Кровь на моих руках

Иногда прелюдия - самая интересная часть спектакля. А иногда - нет...

      Комната тонула в полумраке надвигающихся сумерек. Солнце едва ли выглядывало из-за кромки леса, последними лучами врываясь в помещение, создавая таинственную но, тем не менее, теплую и приятную атмосферу. В отдаленном углу комнаты на диване в полу сидячем положении разместился мужчина. Он откинул голову на спинку, блаженно прикрыв глаза, уставшие, горящие после целого дня напряженной работы. Его сознание колыхалось на грани яви и сна, по натруженным рукам и ногам прошлась приятная судорога, за которой последовало чувство расслабления.        Она вошла неслышно, мягко ступая босыми ногами по полу, легонько шурша складками юбки. Но именно этот, едва ускользающий, звук разбудил Ривая, а может вырвал из полусна. Наблюдая из под прикрытых век за мягкой, кошачьей поступью девушки, он ощущал едва уловимое волнение, тугой комок желания, сплетающийся где-то внизу.       Подпорхнув нежной бабочкой, она аккуратно опустилась к нему колени, обхватив его бедра своими ногами, наклонилась, легонько касаясь своими волосами его лица. Поцеловала. Нежно, невесомо, едва заметно, обдав горячим дыханием губы. Он не пошевелился. Девушка отстранилась, Ривай даже решил, что она уйдет, затем снова поцеловала его, в этот раз настойчивее. Скользнула языком по его губам, не прекращая поцелуя, плавным движением руки сняла с шеи платок. На секунду оторвалась, судорожно вздохнув, словно сделать это стоило ей больших усилий. Аккуратно сложив платок, положила его на край дивана и снова повернулась к Риваю. Скользнула руками по его груди, коснулась шеи, лица, темных как ночь волос. Мужчина медленно, как бы сонно, открыл глаза, боясь спугнуть это чудесное видение. Она смотрела на него, лихорадочно блестя огромными карими глазами, слегка подсвеченная лунным светом. Он нежно,плавно провел ладонью по её спине, погладил распущенные шелковистые волосы, очертил линию лица, коснулся век, губ, заставляя её дышать чаще, нежным, плавным движением спустился от шеи к груди, где бешено колотилось её сердце. Девушка глубоко вздохнула, наклонилась к нему, поцеловала. Он ответил.       Время давно перевалило за полночь. Луна, совершая свой привычный обход по ночному небу, висела теперь в зените, едва ли проникая своими серебристыми щупальцами в окно. Во мраке, расположившись на диване, полусидя, полулежа расположился мужчина. На его коленях, прильнув к груди, умостилась девушка. Он нежно гладил её по волосам, чувствуя, как по телу разливается приятное тепло и ощущение полного покоя. - Знаешь, в следующий раз я сниму таки с тебя эту юбку. Девушка оторвала голову от его груди и нежно улыбнулась. - Возможно, - промурлыкала она. - Но тогда тебе придется снять штаны. Кажется, мысль эта смутила её, а может только рассмешила, и она снова уткнулась носом в его грудь. Он представил себе картину, где оба они раздеты до нижнего белья, и почему-то тоже смутился. - Думаешь, мы спешим? - Ривай поморщился. Сегодня она сняла с него рубашку, он - кофточку. Лифчик оставил, уж больно хлопотно было с ним возиться. К тому же он не хотел торопить, боялся, что девушка испугается и уйдет.       Им было неловко, было жарко и... им было хорошо. Так хорошо, что казалось, будто большего быть и не может. Они провели несколько часов, изучая тела друг друга, нежно, не спеша, по-особенному волнующе. Её легкие касания, слега неловкие, смущающие, будоражили кровь, вызывали странное чувство эйфории. Впервые в жизни Ривай ощущал себя. Границы своего тела. Они были там, где к нему прикасалась она.        Его движения были плавными и нежными. Натренированные, шершавые руки скользили по её атласной коже, вызывая волну дрожи в руках. Там, где он касался её тела, распускались бутоны огненных цветов. Их аромат - его аромат, кружил голову, пьянил, как сильнейший наркотик. Кто бы мог подумать, что простые касания могут так возбудить её, а нежные, невесомые поцелуи довести до высшего наслаждения. Это было чем-то большим, чем простое соитие. Они не занимались сексом. Они занимались любовью. Первозданной, настоящей, сливающей две души воедино, превращающей их тела и желания в искусство. - Я не знаю, - её шепоток вывел его из транса. - Мне и так хорошо. - Верно, - Леви нежно поцеловал её в макушку. - Спешить пока некуда.