в мае юнги сбегает в космос

май – жара и кости плавятся – карамель и патока. на мокпо жарко и дождя уже давно нет. мокпо солнечный – весь пропах солью и тянется жаркими ладонями вдоль песчаных пляжей, пальцами цепляется за белоснежные высотки – и высотки послушно вибрируют – сталь нагревается, окна горят. там, чуть поодаль, – новые дома стремятся выше – облаков и соленых пляжей, новые дома – глянцево-сверкающие, стерильно-белые, а улицы в разноцветных флажках – вяло треплются над головами – гирлянды зажигаются ближе к ночи. мокпо – маленький карнавал с музыкой и лотками – уличная еда и какая-то сладкая гадость, а юнги таскает из соседского сада кислые яблоки – ему бы карамель – юнги таскает и таскается по улицам, а у намджуна колфилд и плевать он хотел на – мокпо, карнавал, высотки. в нелепой майке и драных джинсах юнги приезжает на следующее утро – старый велик с погнутым рулем и он не улыбается, нет – намджун переминается с ноги на ногу и тоже пока – женщина рядом с тощим парнем радостно всплескивает руками, увидев в коридоре мать намджуна, и пропихивает того вперед – у парня в руках имбирное печенье – картонная коробка и ломкие кружочки в два ряда. – мы ваши новые соседи. вижу у вас тоже сын. если он такой же сорванец, как мой – дальше – сорванец – не слушает. у них за спиной пара грузовых машин чихает бензином – он все также не улыбается – секунда и – драный – уже на велосипеде и – бывай. намджун уходит к себе. бывай – и какая-то язвительная искорка в чужих глазах – парень сщурился, прикрывая глаза козырьком – жарко горят серебряные спицы и он сам – птица – во дворе остается улыбчивая женщина, у намджуна в руках колфилд. у намджуна никогда не было соседей, которые – у меня тоже сын – были книги, пластинки и толстые тетради, а соседей со спицами – птиц – не было. и он бы хотел – пойдем и представляет разговор за чаем и приставкой, но – открывает окно – май – карамель и патока потоками с солью. у намджуна колфилд. не забывай об этом, пожалуйста. на голове дурацкий берет – маленький принц и девочка на шаре – намджун получает от него не только печенье – довольно вкусно, коробка резная-расписная – нужно вернуть – получает снаряд из рогатки и мамина ваза – на кусочки. намджун получает от – матушки – юнги висит на ограде и ворует недозревшие яблоки – дурацкий берет сползает на глаза – матушка продолжает буйствовать. следующий снаряд – мелкая галька – уже в бедро и – черт, это больно. намджуну обидно. он ковыляет прочь с веранды, прячась за любимым колфилдом, парень хмыкает и остается на – той – стороне участка. намджун оглядывает в окно – парень щурит глаза и показывает язык, прежде чем окончательно убраться – и намджун – обида топит с головой – потому что – тот – наверное ушел – море, мокпо, карнавал – недостижимо для намджуна, у которого проект, работа, конкурс. юнги ест свои яблоки и лениво щурится – ноги в драных джинсах и полосатых отсветах на деревянном полу, вентилятор наматывает на лопасти карамель и багрянец заката, намджун сидит напротив и кутается в плед. – ты знаешь, кто такой холден колфилд? намджун греет руки чаем и ему хочется сбежать – на зубах хрустит май – не растаявший сахар. – конечно. парень откровенно веселится и щелкает намджуна по носу, а затем набивает карманы дурацкими яблоками и собирается опять свалить куда-то. – это я. говорит и перепрыгивает через ограду. тощий парень все также недостижим и оказывается совсем не таким, как его представлял намджун. у юнги разбитые колени и губы. первое – велосипед – все ясно, второе – – забей. не хочу слушать нотации. \ага\ намджун заставляет приложить к разбитым ватку с какой-то дрянью – юнги шипит и он вообще не за тем лез в очередной раз через дурацкие решетки забора, но намджуну плевать – он выдает ему свитер и обрабатывает колени. сидят вместе на облюбованной ветви яблони. – зачем ты приходишь? парень неопределенно пожимает плечами, кутаясь в густой аквамарин – на небе первым всполохом звезда и кто-то пролил тушь – по небу грифельные тучи и завтра пойдет дождь, а пока – – ладно. бывай. привычная кривоватая усмешка, прежде чем – через ограду. из кустов доносится – – я мин юнги. у юнги на носу дурацкие очки – совершенно дурацкие розовые сердечки, в которых намджун опознает жирную ленту к лолите, а юнги гогочет – лолита? нет, ты, хён, и правда извращуга. на – извращугу – намджун не обижается, ежится – мелкие капли заползают под ворот – уже – завтра – и пошел дождь – тонкая – цветочная – приторно тянет юнги – футболка не спасает от холода. юнги стягивает с плеч кожанку – крутая и намджун залипал на такую пару месяцев на витрине, но, разумеется, так и не купил, потому что – ким намджун – книги, пластинки и толстые тетради. – забей. я не замерзну. не надо читать мне нотации. намджун натягивает кожанку и прижимает юнги к себе – на нем рубашка и драные джинсы – ветер с моря холодный и соленый, а у юнги взгляд цветом асфальта. небо серое и неприветливое – механическая птица с тяжелыми крыльями неуклюже заваливается за горизонт. – ладно. бывай. кожанка остается на намджуне, юнги все также недосягаем. \с днем рождения, хён. я знал, что тебе понравится такой подарок\ – холден колфилд умер, не дожив до двадцати. юнги хрустит карамельным леденцом и заедает сладость яблоками – с каждым днем все слажще – намджун опасается, что мелкие сожрет их все еще до – – покончил с собой. живо отзывается юнги. – я знаю. уж поверь мне. становится прохладнее – май все такой же приторный – у юнги на запястье черным маркером звезды и ниточка-браслет. – да, конечно. намджун рассеяно скользит по юнги взглядом и утыкается в кружку с какао. на улице откровенно холодно – май пронизывает и дрожит на ветру. юнги грустит конфетой, а затем говорит – – знаешь, намджун, я все же лучше тебя. намджун вскидывается и смотрит с подозрением, но у юнги в глазах нет привычных искорок и голос тихий. – ты только читаешь. а я живу. он встает, отряхивает джинсы и собирается уйти – унести полные карманы яблок и звезды с запястьев – у намджуна до обидного легко в носу щиплет, и влага собирается в глазах. юнги легко перепрыгивает через ограду без привычного – бывай . ночь и гладкий камушек в чужое окно – ноль реакции. переминаясь с ноги на ногу – еще один – скрип кроссовок на дорожке – противно, пока – – хорошим мальчикам уже давно пора спать! юнги упирается руками в подоконник и кричит совсем не стесняясь. намджун шикает и косится на темные окна, юнги откровенно веселится и ждет намджуна – – я тоже хочу жить! кричит старший – внезапно громко – в соленом воздухе как-то гулко. а юнги смеется и опять эти искорки во взгляде – и намджуну не обидно нисколечки – юнги копошится в комнате и просит его отойти – тяжело спрыгивает на землю и шепчет – – бежим! лают собаки, юнги смеется, намджун очумело дышит и цепляется за чужую руку – воздух холодный, юнги горячий и намджун счастлив – его пальцы переплетены с пальцами юнги, тот стащил с кухни вишневый пирог, который мама приготовила на завтрак и их ждут – приключения. май задерживается где-то внутри спертым дыханием и вкусом приторных вишен. они забираются в старую рыбацкую хижину и стараются не спать до утра – юнги разглядывает цветные всполохи звезд, намджун гасит звезды на чужом запястье. намджун верит, что юнги сможет разделить эти звезды на двоих.