Поцелуй перед сном

- Уилл, может мне все-таки остаться? – уже на пороге оборачивается миссис Баерс. - Мам! – тут же противится ее сын. – Со мной останется Майк, все хорошо. - Ладно, ладно! – поджимая губы, отвечает женщина. – Но если вдруг что-то случится, сразу же звони мне или Джонатону. - Миссис Баерс, с нами все будет хорошо, - уверяет ее Уилер. Женщина еще недолго окидывает их взглядом, после чего обнимает сына и нежно целует его в щеку. - Ладно, развлекайтесь, мальчики. Еда в холодильнике, сок на столе, допоздна не засиживайтесь, - чеканит она на одном дыхании. Когда за ней захлопывается дверь, они наперегонки бегут в гостиную к разложенному на полу лото. Игра затягивается на долгие часы, пока у одного из них не урчит в животе. И тогда Уилл предлагает пойти попить молока с печеньем. - Спасибо, что остался со мной, - благодарит он. У него грустная улыбка, от которой Майку становится тоскливо. Он не понимает, почему тот всегда все держит в себе, отчаянно не желая ни с кем делиться. - Угу, - скупо отвечает Уилер. Он задумчиво пьет свое молоко, размышляя о том, как сильно изменился друг, и никак не может понять: нравится ему это или нет. Вопрос достаточно каверзный, если подумать о том, что стало причиной таких изменений. Но Майк вдруг отчетливо понимает, что из-за всего произошедшего, он стал для Баерса опорой, поддержкой, тем единственным, за кого он хватается, когда ему плохо. И сейчас здесь сидит он, а не Лукас или Дастин. Уилл позвал только его, что говорит о его безграничном доверии. И Майку это нравится, поэтому он склонен считать, что изменения в Уилле – хорошо. Его слабость – хорошо. Баерс принадлежащий только ему – хорошо… - О чем ты думаешь? – неожиданно интересуется Уилл, разрывая вереницу мыслей Майка. - Твоя мама сказала, что ты плохо спишь. Уиллер закидывает слова, как удочку в пруд с крупной рыбой, ожидая именно ту реакцию, которую желает. Не понимая происходящего, он становится манипулятором, так или иначе получая то, чего хочет. Вопрос всегда остается один: чего именно он хочет? Если судить об их отношениях с Уиллом, то он всегда был собственником, желавшим держать все свое при себе. И когда Лукас или Дастин имели наглость покуситься на Баерса, он их жестко одергивал. Это были довольно странные моменты в их жизни, если брать в расчет, что они совершенно не понимали, чем руководствовались в те моменты. Но сейчас Майк понимал как никогда, - он не умеет делиться своим. - Да,- хмурится Уилл. – Мне снятся кошмары. Я не совсем понимаю почему, но в последний раз я хорошо спал, наверно прозвучит ужасно, но на твоих коленях. - И что в этом ужасного? – Уиллер уже осознал свои чувства по отношению к другу, поэтому переходит в наступление, переставая краснеть как маковка. - Нуууу…- тушуется Баерс. – Разве это не странно? - Странно то, что тебе со мной спокойно? Уилл отводит глаза, он смущен дальше некуда. Майк видит, как покраснели даже его уши. - Да брось, Баерс, - Уиллер деловито отпивает из бокала молоко. – Сегодня ты снова сможешь поспать на моих коленях. - Извини, - Уилл не знает, за что извиняется, но ему кажется, что так надо. Майк думает, что чужое смущение – очаровательно. Никто из его знакомых так не мнется и не краснеет, как это делает Баерс. Он даже не понимает, как, к примеру, Стив может сходить с ума по Нэнси, она ведь даже близко не стоит с его другом. Она вообще неприятная личность в некоторых аспектах. Или может причина в том, что он ее брат, вот и судит строго. - Может, еще поиграем? – спустя пару съеденных печений, спрашивает Уилл. - Уже за полночь, - Майк говорит, как выстреливает. Его слова заставляют Баерса поморщиться. Он не хочет спать, даже пытаться не хочет. Когда он приглашал Майка, то думал, что они будут играть в игры всю ночь. - Ну, может, еще хоть полчасика посмотрим телевизор? Уилл сам не понимает, почему пресмыкается перед другом. Он ведь даже врать ему не может, хотя бы, если вспомнить последнюю их игру накануне его исчезновения. Соврать было такой соблазнительной перспективой, но он сказал правду: Демогоргон поймал меня. - Давай, - соглашается Уилер, лучась своей фирменной улыбкой. Они смотрят какую-то комедию, где разряженная парочка целуется при каждом удобном случае. Баерс в этот момент жалеет, что предложил смотреть телевизор, и отводит глаза, чтоб не видеть столь смущающих действий. Майк же смотрит как завороженный, прикусывая большой палец. И Баерс честно не понимает его. - Давай на мультики переключим? – просит Уилл. - Тебе, что шесть лет? – фыркает Майк. – Забавная комедия. - Да они же целуются постоянно. - И что? Слова Уиллера заставляют Баерса покраснеть. Он снова отводит взгляд, не зная, что ответить. - Хочешь, я поделюсь с тобой секретом? Майк придвигается непозволительно близко, настолько, что Уилл отчетливо видит в полумраке все веснушки на его лице. Баерс тяжело сглатывает. У него внизу живота странно тянет, и он уже начинает ссылаться на отравление. Но эти ощущения, они совсем не неприятные, наоборот – предвкушают. - Да. Уиллу почему-то кажется, что он шагнул за черту, но Майк так близко, что можно ощутить его горячее дыхание на своей коже. И от этой близости безмерно спокойно. Наверно там, по другую сторону мира, он бы убил за такую возможность – быть рядом с кем-то. - Я забрал все твои страхи через поцелуй, - шепчет Майк. И Баерс ненароком переводит взгляд на его влажные пухлые губы. – Я могу сделать это и сейчас. Уиллу хочется возразить, говоря, что это неправильно. Он не знает почему, но неправильно. Однако вместо этого, ведомый своими страхами, тянется к губам Майка, вызывая у того улыбку на лице. Баерс не знает, как нужно целоваться, поэтому глупо приникает своими губами к чужим. И у него живот в очередной судороге сводит, когда горячий язык Майка касается его нижней губы. Уилл дергается, стараясь отпрянуть, но выходит так, что он тянет на себя Уилера и тот заваливается сверху. У Баерса испуганные глаза, Майк думает, что совсем, как у олененка. Он недолго всматривается в потемневшие радужки, после чего снова опускает голову и целует друга. Тот вцепляется своими пальцами в его плечи и напряженно жмурится, стараясь слиться с диваном. Уилер даже готов поклясться, что Уилл еще немного и расплачется от странности происходящего, настолько напряжены его губы. Он толкается языком, стараясь избавиться от чужого языка во рту, но выходит у него плохо. Их борьба продолжается еще пару минут, пока в другой комнате не начинает звонить телефон. И Баерс успешно скидывает с себя друга, как ураган уносясь, чтоб ответить на звонок. - Да, мам, - говорит он достаточно громко. – Нет, мам, мы еще не спим. Мы? Да нет, мы все еще играем. Все то время, что Баерс разговаривает с матерью, он усердно трет свои раскрасневшиеся губы. - Да, мам, сейчас ляжем спать. Пока. Когда Баерс возвращается в комнату, Майк лениво щелкает каналы. Та комедия кончилась, а ничего интересного по телику больше не показывают. - Мама сказала, чтобы мы ложились спать. - Только если вместе. - Что? - Ты сам сказал, что рядом со мной высыпаешься. Уилер оборачивается на друга, глядя, как тот мнется на пороге комнат. - Ладно, - отвечает он. В кровати Майк закидывает на друга руку, прижимаясь так близко, как только может и Баерс думает, что после сегодняшнего происшествия, он вообще никогда не сможет спать.