Саламандра в огне

«Слушай своё сердце» Наруто задумчиво смотрел в окно иллюминатора. Несмотря на то, что отец считал своего сына добрым и слишком мягким для альфы, молодой Намикадзе был достаточно умён, чтобы не смотреть на окружающий мир сквозь «розовые очки». Просто он был сыном своего отца. * Вздохнув, Наруто повернулся в кресле и достал из кейса документы. Чем сразу привлёк внимание дремавшего на соседнем сидении худощавого альфы с совершенно седыми волосами и повязкой на левом глазу. Хатаке Какаши действительно был достоин доверия — просьбы Минато, которого он боготворил, воспринимались им как приказ. И он готов был лечь костьми, но сделать так, чтобы на суровом лице альфы мелькнула незаметная ни для кого, кроме «душеприказчика», улыбка. -Какаши! Положив на вытащенные бумаги руку, Наруто продолжил: -Я тщательно проанализировал всю информацию. Учитывая «особые» обстоятельства, я так понимаю, моя миссия пройдёт успешно. Что ты думаешь об этом? -Думаю… — протянул Какаши, отворачиваясь в сторону, — для двадцатитрёхлетнего мальца ты быстро сообразил расклад. Вытащив ноутбук, он развернул его экраном в сторону Наруто: -Хочу предупредить… Пальцы альфы, покрытые старыми шрамами, немного неловко вывели на мерцающее серое поле несколько файлов. Наруто невольно остановил взгляд на правой руке Какаши: несмотря на то, что протез был настолько давно, что уже воспринимался окружающими как данность, седой альфа управлялся им плохо. Поймав взгляд, Хатаке усмехнулся: -Так и не привык. -Ты… — Наруто постарался придать голосу мягкость, — потерял руку ещё тогда, когда жил на Юге? Как бы матёрый альфа ни владел собой, всё же дёрнулся: — Скажем так… почти. Помедлив, закатал рукав до локтя, позволяя Наруто увидеть сталь. Предварив вопрос, утвердил: -Это в прошлом. К тому же тебя интересует не то, как я потерял «кое — что от себя», верно? Договаривая, Хатаке ненавязчиво, но настойчиво, переложил ноутбук с открытыми файлами на столик, установленный прямо напротив кресла молодого Намикадзе. Рассудив, что всему своё время, Наруто всмотрелся. Чтобы через минуту спросить: — Объясняя мне суть поездки, отец настойчиво говорил об одном и том же. Хатаке вопросительно приподнял брови. Наруто сделал изображение крупнее: — Почему они не такие, как мы? «Почему?» Какаши прокручивал вопрос молодого хозяина, не зная, правильно ли будет, вопреки решению Минато — самы, огорошить того правдой. Но, хорошенько все взвесив, решил оставить всё так, как есть. В конце концов, неизвестно, будет ли в дальнейшем Минато — сама поддерживать возобновившуюся родственную связь… Да и неизвестно также, а как их встретят? Правда, судя по тому, что Намикадзе — старший успел рассказать, встреча будет, если и не «обалденно — тёплая», то более — менее нормальная, точно. Но… Он привычно дотронулся до спрятанного за поясом брюк оружия и, заметив, что самолёт меняет курс, а, значит, скоро они прилетят на место, окликнул Наруто: -Знаю, ты не удовлетворён ответом. Но, Наруто.. Я не уполномочен «сесть кружком» и погрузиться в воспоминания. Мне приказано доставить тебя живым «обратно» в Город. Понимаешь? Наруто выразительно посмотрел, как отогнулась пола пиджака, и уточнил: -Это связано с предупреждением отца? -Так. Хатаке откинулся на спинку кресла. Помолчал. Потом решил всё — таки предупредить: — Если начистоту… Будь настороже, Наруто. Не всегда то, что ты видишь, представляет собой истинную картину. Это касается и того, что ты услышишь. -Хочешь сказать, что я не должен доверять своей родне? -Просто запомни мои слова. И, показывая, что он больше не намерен продолжать, Хатаке отвернулся в сторону иллюминаторов. Но то, к̀ак он потёр протез, сказало Наруто намного больше, чем подробные объяснения. Впрочем, молодой альфа излишней любознательностью не страдал. Он умел вовремя отступать, но и умел анализировать информацию, даже такую скудную, как только что сказанное. «Значит, отец не доверяет моей „Южной“ семье, — наследник Намикадзе отвернулся в противоположную сторону и чуть нахмурился, — Но, поскольку от того, не откажут ли „они“ в помощи, зависит положение дел на „С & N“, я вполне могу продемонстрировать своё хорошее воспитание и, несмотря на туманные предупреждения, не лезть ни с какими расспросами. Даже если мне что — то покажется странным. Вот только..» Хмыкнув, Наруто оперся о правую руку и уставился на череду облаков. Постепенно однотонная картина его утомила, и парень заснул, продолжая опираться о руку, будто всё ещё наблюдает за полётом. «… — Не собираешься сдаваться? Высокая фигура, облачённая в чёрную, намокшую тунику и просторные брюки какого — то грязного цвета, выступила вперёд. И только присмотревшись, можно было понять. Туника и брюки пропитаны кровью. Блеснула сталь.....» -Сука! Какаши вскочил и тут же обвалился обратно, глотая воздух. Неосознанно ухватился за то, что по факту не должно было болеть. Ирука говорил... как там называется? -Фантомная боль… — прошептал седой альфа, принимаясь гладить обрубок в месте, где был приделан протез. Спохватившись, посмотрел на кресло, где спал молодой хозяин. Но Наруто действительно спал, расслабленная поза выдавала это со стопроцентной точностью. И Какаши перевёл дух… Меньше всего он хотел подвести Минато — саму. Ведь тот чётко обозначил свою просьбу — приказ. Наруто должен был как можно меньше знать о том месте, куда они прилетят через несколько часов. Если только… «Те» не захотят об этом проболтаться сами. Нехорошо усмехнувшись, Какаши поправил ствол. *** — Наруто! Вынырнув из объятий Баку **, Наруто потёр глаза и проворчал: — Я почти успел… Мне снилось, что я женюсь, но не хочу, и за мной гонится невеста, чтобы вернуть к алтарю. Я уже удрал, и тут... -Эх, Наруто… — протянул задумчиво Какаши, — есть поверье, что всё, что мы видим в своих снах, суть отражение наших потайных желаний. Только надо это читать наоборот… Не расслышав бормотание Хатаке, Наруто переспросил: — Что? — Идём на снижение! Серебристый «HondaJet», покачивая лёгкими крыльями, чуть загнутыми на концах вверх, зашёл на посадку. Шасси самолёта коснулись посадочной полосы. Рёв моторов стих. Не слушая уговоров дзимбо ***, едва открылась дверца выхода из салона, Наруто оттолкнулся и спрыгнул вниз. Ветер взметнул вверх песок, растрепал шевелюру альфы, передавая эстафету горящему пламени солнца, вспыхнувшему в пшеничных волосах. Отряхнув одежду, Наруто выпрямился и только тут заметил, что их ждут. Вернее... его ждут. Чуть вдалеке стоят полукругом три тёмно — бронзовые «Infiniti». Около каждой машины вытянулись в струнку по двое альф в чёрных одеждах и повязках, наполовину закрывавших лица. **** Несмотря на то, что альфы стояли, едва не вытянувшись, Наруто ни на минуту не поверил в их доброжелательность. Однако почему? Он склонил набок голову и ослепительно улыбнулся ещё одному встречающему. Тоже альфа, только более низкорослый, но плотного телосложения и в светлом костюме. Едва появившись в поле зрения молодого наследника «С & N», он вытянул вверх руки, громко произнёс: — Свершилось! И, почтительно приложив их к груди, отчётливо, чтобы услышали все, добавил: — Добро пожаловать «домой», молодой господин! «Чёрные» альфы тут же опустились на одно колено и склонили головы. Хатаке Какаши, бесшумно встав за спиной Наруто, тихо попросил: — Следующий шаг за тобой. Иди и будь всегда начеку! Хмыкнув, Наруто дождался, когда «светлый костюм» встанет ровно, и вежливо ответил: — Полагаю, мы можем ехать? — О, конечно… — тут же снова прижал к груди руки тот и поспешил добавить: — Забыл представиться. Я — Акимичи Чоджи, управляющий «Сенджу сёэн» ***** и.. тот, кому доверяет мой господин, которому не было, нет и не будет равных! Наруто, которому надоело стоять без дела, хотел было уточнить, «господин» — это дядя, к которому он, собственно, и приехал, но почувствовал, как напрягся Какаши. И промолчал. — Мне доверили честь встретить того, кто сегодня вернулся в родной дом! — продолжал «держать речь» Чоджи, — Хатиман — доно велел... Они шли к машинам, а Чоджи — кун всё говорил и говорил, в б̀ольшей степени объясняя, к̀ак он был рад, когда удостоился столь высокой чести, ведь Хатиман — доно хотел отправить в Частный аэропорт Семьи своего… Тут он словно споткнулся и, наконец, заткнулся. Тем более что успел подвести Наруто к центральной машине. Захлопали дверцы. «Чёрный альфа» распахнул дверцу «Infiniti» и отошёл чуть назад, снова вставая в почтительную позу. Однако эта вся демонстрация высшей степени подобострастной любезности не помешала молодому человеку заметить, как по едва уловимому взмаху руки Чоджи — куна Какаши пытаются определить в другую машину. -Он со мной. Моментально став серьёзным, Наруто встал перед парнем, попытавшимся отвести Хатаке: — Я дважды не повторяю. Хатаке тихонько перевёл дыхание. Зная сына Минато с детства, наблюдая за его взрослением, он отметил одну особенность. Возможно, для того, в чьих жилах течёт южная кровь, он был довольно добрым молодым человеком. Но также видно было и то, что как альфа он обещал превзойти своего отца. Будучи весёлым, лёгким в общении и «душой компании», умеющим «подобрать ключик» к любому, даже самому несговорчивому. В подобные этой минуты он превращался в другого человека. Одним взглядом дающим понять, что с ним лучше не связываться. И это в двадцать три года… Хатаке посмотрел на «облечённого временной властью» и в открытую усмехнулся. Видно было, что Чоджи — кун борется с собой, но то ли у него были чёткие инструкции, то ли он ещё не разобрался в семейных и просто казусах… но, моргнув пару раз глазами, он в сотый раз приложил руки к груди и елейным голосом сообщил: — Конечно, конечно… Правда, не сочтите за дерзость... Тут же обернувшись к молчаливой «Чёрной» братии, властно махнул рукой. Пока Наруто про себя дивился, как может в секунду поменяться человек, Хатаке Какаши заставили поднять руки вверх и быстро обыскали. С красноречивым жестом отбирая 9 —мм SIG. И только после этого с лёгким поклоном разрешая седоволосому альфе присоединиться к своему «боссу». Наконец, все расселись по машинам. «Железные кони» плавно тронулись с места, оставив после себя след от шин и песок, поднявшийся в воздух. Несмотря на сцену с Хатаке, у Наруто хватило ума ничем себя не выдать. Какаши, несмотря на поднятые вверх руки, смог и успел подать условный знак. Пока ехали, Наруто, пользуясь случаем, не без любопытства рассматривал южный пейзаж. Отец не любил рассказывать о своём прошлом, и всё, что Наруто полагалось знать, это то, что он и его мама родились на Юге. Мама… Она умерла очень давно, и всё, что Наруто знал о ней, кроме того, что она с Юга, то, что Намикадзе Кушина была очень красива и была… Машина резко свернула, так, что послышался визг шин, но Наруто успел услышать, как Чоджи вполголоса выругался, прежде чем попытался натянуть на лицо вежливую улыбку, надеясь, видимо, что погружённый в себя гость ничего не замечает. Однако Наруто ничего не оставлял без внимания. Кивнув в сторону засыпанных песком развалин, светловолосый альфа спросил: — Достопримечательность? Или археологические раскопки? Свой вопрос он сопроводил невинной улыбкой, а неизменные чёрные очки помогли скрыть то, как внимательно он всматривался в смуглое лицо вынужденно повернувшегося к нему Чоджи. И то, к̀ак дёрнулась правая щека того, только подтвердили догадку Наруто. И предупреждение отца оказалось не совсем неверным. Вернее, он так думал д̀о того, как «HondaJet» совершил посадку. -Э… Это то, что осталось от «Сенджу сёэн». То есть первого поместья Вашей семьи, молодой господин. Прежде чем Наруто сложил «два и два», управляющий торопливо добавил: — Но это было давно. Двадцать пять лет назад. Да и «Сенджу сёэн»... Нынешний... Намного богаче и… Замолчав, он сделал поворот правой кистью и снова отвернулся. Правда, быстрый жест, которым толстяк отёр вдруг выступивший пот, от внимательного взгляда прищуренных синих глаз не укрылся. Но выучка всё же возобладала. Едва они отъехали довольно далеко и машины снова свернули, Акимичи — кун приободрился: — Это хорошо, что Вы прилетели сейчас, молодой господин. Солнце идёт к закату, а в наших краях темнеет так быстро, что уже и не поймёшь, то ли вечер, то ли ночь. Впрочем, наверное, Ваш отец Вам об этом рассказывал? Чувство опасности, проснувшееся ровно тогда, когда шасси серебристой «железной птицы» коснулись слегка засыпанной песком бетонной дорожки, вспыхнуло в Наруто с небывалой силой. Покачав головой, альфа спокойно и даже равнодушно ответил: — Нет. Отец у меня не очень разговорчивый человек. -Ну… надеюсь, Вы не такой? Ведь иначе как Вы сможете расположить к себе своих родственников? -Думаю, Вас моя способность располагать к себе родственников, должна волновать в последнюю очередь. Наруто сказал эти слова, не задумываясь, и, прежде чем поставить точку в разговоре, снял очки. Чоджи, предубеждённый к юному выскочке с Востока, замер. Взгляд. И клыки, неявно, но блеснувшие при последних словах. Возможно, он зря сказал Хатиман — доно, что щенок Минато не может представлять опасности, потому что вырос не на Юге. — Наруто — сан… На всякий случай, Акимичи замёл хвостом. Несмотря на то, что случилось в Семье более двадцати пяти лет назад… Господин решил «возобновить разговор». И приезд именно наследника Минато — доно хороший повод… довести до конца то, что не получилось… Двадцать пять лет назад. Вспомнив, чт̀о ему пообещали, Чоджи расправил плечи: — Наруто — сан… Вы неправильно расценили мои слова. Конечно… Вы же были лишены чести родиться на Юге. Не в обиду… Я никоим образом не смел как — то обидеть или задеть Вас. Это просто такой оборот речи… Льстивые оправдания Акимичи Чоджи, если и обманули кого, то не Наруто. Однако он в который раз скрыл свои истинные мысли. Впрочем… .... Проехав по длинной подъездной дороге, вымощенной баснословно дорогой плиткой, машины все, как одна, остановились. Дверцы распахнулись. -«Сенджу сёэн», — с гордостью произнёс Чоджи. И Наруто впервые почувствовал солидарность с этим человеком. Алеющее покрывало заката лежало на здании, белоснежные стены которого окрасились в розоватые тона. В лучах заходящего солнца блестели окна, зашторенные жалюзи. От разглядывания пейзажа Наруто отвлёк шум открывающейся двери. То, как сопровождающие его альфы, включая Чоджи — куна, опустились на колени, подсказало, что к ним вышел Хозяин поместья. А облик этого альфы без слов подсказал, что это Хатиман — доно, старший брат отца. Похожий на Минато, как две капли воды. Только черноволосый и черноглазый. * Оба в «молодые» годы были в Лиге. Только теперь Минато считает это слабостью. ** Согласно японской легенде, Баку это животное-дух, поедающее сновидения, которое посещает дома посреди ночи и пожирает кошмары людей, которые спят. Оно обычно описывается как тапир, обладающий формой, похожей на свинью с длинным носом. В царстве духов сна, Баку является доброжелательным духом, который защищает людей от ужасов плохих снов. *** Ё: дзимбо — телохранитель (дословно). **** Нечто вроде «ковбойского» бренда. ***** Поместье.