Кларисса Адель Моргенштерн-Лайтвуд/Алиса Селин Моргенштерн

— На твоей планете, — сказал Маленький принц, — люди выращивают в одном саду пять тысяч роз… и не находят того, что ищут… — Не находят, — согласился я. — А ведь то, чего они ищут, можно найти в одной-единственной розе… Антуан де Сент-Экзюпери. Маленький принц. — Еще кофе? Поднимаю задумчивый взгляд на Люка и согласно киваю головой, принимая из его могучих рук дымящуюся кружку с упоительным запахом. — Что-то случилось? Признаться, я хотела поговорить с мамой, а не с отчимом, но раз уж так вышло не помешает спросить и его мудрого совета. — Саймон хочет уйти, я не знаю, как объяснить происходящее конклаву, — вздыхаю, — и ума не приложу, как отреагирует Алиса, если ее брат уедет. А то, что чувствует из-за меня Изабель моему уму и вовсе непостижимо! Мужчина, со скрипом отодвинув стул садиться напротив. — А могу я узнать причину? Неадекватное поведение моего парабатая было очевидным для меня и мужа, для всех же сторонних мы по-прежнему были дружны как в детстве. — Он… — мне все еще неловко об этом говорить, — его чувства ко мне…. — Можешь не объяснять, — подбадривающая улыбка, — я, знаешь ли, сам прошел через это. Хочешь мой совет? Отпусти его. Эти чувства не пройдут ни завтра, ни возможно через год. Я любил жену своего парабатая всю свою жизнь и как знаешь, люблю до сих пор. Это как болезнь. Как желание заполучить то, что никогда не будет твоим! — Люк! Он мой лучший друг! Мой брат! Мой парабатай! Как я могу так просто забыть об этом? Как могу отпустить и как могу хотеть удержать? Похоже, придется…. — Я и не прошу тебя забыть об этом, я всего лишь говорю о том, что парень мучается и милосерднее будет отпустить его на достаточное расстояние, чтобы каждый день не резать его душу и сердце по живому. Морщусь. — Я не понимаю. Еще недавно все было хорошо. Он так был счастлив с Иззи. Он так любит своего сына…. То, что происходит сейчас, рушит все это! Разве подобные чувства не эгоистичны? Разве он может этого не понимать? Если бы тебе предложили отказаться от своих чувств к Алеку потому что это ранит других, как бы ты поступила? Секунда на размышление. — Если бы это приносило страдание моей дочери, я убила бы лишние чувства, какую бы боль это не принесло лично мне. Делая глоток, Люк хмыкает ртом полным горячей жидкости. — Далеко не у всех в этой жизни твоя сила духа, Клэри. Саймон не смог. Я не смог. Твой отец сделал все для того чтобы добиться своей цели. Это…. Выбор каждого. Постарайся просто смириться с тем, что в большинстве своем мы эгоистичные создания, хоть и ангелы. Хочется верить в то, что Саймон хотя бы думал над тем, какую боль причиняет окружающим. — Я думаю, мне пора, — настроение разговаривать дальше и ждать маминого возвращения из магазина пропало почти сразу после того как завязался этот неловкий разговор. — Я чем-то тебя обидел? — Всполошился Люк. Неловкость возросла еще больше. — Не ты, — поспешила я заверить любящего меня как родную дочь мужчину, — эта ситуация сама по себе для меня безумно болезненна. — Тебе нужно выговориться. Мне нужно домой. К дочери и мужу. А еще лучше, побыть одной.