Scream at the top of your lungs

      Врач скорой помощи, который любезно осмотрел меня, со стопроцентной уверенностью заявил, что я цела и невредима, не считая парочки ссадин и ушибов. Уолшу повезло меньше: сотрясение и пустяковый перелом руки.       Радовало только то, что он, наконец, понесёт заслуженное наказание и отправится в тюрьму на долгие годы, и вряд ли оттуда выйдет. — Умеешь же ты находить неприятности на одно место, — подойдя ко мне, не особо дружелюбно произнёс инспектор.       В принципе, его понять можно было. В последнее время я ничего, кроме как проблем, и не приносила. — Грег, — устало начала я, — в конце концов опасный киллер пойман — это ли не победа?       На мои слова Лестрейд лишь недовольно закатил глаза, и сказал: — тебе повезло, что ты жива. Понимаешь?       В его словах была правда. Мне действительно повезло, что Уолш оказался не таким расторопным, как я. Иначе, кто знает, что могло произойти. — Понимаю, Грэг, — всё так же устало проговорила я, — спасибо за заботу.       Он ничего не ответил, лишь жалостливо посмотрел на меня. Да что тут скажешь? Всё, что происходит — только моя вина. Ни Шерлок, ни Джон — никто не может мне помочь, только я. Раз уж сама заварила эту кашу, то придётся самой её и расхлёбывать, нельзя и дальше подвергать остальных опасности. — Элизабет! — Услышала я резкий голос Джона, отчего невольно нахмурилась. — Как ты? — Жива, — в привычной манере отмахиваюсь я, пытаясь выдавить из себя улыбку. — Всё хорошо.       Джон с Шерлоком недоверчиво скосились на меня, должно быть, замечая мои синяки, да и в целом не очень-то презентабельный вид. Признаться, в данный момент не было никакого желания слушать их нотации, мне хватило и Лестрейда. — А, где были вы? — мгновенно перевела стрелки. — Я чуть ли не весь Лондон оббегала, чтобы найти вас! — Мы пытались выйти на Уолша, чтобы через него поймать Мориарти.       Сказать, что я разозлилась — ничего не сказать. Какого чёрта, спрашивается, эти двое вечно что-то утаивают от меня? Я, конечно, тоже не подарок, но всегда стараюсь им предоставлять всю информацию. — О, и как успехи? — едко поинтересовалась я. — Не ехидничай, Элизабет, — холодно произнёс Холмс, — тебе не идёт быть язвой. — Опять вы за своё, — тяжело вздохнув, произнёс Джон, — Лизз, тебя надо отвезти домой.       Врач особых возражений не имел, поэтому, подписав пару бумаг, меня отпустили восвояси. Джон всю дорогу до моей квартиры изображал заботливую мамочку, Шерлок в свою очередь сохранял молчание, только изредка кидал на меня обеспокоенный взгляд.       Дом встретил нас блаженной тишиной, только меня почему-то не отпускало дурное предчувствие. Понятное дело, что ещё ничего не закончилось, но когда Мориарти нанесёт ещё один удар — я не представляла.       Всё складывалось не в мою пользу, Мориарти рано или поздно надоест играть со мной в кошки-мышки, и он с радостью прихлопнет меня. Главное чтобы никто больше не пострадал. На моей совести и так слишком много жертв, и больше, увы, я не вынесу, хотя, может, этого он и добивается? — Как себя чувствуешь? — Укутывая меня в тёплый плед, поинтересовался Джон. — Голова немного болит, — честно ответила я, — а так нормально. — Чего от тебя хотел Уолш? — очень некстати влез Холмс. — Вообще-то он поджидал вас, — отпив ароматного чая, который любезно заварил Джон, — я лишь попала под горячую руку. Чего он мог хотеть от вас? — Думаю, он понял, что подошли слишком быстро, и захотел убрать нас. — Мориарти в этом как-то замешан? — присаживаясь рядом, поинтересовался Ватсон. — Да, — задумчиво произнес Шерлок, — скорее всего, он захочет убрать его. У Мориарти повсюду свои каналы связи, его нельзя недооценивать. — Надо навестить его в тюрьме, — выдала я. Мужчины с укором посмотрели на меня, мол «тебе всё неймётся?» — что? — Тебе нужно больше отдыхать, — в сотый раз повторил Ватсон, — Шерлок, ты хоть повлияй на неё. — Она единственная, кто сможет разговорить его.

***

      Оказалось, что выяснить, куда сбагрили Уолша до суда, намного сложнее, чем мы себе представляли. Видимо, он успел перейти дорогу многим, за ним числилось не одно убийство. И, что самое забавное, — его хорошо охраняли. В Пентагон было бы проще сходить на экскурсию, ей-богу.       Но, подключив многочисленные связи со стороны Майкрофта, который любезно согласился       нам помочь, удалось выяснить, что Уолша посадили в Уандсворт.¹       Неделя мучительных ожиданий всё же принесла свои плоды, и меня неохотно, но всё же провели в это место. Не сказать, чтобы здесь было живописно, скорее наоборот — тускло и уныло. Хотя, ничего другого, наверное, от тюрьмы ожидать и не стоит. Внутри было ещё мрачнее, чем снаружи: повсюду сырость, затхлый запах. Мысленно я переносилась в тот злополучный подвал к своей мучительнице. — Признаться, я поражён, что ты пришла, — гадко улыбаясь, произнёс Уолш. — Поверь, мне эта затея нравится не больше твоего, но особого выбора у меня нет, — осматривая выделенное нам для беседы помещение, если его так вообще можно назвать, произнесла я. — У меня есть пара вопросов. — Интересно, — уперев локти в железный стол, мужчина посмотрел на меня поверх соединённых подушечек пальцев, — спрашивай! — Что задумал Мориарти? — Захватить мир? Поработить людей? — засмеялся он, откидываясь на спинку стула. — Откуда мне знать? — Ты же его правая рука, что-то да должен знать. — Может, и так, — всё ещё улыбаясь, проговорил мужчина, — но зачем мне что-то тебе рассказывать? — Думаешь, без чужой поддержки, ты долго проживёшь? — услышав мои слова, мужчина заметно напрягся, видимо, сам понимает, что рано или поздно, но Мориарти доберётся до него. — А я могу устроить так, что ты получишь выгодную сделку и попадёшь в программу защиты свидетелей. — Откуда такие связи у обычной журналистки? — Это важно? — ответила я вопросом на вопрос, что совсем не обрадовало Уолша. Где-то на периферии сознания, возможно, он понимал, что я блефую, но желание жить всегда берёт своё. — Майкрофт Холмс может это всё устроить. — Ах! Милая Элизабет! Ты такая наивная, — театрально всплеснув руками, защебетал он. — Я не наивная, — хмуро ответила я, — Майкрофту нет дела до мелкой сошки вроде тебя, ему нужен Мориарти, и он готов пойти на многое, чтобы получить желаемое. — Как с Адлер? — верно подметил мужчина. — А впрочем, знаешь что? Я тебе всё расскажу.       Я была немного удивлена столь резкой перемене в его решении. Понятия не имею, что именно его заставило передумать, но не думаю, что ему можно доверять на все сто процентов. — Почему? — Как ты и сказала ранее: я нежилец, — его лицо заметно помрачнело, — наверно, именно так выглядел человек, которому нечего терять. — Итак, я знаю немногое, но с уверенностью могу сказать, что вся эта игра затеялась из-за тебя. Сначала его заинтересовал Шерлок, и он хотел довести своё дело до конца, но ты неожиданно вклинилась и начала повсюду расспрашивать о нём, ты стала неоновой вывеской «приди и убей меня». Смешала ему все карты, чем он был крайне недоволен. Всё, что происходило, не было случайностью. Судя по всему, ты и сама прекрасно это знала, — заключил он. — Что он предпримет? — Как «что»? — удивлённо спросил Уолш. — Финальный аккорд и твоя мучительная смерть. О, я расстроил тебя? — без какого-либо намёка на сожаление, поинтересовался он, явно наслаждаясь моей безысходностью. — Меня радует только то, что ты не проживёшь дольше моего, — вставая, бросила я, — перед скорой кончиной советую исповедаться, авось поможет.

***

      Всю дорогу до дома меня не покидали мысли. Уолш был прав, Мориарти меня так просто не отпустит, он захочет лично разобраться со мной, довести до исступления, а затем убить.       И затишье, словно перед бурей, не сулило ничего хорошего. Нельзя, чтобы из-за моих необдуманных решений пострадали другие. Шерлок и Джоном просто-напросто не станут слушать меня, и я не знаю, как их от этого отгородить.       Что к Шерлоку, что к Джону было приковано много внимания из-за расследования весьма громких дел. Конечно, никто из них не гнался за славой. СМИ любят из всего делать сенсацию, а детектив-самоучка и его верный помощник это как раз то, что нужно.       Но слава — дама капризная, сегодня она на твоей стороне, и ты всеобщий любимец, а завтра? Никто не знает. — Удалось что-то узнать? — Буравя меня взглядом, спросил Шерлок. — Не особо, — стаскивая с себя пальто, ответила я, — сказал лишь, что Мориарти замышляет что-то грандиозное. — Я же говорил, что это пустая трата времени, Элизабет. — Я помню, Джон, — недовольно пробурчала я, — думаю, нам не стоит расслабляться. Он ударит тогда, когда мы меньше всего будем этого ждать.       Словно в подтверждение моих слов, у Шерлока зазвонил телефон. Я не слышала того, кто вещал на том конце, но вид у детектива был, скажем, немного потрясённый. — Собирайтесь, — положив трубку, произнёс он, — мне звонил Лестрейд, у него кое-что есть.       Дорога до Скотленд-ярда казалась до ужаса долгой, я всё не могла найти себе места, догадывалась, что инспектор не просто так нас позвал на ночь глядя. Неужели, Мориарти объявился?  — Мориарти проник в Лондонский Тауэр, где были выставлены драгоценности английской короны, — не церемонясь, сразу переходя к делу, вещал Лестрейд. — Несколько часов назад нам сообщили, что Банк Англии и тюрьма Пентонвиль были взломаны в один и тот же день. Есть видео. — Покажешь?       Мужчина включил видео с камер видеонаблюдения, где Мориарти пробивает стекло, за которым находились Королевские драгоценности. На стекле красовалась надпись: «Игра началась». — Это стекло не пробить ничем, — сказал Грег. — Кроме кристаллического углерода, — заключил Шерлок, — он воспользовался алмазом. — Игра началась, — тихо проговорила я. — И что это значит? — Обращаясь ко мне, поинтересовался Джон. — Для нас? Ничего хорошего. Для меня так точно.