авроров, вознамерившихся спасать из лап ужасного Упивающегося своего Золотого Мальчика, ему будет абсолютно всё равно. Только этот запах, эта кожа, такая тонкая и манящая, эти косточки, которые так и хотелось еле заметно прикусить, имели смысл.       Сверху послышался нетерпеливый рык, а руки, до этого сжимавшие его плечи и пробирающиеся под брюки, сейчас зарывались в волосы, достаточно сильно их натягивая. Драко недовольно оторвался от прекрасной шеи и взглянул наверх с немым упрёком, не совсем понимая, кто посмел оторвать его от такого прекрасного угощения. Но когда его взгляд встретился с горящими зелёными глазами, Драко словно очнулся, а возбуждение, о котором он невольно забыл, наслаждаясь необычным угощением, давало о себе знать, так приятно прижатое аппетитной задницей и пушистым хвостиком.       Гарри, недолго раздумывая, впился в его губы жарким поцелуем, стараясь лишь не задевать острые как бритвы клыки. Спускаясь поцелуями по щекам и шее, обводя губами ключицы и покусывая соски, Поттер наслаждался тихими стонами Драко. Малфой так редко позволял себе проявление сильных эмоций, что эти минуты для Гарри становились поистине волшебными. Наконец разобравшись с чёртовыми пуговицами, он рывком потянул вниз брюки вместе с бельём, предварительно приподняв разомлевшего парня и облапав его за зад. Скользя губами по тазовым косточкам, Гарри вновь и вновь поражался, за что ему досталось такое самовлюблённое и нетерпеливое «счастье». Малфоя приходилось удерживать руками, так как он сам уже прибывал в блаженном забытье, совершенно позабыв о партнёре. Даже эти слизеринские качества, проскальзывающие везде, включая и постель, добавляли в глазах Гарри ему лишь ещё больше шарма. Малфоя хотелось мучить, ублажать, заводить и вырывать из его бесконечных холодных масок и глупых предубеждений. Не сомневаясь ни секунды, Гарри прошёлся языком по головке, слизывая смазку, и заглотил ствол целиком. Научиться расслаблять горло было трудно, но ради моментов, когда Драко прикрывал глаза, стонал, извивался и выдыхал еле слышимое «ещё», Гарри был готов на всё.       Собственный стояк давно упирался в жёсткую ткань брюк, совершенно не давая расслабиться и отдаться процессу. Смотреть, как капли пота стекают по груди Драко и по его вискам, следить, как язык облизывает острые клыки и пересохшие губы. Раз за разом заглядывать в его лицо и ловить малейшие изменения, закушенную губу или особо громкий стон, проводя языком снова и снова по стволу или легонько прикусывая основание. Сжимая себя, лишь бы не кончить раньше времени, и смотря, смотря, смотря… Как закатываются глаза, сжимаются руки, изо всех сил хватаясь за ткань дивана, напрягается пресс, и лицо, самое любимое лицо на свете, приобретает выражение бескрайнего наслаждения. И глотая всё, без остатка, всю амброзию, что он может сейчас получить, Гарри может позволить себе провести пару раз по члену, и кончить вслед за любимым, от одного блаженства на его лице.       Сейчас, когда голод утолен, они могли позволить себе шутить и играться, дёргать друг друга за хвост и клыки, смеяться, наряжаясь обратно в костюмы и просто быть самыми обычными людьми. И Драко, совершенно случайно, мельком задевая и кусая Гарри каждый раз, когда тот, казалось бы, начинал думать. И Гарри, одёргивая себя и увлекаясь глупыми играми со своим парнем или задаривая приходящих детей конфетами. Чтобы только он не вспоминал о войне.       Они оба знали, что будет трудно, год за годом, каждого 31 октября. Не думать, не вспоминать, не грустить. Просто жить дальше, изо всех сил надеясь, что всё вокруг было оплачено недаром. Что они заслужили эту жизнь. Заслужили жить.