С привкусом вина

Чёртовы пуговицы. В поезде было невыносимо жарко, а пуговицы прогибались и скользили под пальцы, не давая ему продеть их в дырочки плаща. Аллен возился с ними уже пять минут под сонное мычание Лави, задремавшего пару часов назад. Рыжий смотрел на его попытки справиться с плащом, хихикая и бормоча под нос что-то обидное. - Алле-е-ен... - он подпер подбородок рукой, меняя позу. - Куда делся Кроули? Клянусь, он только что был здесь, а потом... - Ушел в другое купе? - предположил Аллен, наконец-то разделавшись с последней пуговицей. - Но нам осталось ехать от силы час. Будет не очень, если нам придется его искать. - Хорошо, я сейчас найду его. А ты пока отсыпайся, Лави, тебя же никто не посылает шататься по душному поезду в такую жару. Рыжий хрипло рассмеялся, откидываясь назад и провожая друга хитрым прищуром зеленого глаза. А Аллен, покинув купе, вздохнул и отправился петлять по поезду, припоминая расположение некоторых мест. До вагона ресторана оставалось совсем немного, когда за дверью впереди экзорцист услышал знакомое тенорное мычание. Первое, что он увидел, достигнув места назначения - полуголого Кроули, дрожащими руками перебирающего карты, очевидно крапленые. Пометки на козырьках были элементарными и общепринятыми, так что подобным мошенничеством можно было бы с легкостью обдурить новичка и непрофессионала, но вот на настоящих игроков с такими картами идти не стоило. Конечно, Кроули не был ни профессионалом, ни опытным игроком, а мужчины, сидящие напротив, беспощадно этим пользовались. О самих мужчинах можно было сказать многое, но Аллен Шерлоком Холмсом не был, поэтому отметил только очевидное - все трое были обычными бродягами, зарабатывающими на жизнь какой-либо тяжелой рутиной и карточным шулерством. Уолкер старался скрыть наползающую на лицо ухмылку, откровенно паля взглядом брюнета в круглых очках, незаметно для других подкладывающего вампиру плохие карты. - Кроули, что ты здесь делаешь? - он потряс друга за плечо, обращая на себя внимание присутствующих. - Аллен, я... Они... - вампир опустил глаза, стараясь обрисовать ситуацию, но прожигающий взгляд из под очков сбивал его. - Эй, мы уже договорились об еще одной партии. - брюнет выдохнул дым, покручивая пальцами сигарету во рту. - Будь мужчиной и прими поражение достойно. Аллен улыбнулся, подталкивая Кроули к двери и опускаясь на его место. - Португальский акцент? - он расслабленно устроился на полу в позе лотоса, обращаясь к кудрявому мужчине. - Я был в Лиссабоне со своим учителям пару раз и уверен, что там предпочитают не покер. - О, я постоянно перебираюсь с места на место со своей компанией, а покер - самое часто встречаемое развлечение во всех кругах. - брюнет ухмыльнулся, затягиваясь и проводя рукой по спутанным волосам в зачесывающем жесте. - Этот плащ отделан серебром. - Уолкер скинул надоедливый предмет гардероба на пол и поправил воротник. - Меняю его на всю одежду моего друга. В честной, разумеется, игре. - А не мал ли ты еще для азартных игр? Впрочем, это будет интересно... - португалец собрал карты, принимаясь тасовать колоду. - Постарайся не проиграть слишком рано... Малыш. "Малыш?" - Аллен мысленно взвыл, пробегаясь заискивающим взглядом по мужчинам в комнате. Все трое имели недельную щетину, которая придавала им довольно несвежий вид, а одежда была свободной и поношенной. Но они неплохо обращались с картами, подбрасывая ему самые отстойные. Аллен старался сдержать рвущуюся наружу темную сущность, уже оценив комбинации соперников и незаметно меняя свои карты на нужные. У мужчины в шапке была позорная пара, у блондина полноценный красный стрит, а вот португалец закрывал половину меток на своем не то каре, не то фулл хаусе, и отчасти поэтому Уолкер насобирал себе беспроигрышный и красивый пиковый флеш рояль. - Малыш... - брюнет почесал затылок, вплетая пальцы в волосы и роняя карты на пол. - Мы повержены. У него нервно задергался глаз, когда Аллен, солнечно улыбнувшись, предложил ему отыграться. Друзья мужчины с интересом на него смотрели, отодвигая карты и устраиваясь в качестве зрителей. А позднее, рассматривая раздетого до штанов португальца, экзорцист думал, что ему все еще жарко, поэтому можно позволить себе некоторую слабость и проиграть разок-другой... Исключительно для того, чтобы избавиться от прилипшей к груди ткани и ощутить в полной мере прохладный ветерок, дующий из окна поезда. В голову стали лезть мысли, что он никогда не был настолько поглощен процессом игры, а может, это было воздействие жары и восхищенных вздохов со стороны наблюдателей. Так или иначе, Аллена не волновал заинтересованный взгляд португальца, оценивающе пробежавший по его голому торсу, когда экзорцист расстегивал рубашку. Напротив, атмосфера накалялась, карты было сложнее подмешивать из-за окружающих, а под прожигающими глазами соперника почему-то хотелось лишиться одежды. Напряженное лицо мужчины озарила широкая и хитрая улыбка, когда он, откинув волосы, еле слышно прошептал "Вскрываемся!" и раскрыл перед Уолкером червовый стрит флеш, в то время как из рук Аллена посыпались карты с трудом набранным сетом. Нервно сглотнув, экзорцист понял, что пропустил момент, когда португалец обошел его, и шокированно потянулся к ленте на шее. - Лента не считается, Малыш. Рубашку снимай, не мне же одному тут мерзнуть. Когда в купе похолодало, Аллен тоже не знал, стараясь унять дрожь в руках от почти явно раздевающего взгляда брюнета. Ленту он стянул одним движением, неосознанно развязным и очень уж уместным, судя по хищной улыбке соперника. Но долго удивляться собственной слабости ему не пришлось - мозг тут же заработал и выдал шикарную идею о том, как раздеть, то есть обыграть этого симпатичного мужчину и заставить его зауважать себя раз и навсегда. А через двадцать минут напряженной игры, провожая компанию бродяг усталым взглядом и сжимая в руке подаренную колоду, Аллен действительно желал встретить этих веселых ребят еще раз... А может и не всех, возможно, только этого высокого португальца с очаровательным лицом и совершенно спутанной прической. Он никогда не влюблялся. У него была безумная и любящая Семья, которой он по-своему дорожил, хотя обычно предпочитал отталкивать такие мысли. У него были друзья, которых он любил. Защищал, боялся потерять и даже старался держаться от них подальше. У него были любовницы, которыми он интересовался, которые завлекали его сильнее, чем можно было представить. Он оберегал и ценил их, когда они соответствовали его ожиданиям. Но никогда, он никогда не влюблялся. Ему уже двадцать шесть, и это даже немного обидно. Он смутно помнил, но хорошо чувствовал, что все его предыдущие обличия прошли через любовь и привязанность еще в нежном подростковом возрасте, ненавидя или откровенно наслаждаясь этим горько-сладким чувством. А еще ему казалось, что даже этот седовласый мальчишка, чье сердце сейчас бьется в его руке, знает о любви гораздо больше самого Тики. - Это и есть моя способность, Малыш. Я мог бы сжать твое сердце так сильно, что оно лопнуло бы прямо в твоей груди. - Тики легко улыбнулся, поправив левой рукой свой цилиндр. - Я мог бы сделать его неосязаемым и вытащить наружу. Как думаешь, ты бы успел почувствовать пустоту внутри? Мальчишка только поднял взгляд, полный решимости и какой-то непонятной для Тики эмоции, жутко похожей на жалость к самому Ною. Почему этот экзорцист его жалеет? Это мальчика должны были пожалеть. - Не делай такое лицо, все веселье испортил! - Микк раздраженно скинул сползший цилиндр на землю и выдохнул сигаретный дым в лицо экзорциста. - Я не хочу пачкать перчатки, Малыш. Это довольно хлопотно, если всегда убивать подобным образом. Но я считаю этот способ бесчеловечным по отношению к таким милым созданиям, как ты. Я поступлю иначе. Видишь его? Аллен Уолкер с замиранием сердца смотрел, как из ладони Ноя появляется фиолетовая бабочка с соединяющим крылья миниатюрным черепком у основания. Точно такие же ранее накинулись на Сумана, разрывая его на части. - Это Тиз. - Тики с гордостью поднес бабочку ближе, и Аллен отшатнулся. - Големы, которые пожирают человечину, чтобы вырасти и размножиться. Я превратил Сумана в инкубатор для них, и они стали сильнее. Знаешь, как я избавляюсь от врагов с их помощью? Я помещаю их сюда... Аллен с ужасом ощутил, что рука, сжимающая его сердце, становится материальной и почти щекочет стенки артерий легкими взмахами крыльев. - Да, я выпустил Тиза, ты чувствуешь? Сейчас он такой же призрачный, как и я, но когда я уберу руку, моя способность перестанет на него распространяться. - Тики усмехнулся, выбрасывая окурок в сторону и поднимая подбородок седовласого. - Так умерли твои друзья. А ты... Ты тоже хочешь так умереть? Аллен молчал, сжимая зубы и стараясь удерживать взгляд твердым. Он ощущал шевеление внутри, трясся от неконтролируемой дрожи и понимал, что это его конец. Но он не собирался сдаваться. А Тики опустил взгляд на левую руку мальчика. - А это твоя чистая сила? Выглядит не очень. - Ной покачал головой, убирая пальцы с подбородка экзорциста и поглаживая его плечо. - Она сломана? Не думал, что такое бывает с паразитическим типом. - А ты много таких экзорцистов встречал? - прошипел Аллен, дергаясь в руках Тики и выворачивая плечо из его хватки. - Малыш, ты наконец-то заговорил? Я уж думал, что уже не услышу твой голос! - Микк расплылся в хищной улыбке, снова ощутимо сжимая ладонью сердце мальчика. - Советую воздержаться от резких движений, тебе же будет хуже. - Пошел к черту!.. - Но нам уже пора заканчивать. Я ведь должен тебя убить, Аллен Уолкер, ты знал? - Микк измученно покосился на карту с заключенным, взвывшим имя мальчика раздражающим фальцетом. - Подожди немного. Он схватил руку Аллена, заворачивая ее за спину и ломая до хруста. - Я мог бы просто сделать ее неосязаемой, но тебе ведь нравится терпеть эту боль? О, я по твоему лицу вижу, что нравится! Он надавил пальцами сильнее, врезаясь ногтями под кожу и в кость. - А мне почему-то нравится доставлять тебе удовольствие. Аллен закричал, падая на землю и выгибаясь в неестественной позе, а Ной, отбрасывая стертую в порошок чистую силу, поднял и оттряхнул цилиндр. - Вот и все, Малыш. Скоро Тиз уничтожит тебя изнутри, а затем использует тебя для размножения, порождая все новых. - Тики надел цилиндр и широко улыбнулся. - И сделай уже лицо попроще, ты же не каждый день становишься источником зарождающейся жизни. В каком-то смысле это даже честь. Он нагнулся и вырвал пуговицу плаща Аллена, покрутив в руке. - Какое все-таки неудачное у тебя имя, Аллен Уолкер. В других обстоятельствах мы могли бы стать друзьями, как думаешь? Ох, это же?.. Ной удивленно смотрел на выпавшую из кармана колоду карт, подаренных Тики Аллену еще в поезде. - Сладких снов тебе, Малыш. И даже теперь, смотря на раскиданные вокруг экзорциста карты, он думал о том, что неплохо было бы полюбить когда-нибудь, отдавая себя всего этому неизведанному чувству. В конце концов, он ведь ничем не хуже своих предыдущих воплощений, успевших вобрать в себя все аспекты привязанности и отчаянно не желавших делиться памятью о них. Следующая встреча Аллена и Тики состоялась в разрушающемся Ковчеге. Город не хотел выпускать экзорцистов, старательно пытаясь похоронить их под обломками зданий, осыпая пылью уничтоженных объектов и будто бы насмехаясь над беспомощностью людей. Аллен был очень удивлен, увидев приближающегося к ним безымянного португальца из поезда, единственного соперника, которому Уолкер хотел бы когда-нибудь поддаться. На сердце сладко тянуло ностальгией, когда Уолкер вспоминал его. Мужчина улыбался, его кудрявые волосы были в лучшем состоянии и даже почти расчесаны, а шахтерская свободная одежда сменилась черными брюками и небрежно заправленной рубашкой с расстегнутыми верхними пуговицами. Очки закрывали обзор на глаза, но когда брюнет подошел ближе, можно было сделать вывод, что они карие. Или золотисто-карие, уж слишком странно они поблескивали под прозрачными стеклами. - Привет, Малыш! Давно не виделись, мм? - друзья удивленно покосились на португальца, переглядываясь. - Не ожидал тебя здесь встретить! - А ты что тут делаешь? - Аллен был удивлен не меньше, ведь Ковчег все-таки был ноевским городом с кучей Акум и прочими прелестями, да и теперь, во время перезагрузки... - Эй, Малыш, а почему ты еще жив? Мне из-за тебя влетело! Пришлось целый час выслушивать от Графа все, что он обо мне думает! - мужчина подошел вплотную к Уолкеру, оттягивая его за волосы и врезаясь головой в его лоб. Аллен отшатнулся, спотыкаясь и падая на землю. - Так или иначе, из-за тебя мне сильно досталось. Как думаешь, я смогу удовлетворить свою жажду мести, оторвав твою руку снова? Экзорцисты снова непонимающе переглянулись. - От него веет запахом смерти. - хмуро заметил напрягшийся Канда. - О, ты ведь не узнаешь меня в этом обличии, Малыш? Прости уж, что раньше не сказал, но это ведь не та информация, которую выдают первому встречному... Сейчас, подожди немного. - португалец самозабвенно ухмыльнулся и пропустил очки через себя, становясь неосязаемым, а Аллен с ужасом наблюдал за тем, как его загорелая кожа стремительно теряет свой цвет и становится серой. Аура мужчины стала очень тяжелой и ощущаемой, будто бы предупреждая, что подходить к нему очень и очень опасно. Кажется, где-то Аллена уже съедало это навеянное чужим образом чувство страха. Брюнет смерил его вопросительным взглядом светящихся золотом глаз с вертикальным зрачком, из-за чего по спине экзорциста пробежали мурашки. - Все еще не узнаешь? - он провел рукой по волосам, резко сжимая их и заправляя назад. - А если вот так? Ряд черных стигмат, украшающий высокий лоб, темный росчерк фигурных бровей, хищный золотой прищур и родинка под глазом... Сердце Аллена пропустило удар. - Дорисуй в своем воображении пальто и цилиндр, мм? - Ной расплылся в оскале, не предвещающим ничего хорошего. - Здравствуй, Малыш. - Ты... - Уолкера передернуло. Он и предположить не мог, что простодушный и обаятельный мужчина из поезда может оказаться этим опасным Ноем, без задней мысли убивающим людей по приказу Графа. Аллен чувствовал себя преданным и использованным, ведь он действительно поверил в человеческий образ португальца, и чувства внутри него смешались. Что странно, желание встретить старого-нового знакомого никуда не исчезло. Все еще хотелось разделить с ним игру или просто поговорить, но разрушительная ноевская аура устрашала. И почему-то Аллену казалось, что светлая сторона брюнета не имеет отношения к проделкам сущности Ноя. - Вы ищете выход? - португалец выразительно посмотрел на присутствующих, задерживая взгляд на Уолкере. - Я могу предложить вам один. И за его спиной тут же появилась яркая дверь в форме сердца. - Тики, что ты творишь? Эта дверь!.. - Леро возмущенно подпрыгнул. - Это же дверь госпожи Роад! - Эта дверь - выход из Белого Ковчега, единственный и неповторимый. А открывает ее вот этот ключик. - Тики покрутил в руках маленькую черную безделушку, подкидывая ее в руках. - Хотите получить его? - Что ты делаешь, Тики? Граф этого не одобрит! Он тебя накажет! - Этот ключ открывает волшебную дверцу Роад и еще три двери. Хотите ею воспользоваться? - португалец оскалился, кидая ключ Канде и обращаясь к Аллену. - Что ты думаешь, Малыш? Продолжим нашу игру из поезда? Только вот теперь смухлевать не получится, а ставками станут ваши жизни. А Аллен совсем растерялся. Этот Ной предлагал свою... Помощь? Сомнения на его счет все еще оставались сомнениями, но в одном экзорцист убедился точно - мужчина не поддерживал Графа во многих вопросах и предпочитал видеть его, Уолкера, больше живым, чем мертвым. - До полного разрушения города осталось три часа. Думайте! - Тики затянулся, а дверь растворилась в воздухе. Рассудив, что делать им, в общем-то, нечего, Аллен склонился к мысли принять предложение, пока не стало поздно. - Хорошо. Хорошо, мы согласны. - он подошел к брюнету и протянул руку. - Сыграем, Тики? - Дверь находится на самой высокой точке того здания. Если доберетесь до него до того, как оно падет - вы победили! - португалец ответил на рукопожатие и вновь выдохнул дым в лицо Уолкера. - И без шулерства, Малыш. - Я слышал, что Нои бессмертны. Не находишь эту игру немного нечестной? - О, ты... - колонна высокого здания откуда-то сверху пошла трещинами и откололась, падая вниз. Тики с очаровательным удивлением наблюдал, как она падает прямо на него. Секунда - и на месте португальца оказалась лишь вмятина, засыпанная обломками здания. - Его... Придавило? - Лави шокированно дергал глазом, пытаясь отойти от увиденного. - Он же Ной, он не может так просто умереть... - Аллен нервно улыбнулся. - Или это будет самая нелепая смерть за всю историю войны между Графом и Орденом. Тишину вокруг разбитой колонны разрезал громкий отчаянный смех. Португалец прошел сквозь обломки, снова становясь осязаемым. - Оу, Малыш, прости уж. Я не знаю, с чего вы это взяли, но... - он снова оскалился, бросая окурок на землю. - Мы такие же люди как и вы. А бессмертными мы выглядим только потому, что вы, ребята, слишком слабые! Он поднял очки и снова растрепал волосы, скрываясь в руинах города. - Кем бы этот парень ни был... - Лави повертел в руках отобранный у Канды ключ. - Я начинаю радоваться его появлению. - Это было эффектно. - согласился Аллен. Его пугала темная ноевская сущность португальца, но, кажется, глубоко в душе он был действительно хорошим человеком, и Уолкер очень надеялся, что не ошибся. Ему было скучно. Тики вальяжно сидел за столом в зале самого высокого здания Белого Ковчега, на досуге разбрасывающегося колоннами, и пил вино. Роад болтала ногами в разноцветных полосатых чулках, глядя на то, как Микк пропускает серебряную вилку через пальцы, очевидно злоупотребляя своей способностью. Тики затягивался, подносил бокал к губам и скучающе выдыхал дым на стекло. Экзорцисты уже должны были начать подтягиваться, ведь до полного разрушения города остался короткий час, но Ной помнил, что путь им преградили Скин и Джасдеби. И, полагаясь на достоверность информации, принесенной Акумой, блюстители правосудия должны были явиться в неполном составе. Кажется, тот хмурый азиат убил Апостола Гнева и не успел добежать до нужной двери, а вампир и близнецы взаимовынесли друг друга. Вообще, Нои долго решали, как им лучше встретить виновников торжества. На первый план встала идея о шикарном накрытом столе с кучей десертов, на второй - пыточная с уже поджидающими друзей Акумами. Разумеется, Тики предлагал первое, а Роад настаивала на последнем. Но все это был как-то банально и ожидаемо, поэтому они нашли компромисс - длинный лакированный стол с парой бутылок вина и фруктами, а напротив старая и эффектная Железная Дева. Вполне в духе обеих сторон. ...во всяком случае, Джасдеби оценили. - Тики? - Роад легко опустилась на стул рядом с ним. - А тебе нравится Аллен? Ной подавился вином, и сломанная сигарета выпала из его рта. - Хватит курить, когда пьешь, Тики. - девочка кинула на него взгляд, полный заботы и еле заметной жалости. - А... - Аллен Уолкер. Ты ему еще руку оторвал, помнишь? Мужчина сокрушенно вздохнул, доставая и прикуривая новую сигарету. - И зачем ты сейчас масло в огонь подливаешь? - А чувство вины тебя не мучает? Не был бы ты моим братом, давно был бы до смерти затыкан свечками! - девочка погрозила пальцем. - А если бы папочка узнал о том, что ты меня так расстроил, он бы затащил тебя в свой подвал на недельку. - Не поминай. Тики вздрогнул. Вспоминать Шерила сейчас, когда он думает о Малыше... Словно в подтверждение его мысли дверь в зал отворилась, и экзорцисты с белобрысым мальчишкой во главе смело зашли. - Аллен-кун! - Роад вскочила со своего места и бросилась на шею к Уолкеру, прижимаясь к нему в поцелуе. Его друзья в шоке отпрянули от девочки, сверля ее непонимающим взглядом. - Я так рада тебя видеть, Аллен! - Роад, что ты делаешь? - Тики хлопнул по лбу ладонью. - Тебе так нравится этот парень? - Амм, Роад... - Аллен отодвинулся ближе к стене, выползая из объятий девочки. - Не могла бы ты меня отпустить? Он с надеждой посмотрел на Тики. - Дорогая, хватит, ты опять заигралась. Мы здесь для того, чтобы обсудить с ними правила игры. - португалец кивнул в сторону стульев. - Присаживайтесь, господа экзорцисты. Или вы слишком напуганы? Аллен выбрался из под Роад и прошел к столу. Линали выразительно посмотрела на Лави, и тот нахмурился. - С чего бы нам тратить время на пустые переговоры? - рыжий прищурился, сжимая в руках Чистую Силу. - Обычно я за дипломатию, но сейчас не уверен, что она поможет. Вы ведь просто хотите поиграть? - Хотим! - воскликнула Камелот, обнимая Аллена со спины. - А у вас просто нет выхода! - К тому же, время... А тебе не интересно, сколько у вас его осталось? - Тики указал Уолкеру на стул напротив себя и кивнул девочке. - Условия довольно просты. - она отпустила седовласого и подошла к Лави. - Мы сойдемся в настоящей битве на смерть, и тот, кто победит, выйдет через мою дверь! Только вот вас четверо, а нас всего двое, ты не находишь это нечестным? - И что ты предлагаешь? Роад улыбнулась, и пространство за ее спиной заволокла черная дымка, отрезая экзорцистов от Аллена и Тики. - Миры, что я создаю, воистину прекрасны. Немногие, конечно, могут оценить их по достоинству... И вы сейчас узнаете, почему. Новоявленные пленники, испуганно переглядываясь, ощутили, как растворяются в воздухе, падая в мир Мечты, словно осенний листопад. К слову, логичнее было бы назвать это грехопадение экзорцистопадом. - Ну, теперь мы с тобой можем нормально поговорить, Малыш. - Тики затянулся, откидываясь на спинку стула. - И не нужно делать такое лицо, ведь никаких подвохов с моей стороны не будет. - Почему в формате аудиенции? Он не ответил, протягивая Аллену бокал и пододвигая бутылку. - Мало того, что сам пьешь на переговорах, так еще и меня споить хочешь? Ты прямо как Учитель... - Мм... - Микк сверлил глазами потолок. - Сыграем в покер? Уолкер удивленно вскинул брови. - Сам с собой играй. Мои друзья сейчас находятся в мирке этой садюги, которая в свободное время шинкует прислугу свечками, а ты предлагаешь мне игру? - Ох, не будь таким грубым, Малыш. Экзорцист раздевает Ноя до нижнего белья... Ты впервые так поступил? - португалец открыл бутылку, наполняя свой бокал. - Может быть, это судьба? - Ты уже отомстил мне за тот случай, так что теперь извиняться должен ты. Я перед тобой верчусь уже десять минут, а ты даже не спрашиваешь, как моя рука, мерзавец. - Аллен выхватил бокал, выливая содержимое на пол. - Неучтиво распивать алкоголь при несовершеннолетних, Тики. - Ты говоришь страшные вещи, Малыш. - брюнет взял бутылку и сделал глоток из горла. - И ты не собираешься ничего делать? - А что ты от меня хочешь? Подраться, может быть? В таком случае тебя ждет только повторение истории. - Ной кивнул в сторону левой руки мальчишки. - Это все из-за Чистой Силы? То, что ты жив? Аллен отстраненно кивнул, наблюдая за португальцем. - По правде говоря, я потрясен. Я был уверен, что уничтожил ее тогда. Хотя и было немного жалко. - Ной почесал затылок. - Знаешь, со времен той поездки мне так хотелось с тобой сыграть. Никогда не думал, что мальчишка вроде тебя может мухлевать с таким профессионализмом. - Эй! - Что, хочешь сказать, что играл честно? - Тики рассмеялся, снова поднося бутылку к губам и бросая на пол истлевший окурок. Его голос сейчас был тихим и глубоким, а интонация гораздо более мягкой, чем у резкого и вечно недовольного Канды. Аллен надул губы, пытаясь отвести взгляд от золотых глаз португальца. - Мы же не можем сидеть здесь вечно. Ковчег почти разрушен. - Тогда у меня есть идея. Заключим сделку, Малыш? Заинтересованный взгляд Уолкера заставил Ноя улыбнуться и встать из-за стола. - Я не хочу с тобой драться и не хочу повторения истории. Первоначальный договор был о том, что если вы доберетесь сюда - вы победили. И я не буду тебе мешать. Нет, Малыш, я даже позволю тебе забрать застрявших позади друзей, если от них еще что-то осталось. - А чего ты хочешь от меня? - Мне скучно просто выполнять работу Графа, а с друзьями я видеться уже не могу. - Тики подошел к Уолкеру, смеряя его оценивающим взглядом. - Партия в покер. Много. Хочу персональное право заявляться к тебе в любое время и проводить его за игрой. Я смогу отвлечься от насущного, а ты заберешь друзей и свалишь отсюда. Условия оптимальны для каждого из нас? - А... - честно говоря, Аллена смущало это "в любое время", но он с замиранием сердца понимал, что отделался легко и почти безвредно. Как ни крути, он бы не смог в одиночку вызволить Канду и Кроули из ловушки разрушенного города. - Я хоть могу надеяться на предупреждения о твоих планах на счет меня? - Надеяться можешь. Можешь даже помечтать об этом перед сном, не запрещаю. Но вот рассчитывать на это не стоит. Я слишком занят и непредсказуем, чтобы оповещать тебя об этом. Аллен вздохнул, поднимая руку для рукопожатия, но Ной лишь усмехнулся. - Что? - Малыш, а знаешь, что такие сделки принято скреплять поцелуем? И Тики наклонился, примыкая к чужим губам и придерживая Аллена за подбородок. А Уолкер был готов поклясться, что мысли о попавших в руки Роад экзорцистах действительно ушли на второй план, что горячие пальцы португальца так контрастно ощущались на холодной коже, а губы... А губы были с привкусом вина.