Мелодия прошлого

Все мечтали об идеальном мире, где не существовало бы кровопролитных войн, демонов и прочих приспешников зла, а люди были равны во всём. Думали, что за сверкающим на солнце побережьем этот мир гостеприимно распахнёт пред ними двери, открывая взору плодородные земли, руины старых замков и крепостей, кристальные ледники, отражающие лучи яркого дневного светила и красиво переливающиеся под холодным светом луны. Повсюду бродят диковинные звери, духи стихий и лесовички-сторожилы с самодельным оружием из камня и дерева. Если не тревожить, они не обратят никакого внимания на усталых гостей. Сколько красот и тайн хранит в себе эта земля? Где скрывает, казалось, безграничные золотые пустыни, где солнце не истощает тело заблудившегося путника? А ночь там настолько прекрасна, что можешь случайно глянуть на танец крохотных звёзд под шум прибоя и встать столбом на берегу, зарывшись ногами в белый песок, словно завороженный, а можешь прилечь под огромными цветами, скрывающими тебя от надоедливых насекомых. Но даже за этот кусочек Рая пришлось пролить целые реки крови. Изначальный материк. Сколько героев, учёных, торговцев и просто искателей приключений пытались достичь его берегов. Самые отважные снаряжали военные корабли для выходя в море, дабы завоевать неизученную землю себе. Тогда погибло множество людей, не успевших прославить свои имена, чтобы о них слагали и вспоминали в балладах известных менестрелей. Ещё с давних времён жители Восточного и Западного материков ведут долгую войну; наёмники грабят караваны вражеского союза, нападают на военные галеоны или просто убивают ради развлечения. Союз Нуи, состоящий из народа грациозных и остроухих эльфов и народа отважных нуиан, располагался на Западе, забрав самые плодородные земли и живописные пейзажи. Один Белый лес чего только стоит! Стройные белые осины и огромные плакучие ивы с неестественной белой кроной росли только в этом месте. Всю растительность здесь окутывал густой бело-серый туман, превращая лес в парящее облако, откуда видны лишь верхушки с белоснежными листьями, а дорожные фонари причудливой формы казались блуждающими огнями. Харнийский союз представляют могучий раннее кочевой народ ферре, обладающий когтистыми лапами вместо пальцев, кошачьи уши и хвост, и умелые харнийцы, те же люди, но ростом ниже и другим разрезом глаз, расселились на просторах Востока, где их встретили сухие колючие ветра Саванны и прохладные оазисы в Радужных песках. Были здесь местности, чем-то похожие на Западные, но со своей изюминкой. В Хазире под Небесным дворцом властвуют огромные водопады, конец которых до сих пор неизвестен. Человеку, случайно попавшему под течение, легче сдаться воде, а не пытаться выбраться из-под сильного напора, усугубляя своё положение. Фракции мешали друг другу в достижении единой цели — колонизовать утраченную столетиями назад землю. Лишь везунчикам удавалось достичь Сверкающего побережья, чтобы помочь своему народу. Немногие поступали иначе. Немногие понимали, что пора покончить с бесконечной и бессмысленной сейчас войной между материками. Пришла пора объединиться Западу и Востоку, чтобы вместе разгадать секреты Изначальной земли. Продуктивной работы удалось достичь только благодаря представителям четырёх рас, которых объединяли золотые метки на запястьях, делая их Избранными. Их уважали, к ним прислушивались и советовались с четвёркой смельчаков, унаследовавших силу богов. Они соединили два враждующих раннее союза, заключив между ними мирный договор во время освоения новых земель. Так появился Рай, о котором мечтали жители обоих материков… *** Парень закончил рассказ, облегчённо выдыхая. Он наблюдал, как всё это время на детских заинтересованных лицах сменялись эмоции, что забавляло слугу двора. К концу истории дети нахмурили маленькие брови, неодобрительно мотая головой, но рты их оставались открытыми, как и при самом зачине рассказа. — Это всё неправда! Не верю! — семилетний мальчик с тёмно-фиолетовыми волосами вскочил с большой кровати с бархатным красным балдахином, по краям которого красовались золотые узоры и свисали кисточки. На бордовых подушках и такого же цвета плотном покрывале лежала девочка с длинными кудрявыми волосами, кивающая маленькой головкой под сказанное старшим братом. Она слегка приподнялась с постели, чтобы получше видеть мальчика и сидящего на пуфе слугу, внимательно следящего за недовольным ребёнком. Парень почесал затылок, слегка взлохматив короткие каштановые волосы, а затем еле заметно улыбнулся. — Вы не верите мне, нари? — слуга поднялся с мягкого пуфа и встал перед непослушным мальчонкой, который, стоя на кровати, всё равно был ниже, отчего на лице появился еле заметный оскал и раздражение, но он быстро собрался, не обращая внимания на взгляд сверху вниз. — Конечно, нет! Всё не могло так быстро закончиться! Да и что это за берега с белыми песками и кристальными ледниками?! Врёшь ты всё, Малик! Это детские, пустые сказки, не более, — фыркнул ребёнок, задирая нос к потолку. Названный слуга виновато опустил голову. — Ни в коем случае, молодой нари! Если хоть что-то сказанное мной сейчас — наглая ложь, то пусть боги заберут мою душу в Заоблачный храм, или завтра меня убьют в Каменной змее! — Малик говорил это уже с поднятой головой, уже с серьёзным видом, убеждая, что не врал. Парень прямо наслаждался резкой смене эмоций на детском лице. Он замечал каждое вздрагивание мускула на чистой и нежной коже, замечал как гнев резко сменился страхом, а тот плавно перешёл в раскаяние. Малик улыбнулся, довольный результатом. Мальчику не хотелось смерти слуги. Он вообще не желал никому смерти, просто иногда припугивал на словах, чтобы в нём перестали видеть семилетнего ребёнка и заметили нари, пускай ещё молодого, но уверенного и беспощадного. Внутри детское сердце сжимали тиски горечи и страха за чужие жизни, будь то хороший приятель или малознакомый человек, ибо не познало зла и добра на своей шкуре. Четырёхлетняя девочка окончательно поднялась с дорогих одеял и прижалась к руке брата. Ей не нравилось слышать такие разговоры и видеть озабоченное лицо старшего. Малик, заметив слегка нахмурившееся лицо светловолосой, улыбнулся и принялся заново укладывать детей, продолжая говорить: — История, молодой нари, и правда окончена, но лишь для Избранных, чьи запястья украшали Золотые метки. Это значит, что пора начаться новой, не думаете? — парень подоткнул одеяла и направился к выходу, но перед самой дверью остановился, ещё раз оглядев комнату. Резной стол в восточном стиле около закрытого ставнями окна, скрывающим ночные пейзажи и небо, три бархатных пуфа в тон большой для детей кровати, возле которой догорала восковая свеча. На стенах расписные полотна в виде павлинов, какие не найдёшь во всей Западной ишубаре, а на полу дорогие ковры. Хоть комната и считалась детской, игрушек в ней не было. Хоть всё здесь выглядело роскошно и дорого, комната наводила тоску и странное ощущение пустоты, которую не замечали некоторые взрослые. Малик печально выдохнул, а потом слегка повернул голову в сторону кровати. — Если вы не верите в «пустые сказки», то почему бы самому не проверить их подлинность? Он почувствовал, как заплясали маленькие демоны в ярко-зелёных глазах, пожирающих его спину. Мальчик снова приподнялся, встав ногами на покрывала. Заведённый детский дух теперь не успокоишь, даже когда слуга покинет помещение. — Вот вырасту и проверю! Если этой земли не существует, то я саморучно казню тебя в сердце Каменной змеи, а если существует — привезу горсть этого сверкающего песка и осколок кристального ледника в качестве подарка! — уверенно заявил нари. Азарт, будто передозированный адреналин, будоражил детскую кровь, как перед совершением розыгрыша или шалости. Мальчонка и сам не понимал, что зацепило в словах слуги, сказанных с такой небрежной лёгкостью. Он был уверен в не существование третьего материка, но уверенность низкорослого парня в обратное была сильнее, из-за чего маленький нари бесился. — Сколько дерзости и серьёзности в тоне. Нари, Вы так жаждите отрубить голову неверному слуге? — Малик слегка усмехнулся, будто зная ответ на вопрос. — Просто так я больше не услышу твоих детских сказок. В комнате застыла ночная тишина. Воздух был прохладным и лёгким, однако никто не хотел говорить. Была ли тому причиной только заснувшая девочка, уставшая от разговоров, или ненужность самих слов — неизвестно. Малик склонил голову и вышел за дверь, аккуратно закрыв её. Маленький нари вернулся на место и оказался сразу заключенным в нежные объятия сестрёнки, чьи белые кудри хаотично раскидались по мягкой подушке. В ответ старший слегка приобнял девочку, а другой рукой стал поглаживать мягкие волосы. Ему нравилось смотреть на умиротворённое лицо спящей сестры. На душе сразу необъяснимое облегчение и спокойствие преобладали над остальным. Нари верил, что пока у младшей такое отдыхающее личико, ничего не случится. Мальчик закрыл глаза, в очередной раз попросил богиню избавить его от кошмаров и показать хорошие и интересные сны и уснул, продолжая обнимать прижавшуюся к тёплому телу брата младшую сестру.