— Кхм, я кто?

— Врач, прекрасный анатом, без алиби за день до происшествия, — негромко читал Себастьян своим приятным слуху голосом, написанные данные на листке с невозмутимом лицом, — Да ещё и «Связанный с тайным обществом или чёрной магией», — дворецкий быстро пробежался взглядом по нам, сидящих на мягких креслах, этим театрально выдерживая паузу, и вернул внимание на кусок бумаги, — Есть только один человек, подходящий по всем пунктам. Это — Виконт Дрюи, лорд Алистер Чембер. Я потупила взгляд в раздумии. Виконт. Такое же знакомое имечко, как многие другие. С ним у меня ассоциируется извращенство и хитрость, не более. В сознании всплывает светлый оттенок волос и отвращение к глазам, цвета, напоминающий лепестки сирени. Вроде, про него мне говорил Грелль, когда протягивал какие-то бумажки в конверте. У Дрюи, кажется, в скором времени должен быть бал. О боже, если эти «детективы» собираются на него пойти, чтобы чего-нибудь разведать, то уж точно без меня. Лучше у себя в особняке посижу и книжку почитаю. Я не хочу идти не потому, что противен этот лорд, а из-за банальной лени и нехотения хоть что-то делать. Хотя, из-за отвращения тоже. — Виконт закончил медицинский колледж, но никогда не работал в госпитале и вообще отошёл от специальности. Он часто устраивает светские приёмы в период сезонов, — темноволосый красивый дворецкий всё не заканчивал свою нудную речь, из-за которой сейчас чуть ли не засыпаю от скуки. Ну, ладно, признаюсь, не понимаю я ни словечка. Что за специальность? Какие, черт вас подери, медицинские колледжи? Эй, люди, вы о чём? Эй! Тут, как-бы, человек не в теме! Ну и игнорируйте дальше, сволочи. Пошли вы в жопу, твари неблагодарные. Ах, да. Моя месть будет страшна, так что готовьтесь к апокалипсису! Аха-ха-ха! Блин, Грелль, где моя валерьянка, когда она так нужна? — Но ходят слухи, — что он конечный дебил, — Что он также проводил вечера для узкого круга посвящённых. — Идиотская Интересная, однако, личность, — я закинула ногу на ногу и устремила свой взор алых глаз с улыбкой на лице на стол, стоящий перед тремя креслами с дорогой обивкой. Ух ты, да это же тортик! Надо его схабать*! Эм, то есть, оу, что за на вид вкусный торт стоит перед мной? Надо его быстрей съесть, пока он не убежал. Боже, что за разноцветная наркомания у меня в голове? Что было в том чае, который подал Себастьян? Конопля? Что-то подозрительно. Я, это, если что слежу за вами. — Итак, — начал занудствовать теперь уже всё видящий китаец. Да когда наконец наступит молчание? А то уже все мозги этими расследованием промыли! Мои уши хотят почувствовать тишину! — Есть подозрение, что на этих «вечерах» устраивает некие церемонии… И приносит падших женщин в жертву, — Лау взял элегантно чашку чая и немного отпил его. Надеюсь, этого парня, как меня, не попрет в царство радужных пони с розовыми крыльями, какающих бабочками. Мир тесен. На двоих наркоманов в нём места не хватит. Я хочу править одна! Чёрт, опять. Сиэль на такие утверждения китайца задумчиво хмыкнул. Он, что, дегустатор вилок, раз держит одну из этих столовых приборов у себя во рту уже тридцать четыре секунды? Так, мысленно даем себе пощёчину и превращаемся в адекватного человека, а то как-то не серьёзно себя веду. Я же благородная грудастая женщина с тараканами в голове! Мне нельзя так себя вести! Да блин, кто всю эту дурь мне в голову пихает? Требую, чтобы некто это остановил! И быстро! О, кажется прошло. Да наконец-то. Какой же всё-таки мелкий красивый. Прибавить бы ему разноцветную бороду с бровями и беленькие кошачьи ушки в красный горошек… Всё, забиваем на это и слушаем дальше. С этим бесполезно воевать. — Сегодня в семь пополудни Виконт Дрюи принимает гостей, — опять начал докладывать Себастьян, — Сезон скоро заканчивается. Думаю, не следует упускать такую возможность провести расследование, — но вот только не это. Да неужели они правда туда пойдут? Ну им и скатертью дорога. Удачи всё узнать, ага. Только меня не троньте, а то плохо будет. Что это так на меня все смотрят? Что, никогда обкуренную женщину не видели? Слушайте, мне это не нравится. Я чувствую: сейчас буит мясо.* — Мадам Рэд, — начал Сиэль, положив бедную вилку на тарелку, где осталась лишь дюжина крошек от некогда вкусного торта, — Не смотря на свою, кхм, проблему, Вы можете что-то сделать? — так, а вот сейчас не поняла. Он меня недооценивает? Если у его тётки память отшибло, это ещё не значит, что она беспомощна, как ребёнок, который не научился ходить! Она многое может и с амнезией. Никогда не стоит недооценивать миссис Даллес, мальчик мой, никогда. Ты же не знаешь, что творится у неё в голове. А там уж точно не радуга на небе мерцает и птички поют очередную серенаду. Всё гораздо хуже. — Одну секунду, — на сколько могла мило улыбнулась, показывая свои белоснежные ровные зубки, и слегка повернула голову назад. За креслом, на которым в данный момент сидела, спокойно стоял Грелль с скрещенными сзади руками. Его я поманила пальчиком к себе, чтобы задать кое-какой вопрос. Тот, немного покраснев, резко двинулся ко мне, из-за чего чуть не упал. Когда этот неуклюжа наконец склонился над мной, я слегка слышно прошептала ему на ушко: — Те бумажки, что ты мне отдал, не были билетами на этот бал? — мой дворецкий согласно закивал. Вот и хорошо. Теперь действуем по несуществующему плану. — Конечно, Сиэль, могу. — уже громко произнесла, махнув рукой, чтобы Сатклифф вернулся на своё прежнее место. — Тогда решено, — Фантомхайв немного прикрыл сапфировый глаз, не скрытый повязкой. Устал, скорее всего. От его вида у меня сердце разрывается от печали. Как же ему тяжело, наверное. Надо как-нибудь съездить в, например, цирк или что-то на подобие. Он всё же ребёнок, хоть и ведёт себя как настоящий взрослый. — Я должен попасть на этот «особый приём» любой ценой. — сказал, как отрезал, ей богу. Мальчик мой, из тебя холоднокровие можно черпать ведрами. — Я не могу идти туда под своим именем. Но упустить такой шанс, — Сиэль тяжело вздохнул. И тут в мою больную голову пришла такая же больная идея: — Оденься в девку. Соблазнишь этого Виконта и всё узнаешь. — Стоящая идея, Мадам. — Ч-что? Я вообще-то пошутила…

***

Ненавижу. Ненавижу этот особняк. Ненавижу этих людей. Ненавижу это платье, хоть оно и роскошное. Не-на-ви-жу! Всё ненавижу, ведь меня всё-таки заставили идти на этот бал. Как-бы не упиралась, чтобы остаться у себя или у Сиэля, всё равно притащили сюда. Ну что за невоспитанность? Видно же, тётя Анджелина не хочет никуда идти. Так нет, им просто «жизненно» необходимо моё присутствие? Зачем? Я что, должна буду следить за ними, как за малыми детьми? Или просто так, поддержать? Всё настроение испортили, гады. В воздухе летал приятный запах духов. Повсюду раздавались разговоры. Все присутствующие здесь люди нарядились воистину как на показ мод: женский пол в шикарные платья из разной дорогой ткани; мужской в неподражаемые смокинги. Только вот Сиэль не подходил не к одному из этих типов. Он же парень, но одет в платье. Оно прелестное и милое, розового цвета. А шляпа с розами выглядела просто великолепно на фоне длинных темных волос с синим отблеском, которые являлись частью парика. Любой парень согласился бы бороться до конца за сердце такой юной особы, будь она нужного пола. Сам же хозяин такого образа, как сразу видно, был не рад такой сложившейся ситуации: ровная бровь, которая была не закрыта шляпкой, свелась к переносице, как только наша компания прибыла сюда; немного пухлые губы сжаты в полоску; пальцы в перчатках сжаты в кулаки. Всё-таки, не мне одной здесь неприятно находиться. Я несильно махнула имеющимся у меня чёрным веером, отчего по лицу прошлись невидимые волны воздуха. Немного трудно дышать из-за туго затянутого корсета. Да и вдыхать почти нечего. Вся эта какофония некогда приятных запахов парфюмов смешалась в непонятный калейдоскоп, заставляющий появится тошнотворный ком в горле. Да и тряска в карете хорошо напоминала о себе. — Я пятой точкой чувствую, сегодня будет весело.