Эгоисты

      Гарри сидел под отвратительно-зелёным пледом и задумчиво крутил чайную ложечку в пальцах. День Святого Валентина как романтический праздник постепенно скатывался в самый обычный день, конечно, благодаря паршивому настроению Драко, но винить в этом лишь его было бы слишком эгоистично. Гарри сам сходил с ума в аврорате, возвращаясь домой через день, а то и не появляясь по несколько недель, застревая где-то на границе миров с очередными рейдами. Упивающихся вроде и не осталось, да только проблем от этого не становилось меньше. Драко в такие моменты поражал своей терпимостью и понимаем, казалось бы, абсолютно ему не свойственными, и держался за эти отношения руками и ногами, не позволяя Гарри пойти на попятную, когда тот в моменты раскаяния хотел прекратить обременять его своими проблемами.       Это было слишком идеально, слишком необычно и просто слишком правильно — быть с Драко. Делить с ним кровать, кухню по утрам, опаздывая на работу и толкаясь ради первой чашки кофе, делить свою жизнь, каждую свободную минуту заполняя, если не его присутствием, так мыслями о нём. И посему такие редкие моменты, когда Драко милостиво делился со всем и вся своим паршивым настроением, нужно было перетерпеть. Отказаться от брони столика в ресторане, спрятаться под зелёный плед в гостиной, убрав с глаз долой квиддичную подборку и ярко-красную кружку, и ждать. Ждать пока запах свежей выпечки достигнет подвала, и его любимый несносный партнёр, почувствовав эти сладкие ароматы, выйдет из добровольного заточения.       — Поттер? — встрёпанный, с красными глазами и чёрными кругами на бледной коже, Драко казался призраком самого себя. Гарри еле сдерживался, чтобы не броситься с дивана ему навстречу и не зацеловать до беспамятства. Но ещё не время. — Ты что-то испёк?       То, как невольно он поправляет волосы, как совершенно по-звериному принюхивается к аромату с кухни, как медленно поступью приближается к журнальному столику, — Гарри казалось, что он уже давно не партнёр, а дрессировщик необычайно редкого и опасного зверька. Шаг, другой, и рядом садится тело, знакомое от макушки до кончиков пальцев на ногах, всё ещё держа идеально ровную осанку, но уже оттаивая и позволяя себя обнимать.       Гарри прислонился головой к жёсткому плечу, уже не зная, куда пропала из поля видимости чайная ложка, и отламывая пальцами под недовольное бурчание кусочки ещё тёплого бисквита. Есть не хотелось, только наблюдать, как тёмные ресницы прикрывают серые глаза, стоит их обладателю в очередной раз зажмуриться от удовольствия, как двигается кадык на такой беззащитной сейчас шее. Невольно сглотнув и успокаивая так не вовремя вспыхнувшее возбуждение, Гарри чуть сдвинулся, поворачиваясь всем корпусом к Драко, искренне надеясь не перепутать абсолютно всё в заготовленной речи.       — Ты когда-нибудь думал, что всё будет именно так? — он перевёл дыхание, нервно комкая соединяющий их плед. — Что мы будем вместе, по-настоящему вместе, Драко, несмотря на ужасы войны и…       — Будешь доедать торт?       — Что? — Гарри не сразу сообразил, что вопрос, адресованный ему, повис в воздухе, прерывая поток выученных и отрепетированных перед зеркалом фраз. — Как? Тебе обязательно всё портить? Я только…       — Торт, Поттер. Доедать. Будешь? — казалось, Драко и вовсе не заметил перемен в настроении любовника, жадно рассматривая содержимое тарелки, оставленной на журнальном столике.       — Я просто хотел сказать, — разговор не клеился, момент был потерян, но Гарри, с упорством истинного гриффиндорца, не терял надежды спасти хотя бы себе настроение, — хотел сказать… как сильно я те…       — Торт!       — Доедай! — не смотря на поглощение зверьком уже ненавистного десерта, Поттер закатил глаза и отполз от Драко настолько далеко, насколько позволял идиотский плед. Кружка вместе с подборкой была прилевитирована обратно в руки, и Гарри спрятался за журнал, недовольно пофыркивая и давясь остывшим чаем. Карман жгла маленькая коробочка, переживать о которой у него совершенно не осталось сил. Даже мысль отправить её плавать в Темзу казалась вполне разумной.       — Да, Поттер.       — Ч-что? — голос предательски дрожал, выдавая всю панику и нервозность последних дней.       — Да, — Малфой совершенно невозмутимо засунул очередную ложку в рот, даже не поворачивая к собеседнику головы, — фто бы ты там ни предлофыл.       Драко был завален, расцелован, закормлен и, вполне возможно, искренне счастлив, по крайней мере, Гарри очень хотелось в это верить. Квиддичные сводки больше никого не волновали в этой комнате, а Поттер постепенно, со всей ясностью осознавал, что ему в будущем придётся печь очень-очень много тортов.