Омега

Было откровенно стремно. Не то чтобы обитатели Резиденции замечали происходящее с организмом Мефа изменения, но Буслаеву, тем не менее, постоянно казалось, что вот-вот кто-то о них догадается и непременно объявит вслух. От одной мысли об этом становилось мучительно стыдно. Из-за этого он стал дерганный, нервный, постоянно хмурился, чем и наводил на определенные мысли свое окружение. Впрочем, плохое настроение Буслаева списывали на что угодно: на участившиеся ссоры со светлой, на неудачи на тренировках, на раздражающие выходки Петруччо и его неугомонного создания — только не на истинную причину. Но не только Меф вел себя нервно. Ната Вихрова тоже была чем-то раздосадована: она раздражалась на невинные вещи, на шутки, даже безобидные, отвечала агрессивно, постоянно пребывала в плохом настроении и даже каком-то нехарактерном для нее унынии. — Какие все нервные, — фыркнула однажды Улита, когда Ната в очередной раз разозлилась на подкол ведьмы. — Что, Натусик, личная жизнь никак не клеится? Клей «Момент» всегда к вашим услугам. Только спроси, целый ящик тебе предоставлю. Заодно с Буслаечем поделишься. Прошло почти три недели, но в поиске покровителя Меф не продвинулся ни на дюйм: где найти подходящую кандидатуру, и как начать неловкий разговор, Буслаев не знал. Зато средствами, помогающими скрыть принадлежность, закупился на три месяца вперед. Даже парочку для подавления течки прикупил. Меф разбирался с противопоказаниями к зельям и лопухоидным таблеткам, прикидывая дозу употребления и совместимость одного с другим, когда услышал голос Арея, приказывающий наследникам явиться в его кабинет. Разведя шесть капель зелья в стакане воды и выпив его содержимое, Мефодий спустился вниз. Дождавшись, когда соберутся все наследники, вместе с которыми пришла и любопытствующая светлая, Арей заговорил: — Не так давно, всего несколько десятилетий назад, бесновалась нежить, она стала наглой настолько, что начала нападать на стражей. И некоторые из них не могли постоять за себя. Разумеется, после смерти Чумы-дель-Торт нежить поутихла. Тем не менее, каждый из вас может столкнуться с ее представителями. Поэтому сегодняшняя наша тренировка пройдет в полевых условиях, вашем противником будет нежить. Можете выбрать оружие. Впрочем, толка от него сегодня может быть мало.

***

Арей, телепортировавшийся вместе с ними сюда и поднявший из могил всего лишь пару мертвяков, которых можно было просто зарубить, сразу исчез. Но черт дернул Чимоданова заговорить с ними… И началось. Из соседних могил на вопль Петруччо, пытавшегося выдернуть свою конечность из лап утаскивающего его в свою могилу мертвяка, вылезло еще несколько. Когда первый шок Чимоданова прошел, тот сообразил воспользоваться мечом. Но, увы, нежить их уже услышала. Они зарубили с десяток мертвяков, но могил здесь было, видимо, много, и из них поднимались все новые. Шум не остался незамеченным: прибывала новая нежить. Меф издали увидел приближающихся хмырей. Их было около десяти. — Бежим отсюда! — скомандовал он, направляясь в сторону леса. Свита бросилась за ним. На ходу ругая неосмотрительного Чимоданова, наследники бежали, петляя, по лесу, стараясь уйти как можно дальше от нежити. Спустя приблизительно пятнадцать минут бега будущий повелитель мрака и его свита остановились, напряженно прислушиваясь. Нежити не было слышно. — Что теперь, мистер Чимодан, будем делать? — саркастично поинтересовалась Ната. «Мистер Чимодан» предложений не внес, но тут же ощетинился: — А ты наивно предполагала, что мы отделаемся двумя мертвяками? Они бы все равно нас услышали. — Но сделали бы это намного позже, — резко уточнила Вихрова. — И у нас было бы время подумать. Петруччо уже открыл было рот, чтобы ответить, но его перебил Евгеша: — Вы не знаете, как на них действует наша магия, нет? — в своей привычной манере спросил Мошкин. Этот вопрос подействовал отрезвляюще, и готовые уже учинить ссору ученики барона сосредоточились на действительно важном. — Наша с Вихровой магия вряд ли тут пригодится, — подумав, с сомнением сказал Петруччо. — Мне нужно много времени, чтобы оживить хоть что-то. Да и к Нате вряд ли мертвяки с хмырями проникнутся симпатией после ее плясок лица. Хотя можно и попробовать. Остаетесь вы с Мошкиным, — обратился он к Мефу. — С моей магией могут возникнуть проблемы, — покачал головой парень.

***

— Ната, идем! — процедил наследник мрака, хватая Вихрову за руку, стараясь не сбавлять скорости, хоть и сам уже порядком запыхался. На Алтае они находились уже шесть часов, ощущавшиеся как целая вечность. Петруччо и Евгеша были безнадежно утеряны еще два часа назад, когда наследники наткнулись на стаю гарпий. Нежить словно преследовала наследников, и Буслаев подозревал, что Арей наложил на них какое-то заклинание, ее привлекающее. Как выяснилось на хмырей, как и на вурдалаков, магия Вихровой действует безотказно, на мертвяков — весьма специфичным образом: те, хоть и проникаются симпатией, но от этого желание затащить в могилу у них не пропадает, а гарпии к магии нечувствительны вовсе. Мефодий оказался почти бесполезен: магия, всегда отлично работающая в экстремальных ситуациях, подводила. Никогда раньше Меф не чувствовал такой острой нехватки знаний. — Смотри, — произнесла Ната, указывая куда-то. Присмотревшись, Мефодий разглядел землянку. — Заглянем на огонек? — с сомнением спросила Ната. — Давай, — пожал плечами Буслаев. Подойдя ближе к землянке, наследники мрака почувствовали сильный темномагический фон. Даже без истинного зрения можно было разглядеть магический купол, отбрасывающий синие искры некромагии. — Ого, — Меф присвистнул. — Впечатляет. — Значит, мы на Алтае, — сообразила Ната, вспомнив недавний разговор с Ареем, когда тот рассказал им про Чуму и ее приспешницу. Буслаев начал осторожно приближаться. Магия должна была наказать наглеца, но никак себя не проявила, пропустив Мефа сквозь купол. Вихрова прошла также. — И что это было? — Возможно, наш предшественник был вхож в это место, — нервно хохотнул Буслаев. — Чума была его союзницей, — припомнил парень, — она из полуночных ведьм. А эта ведьма? Ты помнишь про нее что-то? Кроме того, что они с Чумой были союзницами. — Только про ее учеников. Кроме Багрова, сейчас это единственные некромаги. Я слышала, один много нашумел, его чуть в Дубодам не посадили. Глеб, по-моему, — Ната сморщила лоб, вспоминая. Хлипкая дверь поддалась с первого раза. — Ну, надо же, все подчистую вынесли, — хмыкнула Вихрова. — А, нет, смотри-ка, что за книжечка? Но тронуть книгу Вихрова не решилась.