Кровь на моих руках

      Я подняла голову и громко зевнула - опять уснула за работой. В комнате царил полумрак, нарушаемый светом одной единственной лампы. На стенах плясали причудливые тени, отбрасываемые штативами и колбами. Лаборатория Ханджи находилась в одной из комнат подвала, обеспечивая тем самым безопасность всем обитателям замка в случае, если очкастая вздумает что-то перепутать, или того хуже - взорвать. Здесь всегда было прохладно, сыро и темно. А еще тихо. Ничто не нарушало гнетущей, зловещей обстановки, царившей в обители главной ученой развед отряда.       Оторвав голову от стола, я села прямо и потерла переносицу, пытаясь собраться с мыслями. Плед, до того покоившийся на плечах, медленно сполз вниз. Ага, значит тут была Ханджи, и успела меня укрыть. Интересно, сколько я проспала? И который сейчас час? Здесь, внизу, время течет совсем по другому - нельзя сказать с уверенностью, день наверху, или ночь, идет ли дождь, или светит солнце, а может небо уже усыпано хрусталиками звезд. На столе стояла кружка с горячим чаем, заботливо оставленная Зое. Я мысленно поблагодарила девушку и впилась окоченевшими пальцами в стенки чашки, втягивая носом чудесный аромат заваренных трав. Напиток обжег губы и кончик языка, прогоняя остатки сна и разнося по телу приятное тепло. "Соберись. Пора работать" - настойчиво прошептал внутренний голос и я слегка улыбнулась. Совсем недавно тоже самое говорил капрал... "Твои знания полезны, пока ты жива. Сначала выложить все, что знаешь, потом хочешь - живи, хочешь - умри "- это тоже сказал он. Улыбка сползла с лица вместе с хорошим настроением, а во рту появился привкус горечи. Черт, как же обидно было все это слышать! И, что еще хуже, понимать что Ривай прав. Все здесь, включая Зое и Эрвина, видели во мне только набор информации. И переживал Эрвин мое исчезновение только потому, что боялся упустить шанс одержать победу над титанами с помощью меня. Допив чай я подошла к одному из столов, взяла горелку и большую колбу с круглым донышком, закрепила все это на штативе и открыла настенный шкаф. Выудила от туда мисочку , ступку и колбу с желтым порошком серы. Вернулась к столу, и нагнулась, поднимая с пола корзину, полную одуванчиков. Рука, тянущаяся к ножницам, замерла. А у меня получиться... сделать все правильно? Ничего не испортить? Нет, нельзя поддаваться сомнениям, нельзя останавливаться! Щелочек, и коричневая головка цветка покатилась по полу.       Как странно устроен все таки мир. Всю жизнь я стремилась к этому - оборвать все нити, начать жизнь с чистого листа, позабыв прошлое, словно страшный сон. И сейчас, казалось бы, цель достигнута. Меня ничто и никто не держит. Я свободна от всех оков, которые могут существовать, ни к чему не привязана, сама по себе. Но почему же тогда мне так плохо? Почему одиночество, такое желаемое, стало вдруг мне в тягость? Почему от одной мысли, что я никому не нужна, сердце сжимается, словно в тисках? Может, я уже и отвыкла от этого чувства? А может, просто никогда его и не знала?       В мисочку падали почерневшие стебельки одуванчиков. Мерное щелканье ножниц на их головках убаюкивало переживания, успокаивало щемящую боль. Нет, я ничего не забыла! Я не забыла этого чувства, просто отвыкла за то время, что провела в моем мире. Но ни к чему я еще так не стремилась, как к возможности остаться одной, полностью подчинить себе свою жизнь, быть уверенной в каждом шаге, в каждом сделанном выборе. Теперь мне нечего бояться, нечего терять. Все мои слабости остались в том, другом мире. Моя семья, моя единственная, жизнью подаренная слабость, от которой я бы не смогла ни за что отказаться, - теперь далеко. Все, что у меня есть - воспоминания, и их ничто у меня не заберет.       Корзина опустела и я почувствовала себя уверенней. Разминая стебли в кашицу, выдавливая из них сок, я ощущала себя безумной ученной. Сок одуванчиков медленно, точно кровь по венам, тек по стеклянным трубочкам, очищаясь от примесей и стекая в колбу с круглым дном. - Бу-га-га! - я потрясла руками, отбрасывая корявую тень, как это делают обычно в фильмах, и прыснула от смеха. Веду себя, точно малое дитя. Подожгла горелку и стала прогревать сосуд с жидкостью, медленно, аккуратно высыпая внутрь желтоватый порошок. Минут через пять содержимое колбы поменяло цвет и структуру, превратившись из белого молочка в тягучую консистенцию телесного цвета. - Получилось? Неужели получилось? - я задохнулась от восторга, - у меня получилось! Перелив содержимое колбы в формочку, я с самым торжественным видом зашагала по темному коридору в направлении лестницы, наверх, на улицу - сушить резину. Вот Ханджи обрадуется, когда увидит результат моего труда! Но хвастаться было некому. Замок погрузился в глубокую дрему, и неудивительно - было уже далеко за полночь. Я постояла на месте, на минуту потеряв всякую цель, осматриваясь вокруг, словно впервые оказалась в этом коридоре. Мысли разбегались бешеными тараканами, но мне удалось поймать их и водрузить на место, наконец определив маршрут, ведущий во двор. Выйдя на улицу, поежилась от холода и прикрыла глаза, блаженно вдыхая ночной воздух. Черное, бархатистое небо было усеяно тысячами звезд. Я присела на ступеньку и стала искать созвездия, но ничего знакомого так и не нашла, немного удивившись, но ничуть не расстроившись. Сейчас я просто не могла грустить, мне было спокойно и весело. - И давно тут сидишь? - за спиной раздался тихий хрипловатый голос. Я подскочила, слишком резко для своих лодыжек, и шмякнулась на землю, успев протереть своей попой несколько ступенек. Хоть резину не разлила, было бы смеху. На крыльце стоял Леви, поглядывая на меня, точно на таракана, так неудачно попавшегося на глаза. - А ты давно по замку бродишь, людей пугаешь? Капрал, не обращая на мои слова ни малейшего внимания, самодовольно хмыкнул: - Что, бессонница замучила? Это болезнь стариков, чтоб ты знала. Вот гад! Теперь получается, я не просто таракан, а еще и старый таракан! А сам то не лучше, чистоплюй отмороженный! - Я смотрю, она и тебя мучает. - я вскарабкалась на ступеньку и похлопала ладошкой рядом с собой, состроив самую невинную мордочку - Ну садись, старичок, вместе будем бодрствовать. Леви, казалось, опешил от такой наглости, приоткрыв рот, потом закрыв, совершенно не зная, что ответить. Видимо, придя в некое подобие согласие с самим собой, он спустился и, к моему глубочайшему сожалению, сел рядом. Иди спать, не порть мне настроение! Я натянуто улыбнулась, на что морозильник отозвался многозначительным взглядом вверх. Некоторое время мы молча сидели, думая каждый о своем. - Ты много о звездах знаешь? Я очнулась от раздумий и подняла глаза к ночному небу. - Много... - Расскажешь? Мы сидели и говорили. О кометах и метеоритах, о планетах и звездах. А они мерцали над нами, холодные и далекие, словно воспоминания. Риваю было интересно абсолютно все,о чем я рассказывала. Он внимательно слушал, переспрашивал, уточнял детали, задавал вопросы и отвечал на мои. Его познания, конечно же, были куда беднее моих, и все же, к концу нашего разговора я знала о созвездиях этого мира так же много, как и о своих. С неба сорвался огонек и полетел по направлению к горизонту. - Смотри, падающая звезда! - я хватанула Леви за рукав, указывая на яркую полосу света, - Загадывай желание! - Зачем? - капрал смотрел на меня своими серыми, холодными глазами, и в них замерцали далекие огоньки. - Ну как же, если загадываешь желание на падающую звезду - оно обязательно сбывается! Леви фыркнул: - Ты веришь в эту чушь? - Надо же во что-то верить... Капрал помолчал немного, а потом встал и начал подниматься по ступенькам. - Уходишь? - не знаю, зачем я это спросила, но тут же успела отругать себя за излишнее любопытство. - Я иду спать. И тебе советую. Он зашел в замок, даже не обернувшись, а я так и осталась сидеть, вглядываясь в черноту ночного неба. Капрал шел по пустому коридору, размышляя над словами девушки. Интересно, а во что он, Ривай, верит? В собственную силу? В победу человечества? Леви не знал ответа на этот вопрос.

Смотри, падающая звезда! Загадывай желание!

Желание. Чего же она желала? Ривай не знал ответа на этот вопрос, но очень хотел бы. Может вернуться и спросить ее? Нет, как глупо это будет выглядеть? Леви мысленно представил себе ее удивленное лицо, большие глаза в обрамление пушистых ресниц, и губы его дрогнули. Капрал остановился, пораженный своими чувствами. Что же таково в этой девчонке, что она заставляет его улыбаться? Вместе с удивлением пришло мимолетное желание. Он знал, что загадает звезде.

Хочу всегда быть рядом с ней...