Дочь Черной Горы

      Ночной воздух пропах запахом хмеля и дыма, слабо отдающим солониной, а трещание сверчков и звуки других ночных жителей, вышедших на охоту, чтобы чем-нибудь полакомиться, заглушал гомон, свист и затяжные песни. Весь Оргриммар был наполнен звуками празденства, топотом плясок и мерцанием движущихся факелов. В Орде появился орочий шаман, и в его честь и славу Пяти Духов орки устроили пир. Не только народ чести присутствовал здесь, но и благородные эльфы крови, отважные таурены, а так же бессмертные и тролли. Город был открыт для всех, и любой желающий гость столицы мог поздравить нового шамана, выпив за него кружку крепкого пенистого эля или меда. Вожди кланов, собравшись вокруг большого костра, вместе со своими верными спутниками-волками, которые покорно сидели у их ног, что-то бурно обсуждали, запивая откусанный кусок мяса добычи с крайней охоты медом из деревянных кружек и хохотали гремящим басом. Остальные члены кланов, желающие насладиться добычей, сидели в большом шатре из темных шкур, где обтянутый кожей барабан отстукивал мелодию, от которой ноги сами пускались в пляс. Го'Эл, сидящий в основании круга, произнес тост, подняв кружку вверх. Вся Аллея Силы разразилась ревом, стуком кружек друг об друга и воем волков. В Расселине Теней же было наоборот: тихо и безлюдно, впрочем как и всегда, и лишь глухие отголоски криков доносились сюда, словно через вату. Орлиные и соколиные перья, покоящиеся на кончиках заплетенных в косы темных волос, свисающих с виска по обе стороны и закрывающие основания ушей, вздымались при каждом шаге, а множество камушков на тонких косичках, спадающих на плечи, стучали друг об друга, создавая размеренную мелодию. Длинная и толстая коса, начинающаяся на затылке, извивалась, словно змея, при движении, а ее обладательница и виновница торжества медленно ступала по вымощенной тропинке меж домов и шатров в темном переулке. Холодный ветер резкими порывами дул с севера и свистел в ушах, заставляя мурашки проходить табуном по спине и рукам. - Нужно возвращаться к огню,- тихо шепнула себе под нос шаманка и выдохнула белое облако пара, потерев обледенелые пальцы друг об друга. Длинный меховой плащ уже не спасал от наступающего мороза. Широкими шагами девушка направилась к Аллее Силы, шум которой становился все громче и громче с каждым шагом. Где-то сверху послышался одинокий вой, а затем большой серебряный зверь соскочил с крыши дома и поровнялся с хозяйкой, перебирая лапами в такт ее топота по сырым камням. Его звали Месяц, из-за его серо-серебряной шкуры, а его родители были верными спутниками родителей шаманки. Потрепав своего волка по холке, девушка несильно шлепнула его, отдавая команду идти вперед и зверь пулей поскакал к загонам, снова оставляя хозяйку наедине с собой. Даже в такое позднее время дирижабли огромным темным облаком мерно плыли по ночному небу, усыпанному звездами, которые были похожи на белую кляксу, поставленную летописцем на темно-синем пергаменте. Каменная дорога, освещаемая сиянием полумесяца, сменилась на песчаную насыпь с мелкими осколками камней, которые отражали свет костра и были похожи на потерявшиеся языки пламени. При виде веселящегося народа, улыбка невольно просилась на вечно серьезное лицо, на лбу которого уже залегла складка. Брови разгладились, а щеки задергались от непривычного чувства. Давно не видел твоей улыбки, Шагарр,- произнес появившийся перед шаманкой орк и всучил ей кружку эля, хлопнув по плечу, отчего та подалась вперед и напиток немного расплескался на ноги. - Спасибо,- девушка не назвала имени, так как не увидела лица и лишь последовала за широкой спиной, отпивая из кружки большим глотком, опустошая ее за раз и откидывая в сторону, вытирая плащем мокрый подбородок. Позже оказалось, что это был старый кузнец клана Стальной Песни. Мастер своего дела - лучше него кузнеца было не найти во всей Орде. Его доспехи были прочными и могли выдержать прямой удар широким топором. Ни разу не подводил, за что все чтили и уважали его. Шагарр следовала за ним по холму, и чем выше они поднимались, тем меньше было народа. Тут орк сел на выступ, с которого было видно всю площадь и подозвал девушку. Та медленно подошла к нему и примостилась рядом, оглядывая освещаемую "поляну", движение на которой не останавливалось ни на секунду. - Вот это - моя жена Гека,- орк указал пальцем на старую седую женщину, разливающую детям похлебку и тепло улыбнулся, отчего все его морщинки приподнялись вверх, а затем перевел палец на молодую пару. - А это наш сын Сурзук и его жена Мо'Гра. А рядышком их дети носятся, наши внуки, Гара и Барга. Старик засмеялся и Шагарр увидела, что глаза его заблестели от наворачивающихся слез. - У тебя хорошие дети, Му'Грош, добрые,- девушка положила кузнецу руку на плечо и снова глянула на площадь, пробегаясь глазами по кругу вождей, останавливая взор на каждом из них, всматриваясь в лицо. - Хорошие. И ты хорошая, дочь Черной Горы. Ты принесла много чести своему роду. Твои родители гордились бы тобой. Шагарр усмехнулась и ее широкие брови снова сдвинулись к переносице. Шаманка задумалась, вспоминая рассказ Тралла о гибели родителей в битве у горы Хиджал. Наступило долгое молчание, и они слушали отдаленные звуки гулянки и ночную песнь сверчков. Девушка причмокнула губами, облизывая их языком и проводя им по торчащим клычкам. Кузнец не сводил взора с мерцающей огнями площади и, наверное, хотел сейчас там быть. Шагарр вздохнула и хлопнула старика по плечу, выводя его из колеи и заставляя осмотреться по сторонам. - Ну давай, иди к ним!- выпроводила Му'Гроша шаманка, заметив его грустный взгляд. Орк усмехнулся и еле встал, кряхтя и кашляя, а Шагарр лишь проводила его взглядом, смотря как старик нелепо спускается с холма, постоянно спотыкаясь, неумело целует жену в щеку и утаскивает ее в пляс, а та лишь удивленно охала и хваталась за все встречные предметы, которые в итоге падали. Смачно свистнув, подзывая своего волка, который в миг появился по зову и свернулся калачиком, шаманка потянулась, гремя браслетами на предплечье, запястьях и щиколотке. Очередное изучение вождей длилось недолго, и когда свет от огня начал давить на глаза, Шагарр отвернулась, падая головой на Месяца, который спокойно лежал на холодной земле. Рассматривать звезды и изучать созвездия можно было целую вечность и девушка всерьез хотела заняться этим делом. И занялась бы, если бы каждый раз ей не мешал сон, который давил на сознание, словно компания жирных троллей. Широкий зевок заставил мышцы лица до боли растянуться, а из краешков глаз потекла пара слезинок, которые тут же были смахнуты большими пальцами. От постоянного недосыпа в глазах уже плясали разноцветные дворфы и, потерев виски, шаманка опустила веки, подрагивая ресницами, пытаясь прогнать этих плясочей-низкоросликов.