Однажды по дороге счастья

      — Дэвид! — послышался крик Белоснежки, буквально влетевшей в дом. — Дэвид!        — Что? Напали? — обеспокоенно спросил мужчина, услышав голос жены. — Хвала Богам, что я еще Нила не уложил, а то пришлось бы нам очень несладко.        — Собирайтесь с Нилом, завезем его к Реджине, я ей уже позвонила, и бегом в больницу! — торопливо пробормотала женщина, смотря на него взбудоражено.        — Да что случилось? — схватив жену за плечи, потребовал ответов Прекрасный.        — Эмма уже несколько часов рожает.        — Что? — он бегом отправился за сыном, на ходу подбирая нужные вещи. — Почему мы узнаем об этом только сейчас?        — У меня что-то с телефоном, дозвониться не могли, — женщина также бросилась на сбор необходимых вещей. — Киллиан, как я поняла, с ней.       Через минуту они встретились около входа, уже готовые к отправлению.       Все происходило словно по отрепетированному сценарию: без слов Белоснежка пристегнула Нила в кресле и заняла пассажирское место в салоне, а Дэвид к этому времени уже успел прогреть машину. Младший сын Ноланов, как по заказу, не капризничал, переходя на руки к Реджине, а Генри умудрился донести просьбу — поцеловать от него Эмму и малыша — до бабушки и дедушки.       В больнице они, все же не забыв про порядок, надели халаты и бахилы и по уже выверенному маршруту отправились к палате дочери. Уже на подходе они наткнулись на врача, который должен был принимать роды.        — Доктор! Ну как она? Все успешно? Кто родился? — один за другим посыпались на него вопросы от Прекрасных.        — Успокойтесь, — примирительно подняв руки, попросил он, и пара затихла. — С Эммой Джонс все хорошо. Она в палате с мужем и дочкой.        — Девочка, — с доброй улыбкой пролепетала Белоснежка, и Дэвид, гордо улыбнувшись, обнял расчувствовавшуюся жену. — Спасибо вам!       Улыбнувшись и кивнув, явно уставший доктор отправился по своим делам, а Ноланы уже медленным шагом направились к палате. Возле входной двери, по обеим сторонам от которой находились неширокие стеклянные вставки, они остановились, практически прекратив дышать.       На койке, уставшая и растрепанная, лежала их дочь, а у неё на руках лежала их с Киллианом малышка, укутанная в одеяльце с незамысловатым рисунком. Джонс со счастливой улыбкой сидел рядом, левой рукой приобняв жену, а правой придерживая дочурку. Иногда они тихо переговаривались; Крюк легонько целовал женщину в щеку или в лоб.        — Они такие счастливые, — прошептала в какой-то момент Белоснежка. Дэвид же молчал, не спуская взгляда с дочери, зятя и внучки.        — Да, — все же ответил Прекрасный, приобняв жену. Та доверчиво прижалась к нему. — Они заслужили свое счастье.