Мелодия прошлого

Наёмники ждать не любили, но довести жертву до белого каления считали долгом. Шинг молча стоял возле почти снесённой с хлипких петель двери, наблюдая за суетившимся от какого-нибудь шкафа к полкам торговцем. Своей аурой зловещего надзирателя харниец пугал беднягу, который изредка смел поднимать глаза из-под странного головного убора, напоминающего обтянутое жёлтой тканью ведро. Йорун же всячески подшучивал над медленным Сорачи; порой ему удавалось легонько ткнуть остриём кинжала в бок мужчины, отчего тот немного ускорялся. Брюнет не мог сдержать смеха, не беспокоясь о слетевшем капюшоне. Шинг закатил глаза. Йорун был старше его года на два года, а вёл себя, словно беззаботный ребёнок. Он перерос все эти глупые запугивания, зная, что уже при виде герба на перчатках, мужчина готов был отдать им хоть всю свою лавку, лишь бы оборвать все связи с Соколиной Тенью. Правда юноша не понимал нескольких вещей. Во-первых, неужели у Сорачи не было мозгов на тот момент, чтобы брать в долг у главы страшного братства? Во-вторых, почему Вальдемар великодушно одолжил деньги? В-третьих, в чём истинная причина их пребывания в Ост-Терре? Забрать деньги (пусть довольно крупную сумму) мог любой подчинённый Йоруна, да и у Шинга были свободные руки, этак штук десять, но отправили их — опытных бойцов, высылавших на задания посерьёзнее. Эти вещи не давали думать о происходящем, поэтому харниец полностью положился на своего напарника, которому уже надоело подтрунивать должника и тот решил ускорить процесс — пнул деревянный стол, опрокинув его у ног Сорачи. Тот вскрикнул, убежав в другую сторону. Наконец мукам мужчины пришёл конец. Касса магазинчика опустела, прилавки с самым ценным и дорогим товаром тоже. Обедневший за несколько минут мужчина сидел на ступеньках у входа с открытой дверью, опустив голову на руки, уперев локти в колени. Этот день бывший торговец запомнит на всю жизнь, как и тот, когда бедняга занял у приветливого незнакомца. Вот так Соколиная Тень открыла второе дыхание простому мужчине, мечтавшему о собственной лавке, и своими же когтистыми чёрными лапами перекрыла кислород, не забыв при этом расцарапать горло. Одно Сорачи знал точно — то, что он сейчас сидит на холодных каменных ступенях, наблюдает за почти ушедшим солнцем, способен мыслить и ненавидеть — щедрый подарок страшного братства. Руки самовольно стиснулись в кулаки. — Надеюсь, что больше не увидимся, — на морщинистом лице застыла печальная улыбка, но позже мужчина осознал, что сказал и кому. Сейчас к нему пришло безразличие, ведь он буквально видел перед глазами своё будущее: как он сидит в трущобах и просит милостыню у проходящих мимо людей. — Надейся, ибо следующая встреча будет последней, — брюнет мило улыбнулся и помахал рукой вскипающему от ярости человеку. Шинг пересчитал собранные трофеи и сравнил с суммой долга. Совпало в точности до медяка. Йорун закончил говорить заклинание, превращая тяжелые и массивные предметы в лёгкие, которые смогли уместиться в две дорожные сумки. Наёмники закинули их на плечи и ушли прочь от обедневшей лавки несчастного хозяина, который наконец смог вздохнуть полной грудью, уставившись на постепенно темнеющее небо. В городе уже давно стемнело, горели столбы в виде факелов. На Площади закрылись почти все лавки. Город засыпал. Наёмникам лишь иногда встречались редкие зеваки, возвращавшиеся пьяными из таверн, или ночные бабочки, подмигивая чуть ли не всему, что движется в их сторону. Почти все были на одно лицо, но молоденькие и довольно симпатичные. Йорун проводил глазами парочку из ярко накрашенных девиц, присвистнув хихикающим харнийкам. Шинг надвинул капюшон на лицо сильнее и молился всем богам, которых только знал, дабы избежать худшего. Но боги его не услышали… — Есть предложение, — Йорун замедлил шаг, как только они повернули на мирно спавшую улицу. Здесь не горели даже фонари и факелы, ставни домов были плотно закрыты. Самое место для шайки местных воров и бандитов. О да, лучше место для остановки не найти. — Даже не думай, мы на работе! — Ой, да ладно тебе! Мы ведь ненадолго: выпьем немного вина, отдохнём… — Знаю я твоё «отдохнём» и «немного выпьем», — Шинг продолжал идти, когда напарник почти остановился. В выходной день харниец бы согласился, поломался бы немного ради приличия, но согласился. Сейчас ему же просто хотелось вернуться обратно в Махадеби, в родную Аль-Харбу и упасть на деревянную кровать в маленькой комнатке на втором этаже, где лишь одно маленькое окошко впускало свет. Однако брюнет решил разрушить планы друга на этот вечер и ночь. — Сам посуди, мы не в том виде, чтобы по борделям шляться. — Ох, какие грязные слова ты говоришь, дружище, — не подколоть напарника в этот момент было равносильно самому страшному греху, как считал харниец, — не «бордель», а место отдыха. Форму можно спокойно оставить у Брамины и у неё же найти балахоны попроще. Кстати, мы почти у её дома! До светловолосого харнийца дошло. Этот ублюдок знал, что он согласится, поэтому уже заранее обдумал дальнейшие действия. Не зря Йорун был правой рукой Вальдемара — он видел членов братства насквозь, зная, кому можно доверять, а кого следует вырезать в тёмном переулке. Как же Шингу повезло, что именно этот человек стал его близким другом, ибо с такими лучше иметь хорошие отношения. Однако тот ловко мог развести его на какую-нибудь авантюру, что наёмнику совершенно не нравилось. Стиснув зубы и кулаки, Шинг последовал за другом по погруженной в ночи улице. Харнийка Брамина была одним из членов Соколиной Тени. Йорун не раз наведывался к ней, пока та была в отпуске и жила в Ост-Терре. Русая девушка была прекрасным лекарем, поэтому торговала уже готовыми лекарствами и оказывала первую помощь. Светловолосый никогда не пересекался с девушкой в Аль-Харбе, но много слышал о ней от других. Она являлась отличным шпионом, выведывающим информацию от своих пациентов и просто иногда прогуливаясь по городу. Держала лавку в отдалённом уголке Ост-Терры. Больше он ничего не знал о лекарше. Два наёмника не боялись ходить без капюшонов, но форму всё-таки скрыли. Они вышли из тёмной улицы на освещённую, где стояли пустые здания, выставленные на продажу под магазины. Все были надёжно заперты, но по некоторым замкам было видно, что некоторые умники пытались пробраться внутрь. Здания были однотипны и отличались только площадью. Йорун подошёл к одному из таких, откуда пробивался свет и висела аккуратно вырезанная деревянная табличка «Снадобья и травы», и постучал в дверь. Она открылась не сразу. На пороге стояла сонная девушка в обычных тканевых штанах цвета дубовой коры и обтягивающей кремовой рубашке. Русые волосы собраны в короткий хвост. Она посмотрела на улыбчивого знакомого и незнакомого ей гостя. Вопросов задавать не стала, а лишь пропустила незваных гостей внутрь. — Йоу, как жизнь? — уже закрыв дверь, приветливо поинтересовался Йорун, оставил у входа сумку и прошёл мимо хозяйки. Второй парень остался у двери, играя в гляделки с девушкой. Брамину взгляд изумрудных глаз заставил напрячься. — Эй, наглец, ты решил своих подстилок в мой дом приводить? Извини уж, тогда лавочка закрывается, — Брамина сложила руки на груди, пока брюнет по-хозяйски лавировал между парадной и кладовкой. На несколько секунд парень застыл возле девушки, надевая лёгкую светло-оранжевую рубаху, а потом начал громко смеяться, переводя взгляд с хозяйки на фигуру в плаще. — Брамина, пожалуйста, скажи, что ты пошутила, — Шинг провёл ладонью по лицу, сдерживая ругательства. Девушка внезапно обернулась на звук, где незнакомец багровел от злости. Харниец уже бился кулаком о пол, не сдерживая смеха. — Чёрт возьми, что тут происходит?! Йорун, придурок, приди в себя! Немного успокоившись Шинг снял сумку и плащ, открывая форму Соколиной Тени. Девушка замерла. Член братства, возможно, не какой-то мелкий шпион, а довольно значимое звено, с другим бы Йорун не пришёл. — Ты… Вы кто? — она смутилась, не зная, куда деться. — Шинг. Рад знакомству, Брамина, — парень пытался натянуть подобие улыбки, но истеричный смех друга сбил настрой. — Прошу, разбей об его голову какую-нибудь банку с целебным зельем, чтобы он заткнулся. — Спасибо за заботу, я уже всё, — вытирая выступившие слёзы, сказал Йорун. Он театрально кашлянул в кулак, а затем подошёл к нахмуренному напарнику, дабы добить его окончательно. Шинг только хотел отойти в сторону, как вдруг его одной рукой приобняли за плечи, притянув ближе. Харниец уже высматривал открытые участки тела для нанесения нескольких ударов наглому ублюдку рукоятью кинжала, как тот внезапно заговорил: — Брамина, кхм, как ты правильно поняла, мы с этим парнем любов… Ай! — договорить ему не дала внезапная боль в ноге, которую с особым старанием и усердием пытались раздавить к чёрту. — Ещё одна подобная фраза, и это будет последнее, что ты скажешь перед смертью! — Шинг шипел, как разъярённая кобра, освобождаясь от тисков в виде брюнета. Хозяйка дома надеялась, что продолжения не будет. Она вспомнила об известном наёмнике в братстве, который прославился непоколебимым спокойствием и хладнокровием ко всему, но сейчас это «спокойствие и хладнокровие» хотело проделать несколько крупных дыр в теле рядом стоящего Йоруна. Глаза, казалось, горели язычками зелёного пламени, но как-то только харниец отошёл подальше от объекта раздражения, огонь в глазах потух, будто его засыпали песком. Позже Йорун объяснил, что они — друзья и напарники, решившие культурно отдохнуть после тяжёлого трудового дня. Брамина сразу поняла, зачем к ней заявилась Соколиная Тень, поэтому отправила двух парней в небольшую комнату под лестницей, куда ранее заходил брюнет. Там находилась ненужная, но чистая одежда, которую хозяйка иногда одалживала больным или попрошайкам на улице. В городе каждый знал добрую и отзывчивую лекаршу по имени Лин, которая помогала беднякам за символическую плату, а иногда и вовсе бесплатно. И та внешне была копией Брамины. Шинг лишь предполагал, зачем она создала себе такой образ, но он идеально ей подходил. Такая милая девушка никак не могла бы случайно отравить тебя или зарезать по пути домой, если того не требовал заказ. Интересно, что было бы, если бы он пришёл к ней без Йоруна и формы? Парень стал внимательно смотреть на предложенный выбор мужской одежды. Особо в ней он не разбирался, поэтому выбрал что-то среднее между дешёвым балахоном и дорогим одеянием нари. Светло-зелёная рубаха с зелёными узорами у горловины, свободными рукавами и перевязью ниже талии, угольные шаровары и высокие сапоги приглянулись Шингу больше всего. Йорун выбрал обтягивающие болотные бриджи и светло-оранжевую рубашку. Сапоги оставил свои. Как бы брюнет не уговаривал товарища не брать с собой оружие, он не послушался, спрятав кинжалы в сапоги. Позвякивающие кошельки с деньгами каждый завязал под рубашками, дабы никто из проныр не срезал. Оставив вещи у Брамины, парни вышли из здания. Город окончательно заснул, ни в одном доме не горели свечи. Значит, ночная жизнь в Ост-Терре только начала просыпаться. Само осознание того, что ты становишься частью ночного веселья в крупном городе на материке вызывало некое чувство азарта. Так почему бы не отдаться этим ощущениям? *** Кабак выбрали самый роскошный, откуда играла манящая музыка и опьянённый звонкий смех. Йорун тут явно был частым гостем, ибо хозяин сразу любезно пожал вошедшему брюнету руку, приглашая в одну из комнат. Шинг был тут впервые, поэтому осматривал чутьли не каждый угол и посетителя заведения. Усатому харнийцу изучающий взгляд не понравился, однако после негромко сказанных слов: «Он со мной» — перестал косо смотреть на светловолосого паренька, неохотно пожав тонкую руку. В этой одежде Шинг выглядел явно моложе и слабее, чем в грубой форме Соколиной Тени, да и держался в ней как-то по особенному, гордо и свободно. Их завели в погрязшую в шелках и бахроме комнату, где стояли явно замаскированные под дорогую мебель два дивана и низкий стол с различной выпивкой. На подушках сидели девушки в боевой раскраске и вызывающими одеждами. Йорун довольно хмыкнул, оценивая товар, затем подошёл к двум девицам на диване и сел рядом. Тонкие белые пальчики начали скользить по верхней одежде брюнета, а тот возбуждающе мурчал что-то каждой на ухо. Шинг позвал мальчика слугу, который быстро разлил пьянящую жидкость по кружкам, и так же быстро убежал, а второй гость опустился на рядом стоящий диван, попадая в плен шаловливых рук ещё одной куртизанки. У неё были блондинистые вьющиеся волосы и, наверное, милая улыбка, если стереть ярко-красную помаду с пухлых губ, которые так манили. Чарующие голубые глаза медленно открывались и закрывались. Иногда девушка ненадолго отводила взгляд, когда встречала изучающие изумрудные огоньки и слегка нахальную улыбку. Фиолетовая чёлка мешала полностью разглядеть блондинку, поэтому Шинг пальцами зачесал её, оставив руку в волосах, а одной прижимая к себе девушку за талию. Йорун и его компания опробовали вино первыми, а затем пошли весёлые разговоры и глупый смех. Шинг же медленно пил вино, иногда улыбался, смотря на отдыхающего друга, готового уже танцевать на низком столе, пятками отбивая ритм. Светловолосый сидел со своей «подругой», иногда целуя ту в щёчку или лоб, большего не позволял, да и не хотел. Она положила голову на плечо парня, а маленькую ладонь ему на грудь, как делают маленькие сёстры, сидя с любимыми братьями. На секунду Шинг прикрыл глаза, наслаждаясь этой идиллией. В голове он услышал, как знакомый голос снова звал его. Парень резко распахнул глаза, роняя кружку и хватаясь за голову. Харнийка обеспокоенно посмотрела на него, а пьяный Йорун не обратил на друга внимание. Голос не переставал звенеть эхом в голове. Шинг медленно поднялся с дивана, держась за голову. — Всё в порядке, не беспокойся, — он болезненно улыбнулся и кинул на стол два золотых, отчего у блондинки расширились глаза от удивления. — За хорошую компанию, — он подмигнул и вышел из комнаты. Йорун его сюда притащил, ему и платить за всё. *** Наверное, со стороны парень напоминал перебравшего с вином, но ему было всё равно. Винить алкоголь в этом было бессмысленно, ибо второй наёмник за голову не хватался и даже не кричал, а выпил поболее светловолосого. Шинг прошёл половину пути, держась за любую стену или столб, а голос не утихал. Он готов был удариться головой, но что-то внутри — похожее на здравый смысл — его останавливало, поэтому просто шёл дальше. Наконец впереди показалась лавка Брамины, в которую парень ввалился без стука, оседая на пол. Хозяйка вышла из соседней комнаты на звук открывающейся двери, застав лихорадочно дышащего наёмника. Изумрудные глаза умоляюще смотрели на вышедшую харнийку. Девушка испугалась, подбегая к парню. — Что с Вами?! — возможно, она бы получила внятный ответ, если бы у Шинга нормализовалось дыхание, а язык не заплетался. Единственное, что удалось разобрать: «Голос опять». Брамина помогла харнийцу подняться, проведя его в комнату осмотра, и усадила на стул. Она нашла успокоительное лекарство, отдав крохотную бутыль пациенту. Тот глотнул немного, постепенно выпивая всё до последней капли, а затем откинулся на спинку деревянного стула. Голос медленно потух, а парню стало страшно снова закрывать глаза. С каждым разом голос жалобнее и громче, да и проявлялся только во сне. Такой ужас наёмник испытал впервые. — Вам лучше? — обеспокоенно поинтересовалась девушка, поднимая пустой сосуд с пола. Шинг слабо кивнул. — Расскажите, что это было? — Я не знаю, — на выдохе ответил парень, изучая потолок. — Не называй меня на «вы», я младше Йоруна. Это немного раздражает. — Хорошо, Шинг, — девушка немного прикинула, сколько тогда сидящему перед ней сопляку лет, и удивилась. Как такой молодой парень смог стать приближённым Вальдемара?! — Ты чем-то болен? Я могу осмотреть тебя? — Не уверен, болен ли я, но со мной точно что-то не так, — Брамина посадила парня ровно и приложила руки к его вискам. Вокруг них образовался мягкий белый свет, осветивший почти всю комнату. Он успокаивал также хорошо, как и лекарство. — Последний год меня мучает один и тот же кошмар, где кто-то зовёт меня. Сейчас я слышал этот же голос, который не прерывался ни на секунду. Я обращался к лекарю Соколиной Тени в Аль-Харбе. Он прописал отвар, который помогал первое время, а потом перестал действовать, и я снова слышу её… — Её? — Голос явно женский. — Знаешь, это довольно странно, но ты абсолютно здоров. Смущает лишь то, что в твоей голове сейчас некоторые ячейки пустуют, — стоило Брамине убрать руки от головы, как свет исчез. Она заинтересованно наблюдала за парнем, у которого было явное недоумение на лице. — В каком смысле? — Ты, конечно, прости, но я немного покопалась у тебя в голове. В общем, там видно всё, что случилось с тобой за последние года два точно, точнее то, что ты запомнил. Однако там больше ничего нет: твоего детства, родителей, друзей. Ничего постороннего, кроме службы в братстве. Это очень странно, — девушка задумалась. Здесь она явно ничем не могла помочь. — Хочешь сказать, у меня из-за этого такие сны? — Шинг приподнял одну бровь. Он ничего не понимал, а головная боль постепенно возвращалась. — Возможно, это как-то связано с твоим прошлым, а, может быть, я ошибаюсь. Тебе нужен сновидец или опытный целитель, простая лекарша и травница тебе ничем не поможет, раз дядя Ли не смог, — Брамина развела руками от беспомощности. Знакомых целителей в Ост-Терре она знала, но в такое время парня явно откажутся принять, да и попасть на один лишь осмотр — дело дорогое и не быстрое. Конечно, хотелось помочь Шингу, и харнийка активно думала, как это сделать. — Я могу сделать настойку в запас, чтобы ты хотя бы мог спать нормально. Не гарантирую стопроцентный результат в твоём случае, уж извини. — Спасибо, Брамина, — Шинг искренне улыбнулся, а затем встал. Глупо было отсиживаться здесь, когда спать совершенно не хотелось, а возвращаться к Йоруну не было желания. Простая прогулка по городу должна нагнать сон и немного успокоить, обычно это помогало. Харниец вышел в коридор, сняв с вешалки плащ. Хозяйка проводила его взглядом, о делах наёмника девушка предпочла не знать. Тем более, она практически узнала его во время осмотра. — Он помнит лица всех, кого убил за этот год, — вслух сказала Брамина, когда входная дверь закрылась. *** Ночная Ост-Терра действительно была прекрасна. Теперь Шинг мог сполна насладиться ей, разглядывая огромное здание, где иногда проводились собрания всех героев Харнийского союза. Было бы интересно рассмотреть его изнутри, но сейчас оно закрыто, да и кто пустит такого, как он. Всех членов Соколиной Тени считали преступниками и безжалостными убийцами, готовых за огромные деньги вырезать целое поселение. Шинг убедился в правоте слухов, когда сам вступил в братство. Он помнит лишь то, как Вальдемар нашёл его почти мёртвого у реки в лесах Махадеби. Что он там делал, парень не помнит, однако после этого его поставили на ноги лекари страшного братства. В обмен на спасение, Шинг стал одним из них — безжалостным убийцей, выполняющим любой заказ за кругленькую сумму. Можно сказать, что тогда у него не было выбора, поэтому жаловаться нет смысла. Хотел ли парень покинуть Соколиную Тень? Нет. Став членом братства, у него появились связи, статус, деньги и крыша над головой. Какая выгода в том, чтобы стать попрошайкой (или вообще — трупом)? Каждый выживает по своему. Шинг слишком погрузился в свои мысли и рассуждения, не заметив, как попал в улицу, освещённую только лунным светом. Он замедлил шаг, прислушиваясь. Слишком тихо, только лёгкий ветер с моря гулял вместе с ним. Парень решил возобновить прогулку, как кто-то выбежал из переулка и тут же упал на землю. Это была ферре, стало понятно по пятнистому хвосту. Она попыталась подняться, но снова упала без сил. Над головой бедняги пролетел огненный шар, врезавшийся в стену дома. Шинг на секунду оторопел, а тело приняло боевую стойку. Он достал из сапог два лезвия, которые всё-таки пригодились. Парень отпрыгнул в тень, дабы его не заметили. К обессилевшей кошке подошли три силуэта в длинных тёмно-зелёных робах и треугольными шляпами такого же оттенка. Расу и лицо разглядеть было невозможно, но только при виде знаменитой формы Шинг скрипнул зубами от отвращения. Миротворцы… По-хорошему надо бы свалить отсюда, но измученный вид ферре заставил остаться. Парень пытался продумать ход своих действий, но времени категорически не хватало; фигуры в зелёном уже образовали круг вокруг тела, и нужно было действовать. Медленно вдоль здания, не выходя из тени, наёмник подкрался ближе, а затем исчез. Шинг встал за спиной самого высокого мужчины, а затем молниеносно перерезал ему глотку. Алая кровь из сосудов хлынула фонтаном, а фигура медленно осела на землю. Парень с кинжалами отпрыгнул в тень, пока оставшиеся оглядывались по сторонам. В руках у одного зажглись огненные шары, готовые полететь точно в живую цель, а другой начал читать заклинание щита, огораживая себя и напарника круглым светло-синим барьером. Вот это было совсем ненужно для убийцы, поэтому он быстро переместился к заклинателю, оставив глубокий порез от кисти до локтя. Светлая дорожка булыжников окрасилась в тёмно-красные узоры. Улицу наполнил душераздирающий крик боли и свет от огненных всполохов. Шинг перемещался по площадке, как кузнечик прыгает с земли на цветок, а затем обратно. Как только он снова захотел применить заклинание исчезновения, в него всё же прилетел один огненный шар, отбросивший того к зданию. Не хилый удар о стену, оставивший вмятину, и ожоги по телу не давали преимущества против мага. Набрав побольше воздуха в лёгкие, Шинг встал в боевую стойку, стараясь подойти ближе. Противник явно разогрелся, поэтому пускал огненные снаряды даже ногами, от которых было трудно уворачиваться, но наёмник медленно продвигался к цели. Когда расстояние сократилось до возможного, парень бросил кинжал, попав в живот заклинателя. Он явно метил выше, но сейчас даже такой удар должен помочь сделать задуманное. Он переместился к ферре, схватив ту за руку. Рисовать портал не было времени, да и возможности. Маг медленно поднимался с колен и как только хотел нанести ещё один удар огнём, харниец исчез вместе с кошкой.