Fast Food

      Антон окончательно забросил работу, с утра до вечера он торчал в палате Арсения. Они говорили ни о чем конкретном и обо всем сразу, они смеялись и неловко отдергивали руки, случайно коснувшись друг друга. Арс чувствовал себя подростком, впервые влюбившимся в кого-то и боявшимся признаться в этом. Боявшимся признаться даже самому себе, не то что Антону.       Антон чувствовал примерно то же, но никогда бы не сказал об этом. Ему не хотелось разрушать ту хрупкую дружбу, что начала зарождаться между ними, своей глупой влюбленностью. Глупой и безнадежной, так он считал. Он помнил рассказ друзей Арсения о его жене, он помнил красивую женщину, улыбающуюся из фоторамки и понимал, что у него нет и не может быть шанса.       За всеми этими проблемами Арс не заметил, что друзья перестали приходить, ограничившись редкими звонками. Он не слышал грусти в фальшиво-радостном голосе Димы. Он не улавливал боли в словах Сергея. Он просто жил в маленьком мирке своей больничной палаты, где были только он и Антон, а больше ничего и не надо.       Арсений провел в больнице уже несколько недель и успел прилично обрасти, поэтому сегодня Антон тайком протащил в палату бритву, намереваясь сделать из своего нового друга человека. - Что это там в пакете? - подозрительно спросил Арс, заметив хитрую улыбку парня. - Ты уже выглядишь как леший! Поэтому я подумал, что тебе стоит побриться. - Хорошо, давай! - улыбнулся Арс, протягивая руку к пакету, но Антон не спешил его отдавать. - Можно я сам? - смущенно пробубнел парень. - Ладно, - улыбнулся Арс, усаживаясь на стул.       Антон неторопливо извлек из пакета все необходимое: пену, бритву, лосьон, помазок, наполнил теплой водой из термоса одноразовую тарелочку. - Ну что, приступим? - с преувеличенной бодростью спросил парень, стараясь скрыть волнение, потому что касаться Арса - это определенно волнительно. - Приступим! - ответил Арсений, усаживаясь поудобнее.       Помазок щекотал кожу, крем для бритья приятно ее охлаждал, Арсу нравилось. Нравилось смотреть, как смущается Антон, как он водит рукой, аккуратно размазывая крем, как улыбается каким-то своим мыслям. А потом в руках юноши неожиданно появилась бритва, а лицо вдруг оказалось настолько близко, что Арс мог чувствовать на себе теплое дыхание Антона. Это пугало, но в то же время и будоражило, возбуждало... Арс мысленно чертыхнулся, почувствовав стояк, но Антон, кажется, ничего не заметил. Все его внимание было приковано к лицу мужчины, он старался брить аккуратно, чтобы не осталось порезов.       Антон приподнял лицо Арса за подбородок, чтобы открыть себе лучший доступ, но случайно заглянул в глаза мужчины, и его понесло. Послав все к черту, парень резко уселся Арсению на колени, прижавшись губами к губам мужчины, в любой момент ожидая, что его оттолкнут, но сопротивления не последовало. Они целовались долго, останавливаясь только для того, чтобы вдохнуть воздух. Язык Антона хозяйничал во рту Арса, но вот уже инициативу перехватил мужчина. Он целовался как-то неуверенно, успев отвыкнуть за эти два года, но вскоре уже покусывал губы Антона, заставляя того тихо стонать ему в рот. Арсений переместил руки парню на ягодицы, обхватывая так, что, наверное, останутся следы, да и пусть. Такую лишнюю сейчас одежду хотелось разорвать и выбросить к чертям, член больно упирался в резинку боксер, причиняя некоторые неудобства, у Антона тоже стоял. После секунды раздумий, Арсений расстегнул джинсы парня, выпуская напряженный член наружу и, немного полюбовавшись розовой головкой, легко дотронулся до нее. Антон застонал, но все же запустил ладонь в пижамные штаны мужчины, вырывая хриплый стон и из него. Палата наполнилась хлюпающими звуками и тихими вскриками. Арсений кончил первым, сказались два года без секса. Антон вскоре последовал за ним, с тихим стоном изливаясь в кулак мужчины. Арс натянул на себя штаны и обессиленно завалился на кровать, утыкаясь лицом в стену. Осознание произошедшего накрыло с головой, и он корил себя за то, что не смог сдержаться. - Я хочу... - пролепетал Антон. - Ты хочешь уйти, - холодно прервал его Арс.       За спиной раздался звук застегиваемой молнии, шаги, едва слышный вздох, а потом хлопнула дверь, и палата погрузилась в тишину.       Арсений все еще лежал лицом к стене, убеждая себя, что так будет лучше для них обоих. Антон еще совсем мальчишка, глупый ребенок, влюбившийся в полоумного вдовца. Арсений ничего не может ему дать, не может даже любить в полную силу, ведь образ жены отпечатался в мозгу, не давая даже спокойно вздохнуть. Антон еще молод, и может быть счастлив. Но не с ним. Определенно не с ним.