Чемпионка Райвенкло

      С момента проверки волшебных палочек прошло две недели. А с момента выхода серии статей Риты Скитер о Турнире Трех Волшебников неделя, четыре дня и пять часов. Почему Элизабет так хорошо это помнила? Да потому, что эти статье перевернули ее жизнь с ног на голову. Опять.       Был разгар обеда, но хоть девушка и хотела есть идти в Большой зал она не собиралась. Сейчас она сидела в библиотеке и пыталась заменить еду книгами. Но урчащий живот не давал ей ни малейшего шанса сосредоточиться. Элизабет вздохнула и откинувшись на стуле устало потерла глаза и огляделась. Да, библиотека вновь стала ее убежищем. Вновь, практически каждый вечер она проводила здесь. Да и не только вечер. Обеденные перерывы, ужины, все свободное время. Если бы не Гарри с Гермионой, с которыми волей случая она сдружилась на фоне всех потрясений,  она бы наверное уже умерла с голоду. Они постоянно приносили ей еду, подбадривали ее и поддерживали. Они единственные, кто общался с ней во всей школе. Даже некоторые учителя стали относиться к ней очень холодно, несмотря на ее успеваемость. А все из-за этой Риты Скитер! Как, как она все разнюхала!       От досады и злости девушка стукнула кулоком по столу. В пустой библиотеке этот звук был подобен грому. Элизабет уже ждала, что мадам Пинс выставит ее, но кажется той самой не было в библиотеке. Облегченно вздохнув, райвенкловка закрыла глаза. И тут же перед ее мысленным взором начали плясать газетные заголовки тех статей которые понаписала Скитер.       " Пятый чемпион Турнира Трех Волшебников - дочь Пожирательницы Смерти!" " До каких пор Альбус Дамблдор будем позволять темным магам свободно творить зло в школе Хогвартс?!" "Элизабет Бёрк - жертва или хитроумная злодейка" " Отец Гарри Поттера спал с Пожирательницей! Что это, предательство или заклятье Империо?" " У Гарри Поттера есть сестра!" " Сестра Гарри Поттера возможно будущая Пожирательница смерти".       Громкие заголовки, длинные статьи. Статьи в которых очень много воды, еще больше абсурда и очень мало фактов. Но как оказалось этого хватило большинству студентов. Все тут же начали считать ее монстром. Чуть ли не будущим Темным Лордом. А некоторые всерьез поговаривали, что это она заставила Джеймса Поттера переспать с ее мамой, чтобы стать сестрой Гарри.       Сначала Элизабет пыталась объясниться, приводила веские доводы, но потом плюнула. Печатное слово Риты Скитер оказалось весомее. А статьи выходящие с бешеной скоростью становились одна популярнее другой. Люди охотно верили этой чуши, распростроняющейся по всему Лондону огромными тиражами, и их абсолютно не интересовала правда. Это Элизабет поняла достаточно быстро и просто прекратила попытки.       Дядя писал ей каждый день, подбадривал, просил держаться и не унывать. Рассказывал интересные истории со своей работы, присылал книги, жалел, что не может быть рядом в это тяжелое для девушки время. Но не только дядя присылал письма. Поток гневных громовещателей, письма с проклятьями и угрозами и даже с какими то порошками! Хорошо, что Гермиона была с ней, когда она начала получать странные письма и научила диагностирующим чарам, чтобы не попасться под, что-нибудь неприятное. Опыт дядюшки в работе с проклятыми вещами тоже пришелся кстати. Но прочитав и обезвредив пару десятков писем, девушка поняла, что они все одинаковые и бестолковые. Вскоре она даже перестала брать их в руки и просто отправляла заклинанием левитации в камин.       Элизабет еще раз вздохнула и открыла глаза. Пора было идти на урок. А так не хотелось! Сейчас была трансфигурация со слизеринцами, а потом зельеварение с гриффиндором. Забавно, в каждом уроке были свои плюсы и минусы. На трансфигурации профессор Макгонагалл начала относиться к ней предвзято, зато слизеринцы были к ней лояльней всех. А на зельеварении профессору Снейпу было глубоко наплевать на все, кроме его зелий. А среди гриффиндорцев были Гарри и Гермиона, которые не дадут ее в обиду своему факультету. Поднявшись из-за стола она направилась на урок. Так странно, еще недавно она терпеть не могла Гарри, а сейчас все больше и больше к нему привыкала. Конечно, она все равно держалась сдержанно и больше общалась с Гермионой, но все таки внутри нее уже происходило непоправимое изменение отношения к своему сводному брату.       Оба урока прошли тихо и без приключений. Когда закончилось зельеварение, девушка вновь собиралась отправиться в библиотеку, но Гермиона не дала ей этого сделать. Она схватила девушку за руку и потащила в Большой зал. Она говорила, что достаточно прятаться и пора показать всем, что она ничего не боиться. Спорить с Грейнджер все равно, что просить слона подвинуться. Абсолютно бессмысленно. Поэтому Элизабет покорно пошла с ней.       Гарри присоеденился к ним только спустя полчаса. Он был весь как на иголках. Порывался, что то рассказать девушкам, но сдерживался. Наконец, когда они поели и вышли из Большого зала, Гарри увел девушек в пустынный коридор и показал им письмо.       - Крестный ответил! На следующих выходных. В Хогсмиде. Мы все наконец-то узнаем. Девушки пораженно смотрели на него. Гермиона выхватила письмо и перечитывала. А Элизабет просто стояла. Неделя. Неделя и они все узнают.

***

      Преподаватели Хогварста решили, что перед первым заданием турнира нужно дать детям развеяться и на субботу был назначен поход в Хогсмид. Спускаясь в Большой зал на завтрак, Элизабет очень нервничала. Даже то, что первый тур уже во вторник не пугало ее так как сегодняшняя встреча в с крестным Гарри. Она не знала чего боится больше, узнать правду или что, что-нибудь пойдет не так и им не удастся поговорить с Сириусом. Конечно, когда она впервые узнала, что крестный Гарри это всеми разыскиваемый убийца Сириус Блэк, она была в шоке и даже хотела отказаться от этой их затеи. Но Гермиона смогла ее убедить, что все на самом деле не так, как может показаться на первый взгляд. И Сириус на самом деле хороший ни в чем не повинный человек. Она просила Элизабет дать Сириусу шанс, дать шанс Гарри объяснить все и уже пролить свет на всё это дело. И девушка согласилась. Действительно, нужно было разобраться во всей этой истории раз и навсегда.       Наконец, завтрак закончился и студенты потянулись в выходу из школы. Ребята решили, что в Хогсмид пойдут по отдельности, а уже там встретятся. Элизабет прошла проверку Филчем на наличие разрешения на прогулки в волшебной деревне и, пытаясь не сорваться на бег, вышла из школы. Погода оказалась отвратительная, свинцовые тучи готовы были разразиться дождем, ветер неприятно трепал одежду. Закутавшись потеплее, девушка дошла до Хогсмида и вошла в магазин перьев Писарро. Это был достаточно просторный магазин, основным товаром которого были перья всех мастей и размеров. Покупателей в магазине было не много, оглядевшись, Элизабет увидела Гарри с Гермионой в дальнем углу. Ребята рассматривали перья редких видов птиц.       — Привет, — девушка подошла к гриффиндорцам.— Как вы оказались тут раньше меня? Я вышла одной из первых из замка       —Привет, мы прошли через тайный ход. Он сокращает путь, да и там теплее. — ответила Гермиона.       — Могли и меня с собой взять, — недовольно пробурчала, поежившись от холода, Элизабет. — Прости, но ты сама хотела идти по отдельности, — ответил Гарри. Он был бледен и сжимал в руках какой-то пергамент. Было видно, что он тоже очень нервничает.       — Ладно, идем к Визжащей хижине как и договаривались? Как мы попадем внутрь? — спросила райвенкловка.       — Нет, планы изменились. Си… Кхм… Крестный, прислал письмо сегодня утром. Нам нужно пойти в Кабанью голову.       — Это тот жуткий трактир с покосившейся вывеской? Ну и местечко он выбрал… Нас туда вообще пустят?       — Пустят. Идемте скорее! — сказала до этого молчавшая Гермиона и направилась к двери. Ребята вышли из магазина и направились к стоявшему на окраине главной улицы трактиру. Элизабет думала, что они зайдут через главный вход, но Гарри неожиданно свернул на неприметную тропинку и они подошли к «Кабаньей голове» со стороны черного. Три раза стукнув кулаком в дверь, они принялись ждать. Девушка уже хотела предложить постучать еще раз, когда неожиданно открылось небольшое окошечко в двери.       — Чего вам? — прозвучал грубый голос. Элизабет вздрогнула и непроизвольно схватилась за руку стоящей рядом Гермионы. Та, ободряюще улыбнулась и погладила ее по плечу.       — Мы к Бродяге, — загадочно ответил Поттер, и дверь тут же открылась.       — Второй этаж, третья дверь слева. Шевелитесь! — коротко бросил хозяин лавки и скрылся в недрах дома. Ребята быстро вошли внутрь и закрыли за собой дверь. Их тут же окутала темнота. Не желая переломать себе ноги, споткнувшись об какую-нибудь коробку или ящик, Элизабет прошептала «Люмос» и небольшой коридор озарился мерцающим желтым светом.       — Вон лестница, — Гермиона поспешила подойти туда. Поднявшись, ребята быстро нашли нужную им дверь и замерли перед ней. Никто из них не решался первым войти внутрь. Наконец, Гарри вздохнул и открыл дверь. Трое студентов вошли в небольшую темную комнатку. На окнах висели плотные черные шторы, свет исходил лишь от камина, в котором ярко горели поленья. Все убранство комнаты составляли камин, небольшой платяной шкаф и узкая кровать. Ничто не говорило о присутствии здесь человека.       — Гарри, где…— начала Гермиона, но мальчик жестом приказал девушке замолчать. Закрыв за девушками дверь, он направил на нее палочку и прошептал « Коллопортус », а затем «Оглохни».       — Тебе не кажется, что это перебор? — скептически спросила Элизабет.       — Мы встречаемся с человеком, которого считают беглым преступником приговоренным к смертной казни. Я думаю ни одно дополнительное защитное заклинание не будет лишним.— сухо ответил Гарри. Он осматривал комнату, заглянув в шкаф, за занавеску, даже нагнулся и посмотрел под кроватью. Сириуса нигде не было.       — Гермиона… Ты не могла бы…? — Гарри не успел договорить, девушка поняла его с полуслова и кивнув прошептала сканирующие чары.       — Гоменум ревелио… Нет Гарри, Сириуса нет ни здесь, ни в ближайших комнатах. Объясни, наконец, почему мы пошли сюда, а не в визжащую хижину? — Вместо ответа Гарри положил на кровать какой-то листок. Развернув его Элизабет удивленно подняла бровь.       — Это что, какая-то шутка? — спросила девушка и протянула листок Гермионе. Та, внимательно оглядела пергамент. На нем были изображены непонятные на первый взгляд рисунки. Они располагались столбиком. Сверху был нарисован дом, у которого вместо дверей и окон был огромный раскрытый рот. Дом был перечеркнут, а под ним было нарисовано несколько мелких домиков и обведен один с еле заметными буквами «КБ», ниже было написано «3-тук: Бродяга». В самом низу пергамента был отпечаток собачьей лапы.       — Мне кто-нибудь объяснит, почему из-за неудачного детского рисунка мы пришли сюда, вместо назначенного места встречи? — все еще ничего не понимала Элизабет.       — Это не детский рисунок, — ответила Гермиона.— Это от Сириуса. Видишь, сверху — это визжащая хижина. Он зачеркнул ее, значит не может туда прийти, вместо этого он указал нам на Кабанью Голову.       — А с чего вы взяли, что это именно он? И почему нельзя было просто написать все это?       — Сириус очень не любит совиную почту, считает, что их легко перехватить и прочитать. Поэтому в письмах никогда не пишет ничего конкретного. Старается писать так, чтобы неосведомленный человек не смог разобраться, — сказал Гарри, глядя в камин.— А уверены мы, что это он потому что только Сириус так подписывается… лапой, забавно да? — усмехнулся грифиндорец, поворачиваясь к девушкам.— Но вот где он сам… Ума не приложу. Неожиданно, за его спиной, что-то затрещало. Это заставило ребят подпрыгнуть и резко обернуться. Сначала они ничего не заметили, а потом из камина раздался голос.       — Неплохая реакция, ребята, — В камине появилась голова Сириуса.       — Сириус! — Гарри подлетел к камину и сел перед ним на колени. — Как ты? Почему…       — Подожди, Гарри… У меня, к сожалению, не очень много времени. Простите, что не смог появиться лично. Пропало несколько министерских работников и авроров спустили с цепи. Появляться в Англии очень опасно. Да, я не в Англии — видя, что Гарри хочет задать вопрос, сразу сказал Сириус. — Не буду говорить где я. Но найти и настроить камин стоило мне больших трудов. Надеюсь, связь продержится устойчивой достаточно долго. Сириус оглядел ребят и остановился взглядом на Элизабет.       — Элизабет… Ты так похожа на маму… Мне так жаль… Она была замечательной девушкой. Элизабет покраснела и не знала куда деться. С одной стороны ей хотелось подойти поближе и сесть с Гарри, а с другой — она все еще боялась той информации, которую может услышать. Гермиона глядя на все это подумала, что она здесь явно лишняя.       — Ээ… Я, наверное, выйду и дам вам поговорить спокойно       — Нет! — трое человек воскликнули одновременно. Всем им было немного страшно остаться наедине друг с другом. Гермиона немного удивилась, но затем пожала плечами и уселась на пол у кровати лицом к двери.       — Ладно, вы общайтесь, а я присмотрю тут за всем.       — Спасибо, Гермиона! — Элизабет улыбнулась гриффиндорке и все же решившись села рядом с Гарри перед камином.       — Рассказывайте, мистер Блэк. — Ну, что ж. Как вы знаете, шла война. Мы с Джеймсом были аврорами и членами Ордена Феникса. На одной из миссий наш отряд попал в засаду. Мы почти отбились, но неожиданно появился еще один Пожиратель. Он отличался от других, был сильнее, некоторые заклинания практически не причиняли ему вреда. Он сумел переломить ход битвы. Многие наши ребята погибли. Нам с Джеймсом еле удавалось отбиваться. Но потом, наконец, совместно мы смогли пробить его защиту и ранить его. Ранение оказалось серьезным и маг решил, что лучше ему отступить. После этого мы быстро закончили с остальными Пожирателями. Наши специалисты сумели отследить его аппарационный след. Мы с Джеймсом вызвались отправиться и схватить его. Ты не представляешь, Гарри, каково было наше удивление когда мы оказались в поместье Бёрков. Нет, конечно мы знали, что они перешли на сторону Того-Кого-Нельзя-Называть. Но мы и предположить не могли, что глава рода лично будет участвовать в боях. Мы нашли его мертвое тело на диване в гостиной. Обыскав дом, мы обнаружили и миссис Бёрк, кстати моя двоюродная тетка. Возле нее сидела Чарис. Конечно мы знали Чарис. Для меня она была дальней родственницей. Но для Джеймса… Для Джеймса она была более значимой. Как ты знаешь Гарри, в чистокровных семьях, родители обычно сами, заранее выбирают своим детям пару. Джеймс Поттер и Чарис Бёрк были помолвлены с детства. Конечно, такое родство вызывает определенные вопросы. Род Поттеров открыто поддерживал Дамблдора, а род Бёрков так же открыто занимал сторону оппозиции. Но, тут надо понимать… Дамблдор, Светлые маги, Темные. Все это лишь суета. Главная задача чистокровных семей состояла и состоит в том, чтобы не дать своим родам угаснуть и сохранить чистоту крови. Где-то до четвертого курса Джеймс и Чарис активно общались, но в школе практически никто не знал об их помолвке. Они никогда не были влюбленными друг в друга. Хорошие друзья? Это да. Они всегда старались помогать друг другу. Но Тот-Кого-Нельзя-Называть набирал силу и лорд Бёрк открыто заявил о своей приверженности к нему. Такое Поттеры стерпеть не смогли. Они разорвали помолвку. Для Чарис и Джеймса это стало радостью. Джеймс смог открыто ухаживать за Лили, а Чарис принимать приглашения на свидания и тоже налаживать свою личную жизнь. Какое-то время ребята поддерживали общение, но потом окончательно разошлись.       И каково же было наше удивление, когда мы вновь встретили Чарис. Обстановка была, конечно, не самой лучшей. В их дом могли нагрянуть как авроры, так и Пожиратели. Джеймс, благородный рыцарь, (Тут Сириус невесело усмехнулся) решил, что девушку нужно забрать и спрятать. Мы оба с ним понимали, что Дамблдор захочет использовать ее. Нет, я не осуждаю его, это была война. Жуткая, не знающая жалости. И, возможно, кого-то другого мы бы сразу доставили к нему. Но не ее. Не Чарис. Она значила для нас, для Джеймса слишком много. Мы забрали ее из особняка. Устроили там взрыв, чтобы не оставить следов. У меня была квартирка в магловском районе. Мы переместились туда. Укрыв ее всяческими магическими щитами, мы наложили заклинание «Фиделиус». Хранителем стал Джеймс. Теперь только мы с ним знали где находится Чарис Бёрк. Конечно, она рвалась в бой. Хотела отомстить. Иногда я удивлялся, как она попала в Слизерин. Гриффиндорка чистой воды. Но в конце-концов мы смогли уговорить ее остаться там. Мы старались часто ее навещать. Приносили книги, газеты. Еду конечно же. С Чарис мы забрали из родового поместья эльфа, так, что совсем одиноко ей не было. Джеймс и Чарис вновь сблизились. Но в этот раз, что-то было по-другому. Чувства были отнюдь не дружескими, а скорее романтичными. Я предупреждал его, говорил. Напоминал о Лили. Он, конечно, отвечал, что ничего подобного и они просто друзья. Но где-то год спустя или около того, он вернулся от Чарис совершенно разбитым. В тот вечер я не смог пойти с ним. Долго расспрашивать его не пришлось. Он сознался, что не смог удержаться. Так же как и Чарис. Они оба поддались чувствам и эмоциям и переспали. Джеймсу было очень стыдно перед Лили. Он собирался ей все рассказать. Но из-за вечных миссий он редко появлялся дома, как впрочем и она. А когда они встречались дома, то оба были рады тому, что вместе и живы. А потом Лили забеременела. Потом случилось это пророчество, будь оно не ладно! Чарис мы старались навещать регулярно, но война вносила свои корректировки. О том, что Чарис беременна мы с Джеймсом узнали только через полгода. Она тщательно скрывала от нас, но нам рассказал ее эльф. Смышленый он был. Джеймс тут же заявил, что ребенка признаёт и будет заботиться о нем и беречь его. Когда Сивилла произнесла пророчество, Альбус запер Джеймса и Лили, которая должна была вот вот родить, в их доме. Меня отправили на какую-то миссию в США. Альбус подозревал, что оттуда Тот-Кого-Нельзя-Называть привозит редкие амулеты. Миссия затянулась и когда я вернулся обнаружил, что квартира практически уничтожена, а Чарис нет. Джеймсу я долгое время не говорил, но увиливать бесконечно не возможно и пришлось рассказать. Он очень горевал. Порывался отправиться на поиски, но я ему не позволил. Я обещал сам все разузнать. Но тогда мне это не удалось. Все выяснилось лишь когда я попал в Азкабан. По воле случая в соседней камере сидел один из тех, кто был там тогда.       Знаешь, сидя в камере год за годом рассказываешь соседям все подряд. Не для того, чтобы поделиться, нет. Просто, чтобы услышать свой голос и понять, что ты еще жив. Вот и он однажды просто вспомнил эту историю. Оказалось, что они наткнулись на нее, когда совершали рейд на магловскую часть города. Один из их отряда оказался ее сокурсником. Он узнал ее. Завязался не самый приятный разговор. Она попыталась аппарировать от них, но двое вцепились ей в мантию и в квартире они оказались втроем. Там завязался бой. Никто из них не ожидал такой прыти от беременной. Поэтому одного она сумела убить, а второго вырубить и аппарирвать из квартиры. Но она тоже не смогла легко отделаться. Этот парень сказал, что перед тем как отключиться успел послать в нее парочку неприятных заклинаний. А когда очнулся, авроры уже прибыли на место и схватили его. О судьбе Чарис мне больше ничего не известно.       Сириус закончил свой монолог и замолчал, внимательно изучая реакцию ребят на его слова.       Гарри явно облегченно вздохнул. Он никогда не верил в ужасные предположения Элизабет, но сейчас, когда Сириус все подтвердил, у него словно камень с души свалился. Да, конечно, он изменил маме. Но уж лучше пусть он будет человеком, который один раз поддался эмоциям и искушению к обоюдным чувствам с другой женщиной, чем насильником и мучителем. Как говорится, из двух зол выбирай меньшее. Пусть отец не святой, но именно этот его поступок подарил ему, Гарри, сестру и он очень рад.       Элизабет же сидела глубоко задумавшись. Она видела краем глаза, как Гарри заметно расслабился после рассказа крестного. Но почему же она так напряжена до сих пор? Конечно, рассказ Сириуса порадовал ее, но ей нужно было это все осознать и переварить. Девушка встала.       — Спасибо, мистер Блэк, что рассказали. Дальше мама аппарировала к своему брату. Он доставил ее в больницу и там она умерла рожая меня.       На глаза навернулись предательские слезы, но она сумела их удержать и не заплакать. Повернувшись, девушка подошла к двери.       — И, спасибо Вам большое, что присмотрели за ней. С этими словами Элизабет покинула комнату. Когда девушка закрыла за собой дверь, воцарилась тишина. Ее прервала Гермиона, она подошла к Гарри и сев рядом с ним, обняла его.       — Как ты?       — Я… Я нормально… Нет, знаешь я хорошо. Сириус опроверг все жуткие мысли какие были в голове. Так что я просто счастлив. Осталось только переварить это все. На этих словах мальчик наконец-то улыбнулся и Гермиона облегченно вздохнула.       — Сириус, расскажи нам, как ты сам? Можем ли мы помочь тебе чем-нибудь? — девушка обратилась к молчаливо висящей в камине голове.       — Нет, Гермиона. Вы очень поможете мне, если пообещаете ни во что не влезать. Но я знаю, что вы это не сможете. Так что просто будьте аккуратны. Гарри, ты готовишься к первому ту…— Сириус повернулся к крестнику, но на полуслове замолчал. Потом обеспокоенно оглядываясь он спросил.— Это у вас шум? Нет?.. Черт! Значит, вернулись хозяева дома… Все, мне пора. Не присылайте пока сов, я свяжусь с вами как только смогу. Гарри. Будь пожалуйста очень осторожен! — и на этих слова голова Сириуса Блэка исчезла из камина с легким хлопком. Еще какое-то время ребята сидели и молча смотрели в камин. Затем Гарри встал. Он чувствовал себя превосходно, на душе было легко и светло.       — Идем, Гермиона. Не будем терять день понапрасну. У нас еще есть время прогуляться по магазинам и зайти в « Три метлы».

***

      Выйдя из, хоть и неуютной, но теплой «Кабанье головы» Элизабет тут же замерзла под яростными напорами ветра. А еще дождь начал накрапывать. Не желая еще и промокнуть, Элизабет забежала в первый же магазин. Это оказалось «Зонко», местный магазин розыгрышей и привыколов. Тут было много студентов со всех факультетов. Как только колокольчик на двери возвестил о новом посетители, многие оглянулись и увидев девушку заметно напряглись. Элизабет, заметив это, вздохнула. С момента выхода статьи Риты Скитер прошло уже больше трех недель, а все еще находились те, кто не успокаивался и продолжал трепать ей нервы. Райвенкловка очень надеялась, что среди присутствующих таких не найдется и пошла к прилавку с сахарными перьями и другими сладостями. Но тут ей пригродил дорогу какой-то гриффиндорец.       — Что тебе здесь надо?       — Ээ, купить сахарных перьев, — слегка опешив, ответила Элизабет. Она не боялась. Дальше оскорблений все равно никто не зайдет. А на их слова ей было глубоко наплевать.       — Тебе здесь ничего не продадут, проваливай! — гриффиндорец оттолкнул ее и достал палочку. От неожиданного рукоприкладства девушка чуть не упала. Но смогла устоять на ногах, схватившись за банку полную лакричных палочек. Та в свою очередь, устойчивостью не отличалась и упав на пол разбилась. Лакричные конфеты тут же начали оживленно скакать по полу и пытаться укусить кого-нибудь за ногу.       В образовавшейся суматохе никто не заметил, как гриффиндорец применил к Элизабет заклинание «Депульсо». Отталкивающее заклинание попало девушке точно в грудь и отбросило ее к двери. Элизабет уже представила как ударяется спиной в дверь, но в этот момент дверь открылась и она пролетела сквозь дверной проем и упала в лужу, больно ударившись спиной.       — Что здесь происходит? Черт, Маклагген, ты, что тут устроил? — юноша открывший дверь изумленно смотрел, то на гриффиндорца, то на девушку лежащую в луже. — Отвали Уизли. Она дочка Пожирательницы и не имеет права ходить по улице с таким довольным лицом. Она должна страдать! — Кормак, ты, что пьян? Что ты несешь, ты бы тогда сходил на Малфоя понаезжал, а не на девчонку. Рыжий гриффиндорец оттолкнул Кормака Маклаггена, который опять пытался наставить палочку на Элизабет и сам достал палочку.       — Я предупреждаю тебя Маклагген. Я прокляну тебя, если ты еще раз попытаешься напасть на нее.       — С каких пор она твоя подружка, Уизли? Разве не ты сам в гостиной говорил, что пожирателям нужно показать их место? Кончики ушей Рона покраснели от этой фразы, но парень продолжал стоять и прикрывать собой девушку.       — Пожиратели-да! Но она не пожиратель. Она сестра Гарри. Ты помнишь кто такой Гарри Поттер? Рон повернулся, чтобы помочь Элизабет подняться. В этот момент кто-то налетел на него и сбил с ног.       — Что ты сделал? Что ты сделал с моей сестрой?

***

      Гарри издалека увидел, что его сестра лежит на мокрой земле перед магазином «Зонко», а над ней с палочкой стоит Рон и, что-то кричит. Ветер рвал фразы, до Гарри долетали только обрывки. « Пожиратель», « место», «прокляну». Гнев ударил гриффиндорцу в голову. Как он мог? Рон не верил ему, повернулся к нему спиной, когда его поддержка была ему так нужна. А теперь он угрожает его сестре. Как он мог! Сбив Рона с ног, он помог подняться Элизабет и передал ее в руки Гермионы, которая только, что подбежала. Сестра пыталась, что-то сказать ему, но ему было не до нее. Все его внимание занимал Рон, который поднялся с земли и почему-то улыбнувшись повернулся к Гарри.       — Привет дружище, так спешил, что не заметил меня? Слушай, я тут подумал. Я был не прав, когда обиделся на тебя из-за кубка. Конечно это был не ты. Будем снова друзьями? С этими словами он протянул Поттеру руку для рукопожатия. Но Гарри усмехнулся и демонстративно скрестил руки на груди. Рон удивленно вскинул бровь.       — В чем дело Гарри? Гарри издал нервный ­смешок.       — Не понимаешь, Рон? ­ Ты как всегда ничего не понимаешь Рон Уиз­ли. Но, я тебе объясню. Больше нет ничего.­ У меня был друг. Друг которого я ценил больше всего на свете. ­Друг, который был для меня семьей. Но, однажды ты усомнился во ­мне, ты не поверил мне. Ты утверждал, что ­я лгу своему лучшему ­другу. Но и это можно было пережить. Но, когда у меня появилась сестра. Сестра, Рон, ­ понимаешь? Родной человек, с которым можно общаться. Который не был мертв или в бегах. Ты посмел поднять на мою сестру палочку. Черт, Рон­, ты пытался проклясть мою сестру! А сейчас ты хочешь вернуть нашу дружбу? Стать старым добрым гриффиндорским трио, которое в перерывах между учёбой спасает мир? Ты правда такой идиот или считаешь полным идиотом меня? — с каждым произнесенн­ым словом в Гарри вскипал гнев, а пальцы н­епроизвольно крепче стискивали палочку. — Н­ет больше никаких мы! ­ Ты можешь катиться к­о всем чертям и делат­ь все, что тебе захоч­ется. Но, если ты, ещ­е раз попытаешь угрож­ать моей сестре… Волшебная палочка По­ттера не произвольно ­взметнулась и уткнула­сь в грудь Уизли. Гар­ри закрыл глаза и глу­боко вздохнул пытаясь­ успокоиться. Опустив­ палочку он продолжил­ уже чуть более споко­йно. — Никогда не пыт­айся навредить моей с­естре и вообще держис­ь от нее подальше. Ка­к и от меня. — Внутри все кипело, г­нев пожирал его изнут­ри. Ему было больно. ­Больно от предательст­ва, от потери друга. ­От того, что он не ви­дел, каким Рон был вс­е это время. Ему хоте­лось выкрикнуть «Круц­ио» увидеть, как Рон ­корчится от боли, как­ его тело поднявшись ­над полом извивается ­от боли. Но кажется о­н слишком отчетливо э­то все представил и э­то его отрезвило. Ино­гда секунда это очень­ мало, а иногда за не­е можешь понять много­ вещей. И сейчас Гарр­и понял, что он еще н­е готов применять не ­простительные заклина­ния к кому бы то ни б­ыло. Вернувшись из своих ­мыслей в реальность, ­Гарри увидел, что улица, не смотря на дождь наполнилась студе­нтами и все разинув р­ты следят за разворач­ивающимся скандалом. ­Рон был красный как р­ак. Его правая рука, ­недавно протянутая дл­я рукопожатия безволь­но упала, а левая так­ сильно сжала палочку­, что побелели костяш­ки пальцев. Он молчал­, в какой-то момент Г­арри даже показалось, ­ что он его все-таки ­ударит. Но нет, Рон У­изли зло посмотрел на­ своего бывшего друга­ и резко развернувшис­ь на каблуках растолк­ал толпу и убежал. Образовал­ась тишина. Ну тут из­ толпы студентов выше­л Драко Малфой и со с­воей фирменной ухмыло­чкой обратился к Гарр­и.       — Ну, что Поттер расстался со своим дружком? Оно и верно, оскв­ернители крови они хуже грязнокровок. Не найдя в себе сил ­общаться с кем-либо е­ще, тем более с Малфо­ем, Гарри прошел мимо­ него, устало бросив ­«Отвали Малфой». Казалось, что разговор с ­Роном вытянул все сил­ы. Он устало подошел к Гермионе с Элизабет. Девушки были бледными.       — Гарри…— начала Гермиона, но ее перебила Элизабет.       — Черт, он же пытался помочь мне! Ты зачем набросился на него?! Совсем с ума сошёл? Маклагген напал на меня, а Рон защитил!       — Помочь?.. Нет..нет, что же я наделал… Рон,… Как же так?! Мне нужно поговорить с ним! С этими словами, парень сорвался с места и побежал в сторону замка. Какой же он идиот! Как он мог так поступить?! Как мог не поверить в лучшего друга. Он готов был избить сам себя, но сначала нужно догнать Рона и извиниться. На пороге замка он столкнулся с Хагридом.       — Хагрид! Ты не видел Рона?       — О, Гарри, привет! Рона то? Не видал. А что? Слушай. Мне нужно тебе кое-что показать. Идем со мной.       — Мне нужно найти Рона, давай потом, Хагрид?       — Нет-нет, Гарри это очень важно. Идем. И не слушая никаких отговорок лесничий увел его в сторону своей избушки. В этот день Гарри так и не увидел Рона.