Дневники Аджая

      10 октября 2014.       У меня никогда не было времени обдумать его слова. Слова этого странного человека в розовом костюме. Что за черт этот Пейган Мин? Кто он мне?       Я знаю о нем не так много, только из наших урывочных бесед и комментариев моих сотоварищей или, даже, врагов.       Я знаю, что Пейган любил мою мать. Черт возьми, судя по тону, которым он говорил о ней, он до сих пор ее любит! И моя сестра…сестренка. Лакшмана Мин, даже не верится, что в какой-то степени Пейган мой отчим, или сводный отец, или как это называется. Если то, что сказал Мин – правда, и мой отец убил ее, за что поплатился жизнью, пав от руки матери…       Да-а, вот не о таком уж отце я мечтал. Мама ничего не рассказывала о нем, а я, будучи чутким ребенком, особо не расспрашивал. Но сейчас…       Все изменилось, когда ее не стало. Я поклялся самому себе исполнить ее последнюю волю. И мне кажется странным то, что именно Пейгана больше всего заботило мое обещание. А, может, он бы и правда сразу отвел меня к сестре, где моя мать смогла бы покоиться с миром? И не нужно было бы проходить огонь, воду и медные трубы.       Для Сабала и Амиты я всегда был просто оружием. Пусть и легендарным, но все же оружием. Меня бросали в самые горячие точки, из битвы в битву. Я никогда не был бойцом, но под градом пуль учишься выживать…       Золотой путь, по моему мнению, слишком шаткая идея. Революционеры, которые выдирают себе свободу, при этом ругаясь между собой. Кого бы я ни поддержал, все заканчивалось одинаково. После сложной операции я, еле живой, приползал в лагерь, где меня ждало ведро грязи, которое выливал на меня проигравший оппонент. Это было чертовски обидно. Но Мин…Пейган, он никогда так не делал. А мы же мать его враги! Он без умолку твердил ни о чем по рации, что, если честно, развлекало меня в пути до задания. Иногда Пейган заводил разговоры на серьезные темы вроде семьи, ответственности и всего такого. А когда меня взяла в плен Юма. Его голос был таким…взволнованным? К тому же он велел, буквально приказал, чтобы меня не убивали и не калечили. Это было…по-своему трогательно. Пейган прикрикнул на меня только один раз, когда я подорвал его золотую статую у ворот, но, все равно, это и в подметки не годится оскорблениям Сабала и Амиты.       Ну и кто теперь здесь враг? Кто же мой недруг: человек, который любил мою мать и все время меня поддерживал; или грызущиеся за власть лидеры, готовые сравнять тебя с землей, если поддержишь не его? Кто больше заботился обо мне все это время: человек, который чуть не сошел с ума от волнения за твою жизнь в плену; или люди, посылающие тебя на самоубийственные задания, из которых выбраться можно лишь чудом?       Меня втянули в эту войну силой. Иногда мне хочется вернуться назад в ту комнату, во дворце, кажется, Пола. Я помню, как сидели: я, Пол, Пейган и Дарпан, человек Золотого пути. Мне хочется не вскакивать из-за стола и не бежать на крики вниз по лестнице. Я не хотел всего этого! Не хотел убивать во имя призрачной свободы! Не хотел оказываться на перепутье, меж двух враждующих лагерей.       Я ни капли не жалею о своем выборе. Я отпустил Пейгана. В конце-концов, во всем этом аду он единственный видел во мне человека и действительно хотел помочь.       Недавно от него пришла посылка. Она не была подписана, но розовая подарочная упаковка выдала его с головой. Там был изящный длинный нож с золотой рукояткой инкрустированный янтарем и сапфирами. Прекрасная и безумно дорогая вещица, как раз в стиле Пейгана. К ножу прилагалась записка, написанная убористым подчерком с аккуратными завитушками:       «Это не конец, Аджай. Давай встретимся, поужинаем. Через недельку в Нью-Йорке, устроит? Чудненько. Кафе «Роза ветров» на пятой авеню, в шесть. Жду, П.»       Никто из Золотого пути не знает об этом, им и ни к чему, это ведь просто невинный подарок.       Это было так в стиле Мина. Я еще не решил, ехать или нет. С одной стороны я нужен Золотому пути здесь, в Кирате, но с другой…иногда мне кажется, что Амита перегибает палку. Она становится диктатором не лучше Мина, и меня это пугает. Воевали за свободу, а получилось так, что просто сменили имена вождей.       Я не знаю, что делать. Я знаю, что это глупо, но…может, спросить совета у Пейгана? Мне кажется, он знает что делать. К тому же, я точно знаю, что он волнуется обо мне и окажет любое содействие, но не вернется в Кират, чтобы не поссорить нас…скорее всего.       Решено, сейчас же пакую вещи и всеми силами пробираюсь в Нью-Йорк. И почему я ни капли не удивлен, что Пейган теперь обосновался именно там? Мне кажется, там ему самое место. Даже любопытно, сможет ли он царствовать над тамошним хаосом? Похоже, я тоже схожу с ума, ведь я должен его ненавидеть, ведь он мой недруг…Я убивал его солдат, приспешников, я рушил его крепости и сжигал поля опиума, но…какой же он мне враг?       Сложно называть врагом единственного человека, который готов помочь и поддержать. Хоть он и диктатор, злодей, плохой парень, но…он не лишен хороших сторон. От этой мысли, почему-то вспомнился Пол…и его дочь, которая больше никогда его не увидит. Золотой путь не знает пощады. Иногда они забывают, что борясь с чудовищем, сами становятся монстрами, ведь поступают не лучше Мина.       Я, правда, не знаю, что делать со всем этим, но знаю только одно.…       Один билет до Нью-Йорка, пожалуйста.