— Кхм, я кто?

В комнату зашёл довольно странный мужчина. Наряд его представлял собой удлиненный темный сюртук, белую рубашку, прямые брюки и туфли на плоской подошве. Длинные каштановые волосы собраны в хвост, перевязанный красной лентой. Вместо для меня привычного галстука использовал шейную ленточку в бело-красную полоску. Он был красив лицом. Ядовито-зелёные глаза смотрели сквозь очки с красной оправой. Но вот вся его красота была какая-то… Слишком женственная. А может, ну, того? Всё возможно. Знаете, он меня напугал своими глазами. Они были словно нечеловеческими. Как-будто в мою сторону смотрела какая-то нечисть. Я громко вскрикнула, быстро забежала за кровать, взяла в руки что первое попалось, кой оказалась декоративная ваза с красивой росписью полевых цветов, и постаралась принять бесстрашный вид. Это «нечто» с удивлением уставилось на меня и подняло руки вверх, якобы сдаётся. Оно сделало шаг ко мне, но я его остановила словами: — Стой, где стоишь! Из-за нервов, я всё же пустила в него вазу. Но она со звоном разбилась о дверь, пролетев рядом с головой этого чуда. Разноцветные осколки посыпались на спину мужчины. Зелёноглазый прикрыл руками голову, дабы защитить. В этот момент в комнату забежал ещё один человек. Он имел внешность высокого, статного молодого человека с черными волосами, карими глазами и бледной кожей. Одет в типичный наряд дворецкого века, эдак, девятнадцатого, состоящий из черных брюк, черных туфель, двубортного фрака на шести пуговицах и серого жилета под ним. На пуговицах его пиджака и манжете изображен некий герб. Также, имелись белые перчатки на руках. Могу сказать, что даже этот пришедший, выглядевший не столь необычно, как то нечто, но так же меня насторожил. От их обоих шла необъяснимая аура. — Мадам, что случилось? — кареглазый быстро оглядел меня в одеяле, осколки на полу и эту нечисть. При этом, его лицо оставалось хладнокровным и бесчувственным. Я оставила вопрос, который, вроде как, назначался мне, без ответа из-за ещё большего ступора. — Мадам? — мужчина начал идти в мою сторону. Но у моей персоны опять сработал животный инстинкт, так что в руках теперь был крепко зажат канделябр с потухшими свечами, стоявший раньше на прикроватной тумбочке. — Мадам? Мадам Рэд? Что случилось? Вы чего-то испугались? — кареглазый отступил, чтобы не пугать ещё больше ненормальную меня. — К-какая «Мадам Рэд»? Это не моё имя! Вы кто такие?! Как я здесь оказалась?! — канделябр был направлен в сторону этих двоих, как шпага на противника. Дыхание от волнения сбилось, так что дышала глубоко и громко. Кончики пальцев заледенели от быстрого биения сердца. Я поправила свободной левой рукой одеяло на теле, облаченное в тонкую, просвечивающую, красную сорочку с чёрным бантиком на груди и мысленно приготовилась ко всему. — Я была у себя дома, на чердаке. Мама заставила убрать его. Ну, захотелось спать и заснула. А проснулась каким-то образом здесь! Как это понимать?! — голос сорвался на крик. — Госпожа, Вы бредите. У Вас, видимо, жар! — произнесло нечто звонким, немного женским голосом. — Давайте всё спокойно обсудим, Госпожа! — эти слова были не лишены смысла. Я задумалась. Да, нам надо поговорить в ни такой напряженной обстановке и выяснить, что и как произошло со мной. Это будет хорошим решением. — Ну, давайте, — опустила канделябр, глубоко вздохнула и шумно выдохнула. «Сейчас всё выяснится, и шумиха утихнет», — подумала я. Но вот стоило только снизить обороты, как из моих рук, со скоростью света, кареглазый выхватывает мое «оружие» и бьет им меня по голове свечами. — Поговорим… Тварь во фраке, — в глазах темнеет. Тело падает на пол. Последнее, что я увидела, это было довольное лицо черноволосого гада. Ты ещё заплатишь. Я злопамятная.

***

Шёпот. Негромкий шёпот раздавался подле меня. Он был похож на шелест листьев при тихом ветре, что так нежно и трепетно ласкал мои уши. Так же можно было чётко расслышать, как дерзкий дождь стучит по стеклу. Он как-будто разгневался на людей, а теперь быстрыми каплями, громом и молниями высказывал своё крайнее недовольство. Эти двое звуков — шёпот и дождь — смешались в одну умиротворенную мелодию. Под нее не хотелось сочинять стихи и песни, а просто спокойно лечь на кровать и не открывать глаза, чтобы не видеть тот прогнивший насквозь мир. — Не трогайте её. Она пока что ещё не очнулась, — уже громче начали раздаваться слова около меня. — Нет, она давно уже очнулась. Да, Мадам? Я лениво раскрыла глаза. Солнце привычно не ударило по глазам своим светом, ведь небо было затянуто толстым слоем серых туч. Везде был полумрак, если не большой и знакомый канделябр на тумбочке. Он осветил лица рядом стоящих к моей кровати людей. Перед мной на стуле сидел бородатый дяденька с добрыми, миндалевидными, зелёными глазами и лысой макушкой. Его белоснежный медицинский халат резко контрастировал с тёмными оттенками комнаты, из-под треугольного выреза которого были видны края чёрного фрака и узел серого галстука. У него в руках была слишком толстая, но вполне стандартная тетрадка, а так же длинное белое перо. А сзади стояли тот кареглазый и довольно низкий на вид тринадцатилетний подросток с голубовато-черными волосами и глубоким синим левым глазом, а второй закрывала чёрная повязка. — Итак, Госпожа Анджелина, начнём с того, что же с Вами произошло за прошлые двадцать минут, — дяденька что-то написал пером в тетрадке и стал смотреть на меня в упор. Ладно, так уж и быть, поведаю тебе свою историю. — Итак, начну с того, — нагло перефразировала я мужчину, — Что я никакая не Анджелина и Мадам Рэд, — изобразила в воздухе кавычки и закатила глаза. Боже, уже как-то раздражает, что меня называют другим именем. Как-будто клеймо прикрепили. — Продолжаю тем, что я была у себя дома и убиралась, а затем устала и заснула, — да, блин, устала сидеть на кресле, — И просыпаюсь, — оглядкой осматриваю комнату и раскидываю руки в разные стороны, — Здесь! А там дальше подошли трансвестит и быдло во фраке. Последний меня вырубил. — Та-а-ак, — доктор снова что-то написал у себя в тетрадке, — И что теперь по этому поводу Вы думаете? — Меня похитили! — Господин Сиэль, как я думаю, у Вашей тёти психологическая травма связи с тем, что с ней случилось несколько лет назад. И эта травма наконец проявила себя. Когда Вам удобно будет посетить нашего лучшего психолога?