Саламандра в огне

«Видней всего то, что пытаешься скрыть» Наруто сидел, поджав ноги, во внутреннем дворике, куда выходили раздвижные двери. Волосы были слегка влажные после банных процедур. В руке молодой альфа держал небольшой камушек, который то и дело подбрасывал вверх и ловко ловил, не давая упасть. Бамбуковая трубка, наполнившись водой, опрокинулась, издав характерный звук. Вниз. Смуглые пальцы поймали летящий вниз камешек. Опорожненное коромысло вернулось в исходное положение, снова наполняясь водой. Вверх. Камешек взлетел в воздух… — Мир тебе. Успевший переодеться в более чистую одежду, седой альфа переступил порог и встал, чуть расставив босые ноги. Правый глаз насторожённо смотрел вперёд, в то время как на месте левого зияла пустая глазница. Иногда Хатаке Какаши не прикрывал пустоту повязкой. Когда хотел напомнить… «Во время мира не забывай об опасностях войны». * Вздрогнув, Наруто повернулся в сторону дверей. Камешек упал в траву. — Ты слишком задумался, — тихо упрекнул своего воспитанника Какаши и покачал головой, — а ведь ещё рано расслабляться. -Именно поэтому ты употребляешь «южное» приветствие? Какаши нахмурился. Вопрос светловолосого альфы застал его врасплох. Он действительно забылся… Но главное было не в сантиментах «не к месту», главное было вот в этом юноше. Ради которого он мог пожертвовать жизнью в любой момент. Чисто профессионально огляделся вокруг, проверяя, нет ли «ушей» и «глаз». — Я хотел убедиться, что ты готов к разговору с Хатиман — доно. Ты же думал об этом же? Наруто, вместо ответа, наклонился и поднял камешек. Чуть сжал: — Меня отправляют сюда, «в Семью». Для того, чтобы я — как наследник и представитель своего отца — подписал важные документы. Если вспомнить инструкции отца… то есть Минато — самы. И исключительную важность этой поездки… Мы с тобой вернёмся на Восток с благоприятными вестями. То есть поддержкой Юга, так? Бесшумно опустившись на корточки, Какаши подтвердил: — Думаю, ты понял всё ещё во время полёта. -Тц! — Наруто встряхнулся, ожесточённо лохматя прилизанные волосы: — Именно потому! Он раздражённо прошёлся взад — вперёд, вернулся на место: — Тогда ответь: почему, если всё так, как я тебе обрисовал… я… не доверяю «им»? Если раздражённость тона наследника Минато — самы и произвела впечатление, то Хатаке Какаши, за свою долгую, опасную и не всегда законную жизнь, научился многому… — Корни недоверия растут здесь, на Юге, вот почему. Твой отец был вычеркнут из Клана Сенджу. Но получилось так, что интересы Востока. То есть твоей Родины. И интересы Юга… То есть Родины твоего отца... пересеклись. Так крепко и сильно, что я бы сказал... это стало общим делом. Видишь ли, Наруто. Твоё недоверие в б̀ольшей степени из — за отца. И потому, что это не рядовая сделка. Не рядовая поездка. Но, повторяю. Это Минато — сама был изгнан из Клана Сенджу. Не ты. Именно поэтому т̀ы здесь. -Отец пообещал им меня? — в упор спросил Наруто. И добавил: — И они, в самом деле, хотят восстановить, как ты говоришь, в Клане сына изгнанника? Не слишком ли просто? Какаши, собираясь с мыслями, полез в карман просторной куртки за повязкой. Ему с самого начала не нравилось, что Минато — сама не совсем откровенен с сыном. Но даже это не помешало ему опасаться этой поездки. Именно поэтому Хатаке получил приказ не только быть рядом с молодым Намикадзе, он обязан был вернуть Наруто на Восток. Если что — нибудь пойдёт не так. Какаши вздохнул. — Хатиман — доно подтвердил, что готов к сотрудничеству, потому, что примирение между братьями действительно выгодно обеим сторонам. И если ты сделаешь то, что отказался сделать двадцать пять лет назад твой отец, ты не только сможешь восстановить связь с Югом, но и, кто знает… поспособствуешь прекращению вражды. Просто прими как данность то, что случилось. Время действительно всё меняет. То, что когда — то казалось ничтожным, может неожиданно обрести могущество. И поэтому... всё меняется, Наруто. Наруто внимательно выслушал пространную речь Хатаке. И задал самый главный вопрос: -Что могут потребовать от меня взамен? Впервые в жизни седоволосый, прожжённый альфа растерялся. Он знал, что в миссии молодого Намикадзе полно подводных камней, называемых недосказанность. Но он надеялся, что истину Наруто узнает как можно позже, и не от него. Потому что… Он машинально сжал изувеченную руку, стараясь выдержать пристальный взгляд синих глаз. Снова вспыхнуло ноющей, невыносимой болью, в том месте, где остался жалкий обрубок как насмешливое напоминание тем, кто идёт «против». Какаши тихонько потёр плечо, не замечая, как побелели губы, и осторожно ответил: — Ты должен подтвердить, что… Горло неожиданно перехватило, он знал, что, рано или поздно, кто — то произнесёт эти слова. Но он очень надеялся также, что Минато — сама не лукавил, когда пообещал ему… — Ты наделён правом подписать Договор о Союзе. Восток и Юг. Глаза сына, копия глаз отца… потемнели. Какаши надеялся, что Наруто удовлетворён ответом, пусть и таким уклончивым, но тот в очередной раз напомнил ему, что на роль марионетки годится кто угодно, но не наследник Намикадзе. Чуть подавшись вперёд, Наруто уточнил: — И только? -Наруто — сан! Хатиман — доно ждёт Вас! Никогда ещё фигурка склонившегося в низком поклоне Чоджи — куна не была встречена с таким обожанием! *** Пока Наруто шёл за согнувшимся в три погибели управляющим **, он размышлял о своём разговоре с Какаши. Он вдруг ясно почувствовал, что его подозрительность нашла своё подтверждение, и предстоявший деловой разговор должен был многое прояснить. Ну, если не всё, то… Вздрогнув, Наруто остановился. Едва ли не вовремя, так как Акимичи Чоджи неожиданно остановился и, прошептав: -Пришли. Ловко открыл стеклянные раздвижные двери. Поклонившись дяде, Наруто сел напротив того. Хатиман — доно одобрительно хмыкнул: — Твой отец хорошо воспитал тебя. Теперь я вижу, что наша договорённость с братом была не напрасна. -Значит, Вы подпишите Договор? — спокойно спросил Наруто, делая акцент именно на положительном исходе его миссии. Воцарилось молчание. Черноволосый альфа молчал долго. Наруто ждал, ничем не показывая неуверенности или нервозности. И тут дядя, наконец, заговорил. Вдруг, безо всякого предупреждения, в упор *** посмотрел на него и резко спросил: — Твой отец не очень расстроится, если я скажу «нет»? По тому, как дядюшка также резко, как задал вопрос, замолчал, Наруто понял, что тот ждёт его реакции. Наверное, как минимум, гневных слов… Но светловолосый альфа, пропустив мимо ушей приглушённый рык, спокойно произнёс: — Когда отец говорил с Вами, дядя, Вы произнесли — дословно — что, несмотря ни на что, у Намикадзе и Сенджу кровь одного цвета. Значит, Вы пообещали поддержку. Или я чего — то недопонял именно с В̀ашей стороны? Договаривая, Наруто позволил себе поднять голову и посмотрел прямо в глаза собеседника. Не пристально, что могло бы расцениваться как угроза, но так, чтобы тот понял, что он не намерен позволять манипулировать собой. Судя по тому, как удивлённо поднял брови Хатиман — доно, он недооценил того, кого пренебрежительно именовал «щенок Минато». Впрочем… Хатиман хлопнул в ладоши. Бесшумно возникшие слуги торопливо поставили около альф низкие столики, инкрустированные натуральным перламутром. Почти одновременно дядя и племянник вытерли руки свёрнутыми в трубочку осибори. **** На протяжении всей трапезы Наруто чувствовал, что хозяин «Сенджу сёэн» наблюдает за ним. Не напрямую, чтобы не показаться негостеприимным, но всё время чёрные глаза следили за племянником. Как тот пьёт ароматный зелёный чай (один из лучших сортов, поданный с кусочком лимона). Как отдаёт должное угощениям, начиная от мисо — супа и заканчивая сладостями. Как пьёт саке, аккуратно приподнимая стаканчик и вежливо осушая его, не морщась и ничем не показывая, что вкус непривычен. Ни разу. Ни разу Наруто не дал повод для осуждения. Или чувства намного более сильного. Те же вышколенные слуги поставили ещё один фарфоровый кувшинчик без ручек. Усмехнувшись про себя, Наруто ничем не показал, что хочет остановиться. Именно поэтому напряжение, затаившееся в глубине глаз черноволосого альфы, отступило прочь. Напомнив Наруто, что в скором времени он даст знать о готовности подписать Договор, Сенджу Хатиман благосклонно сообщил: — Спасибо за то, что разделил со мной скромную трапезу. Надеюсь, ты помнишь дорогу в свои покои? Очутившись в коридоре, Наруто позволил себе немного расслабиться. Прислонившись к стене, он пару раз вздохнул и потряс головой, чтобы немного развеялся туман в глазах, и перестало звенеть в ушах. -Не знаю, где дядя набрался сведений о молодёжжии… Прервав сам себя, Наруто с силой зажмурился и хлопнул себя по щекам. Это немного помогло. Во всяком случае, взгляд стал чуть яснее. И тут же — не без раскаяния — Наруто пожалел, что, когда его спросили «…ты помнишь дорогу в свои покои», он гордо объявил, что всё прекрасно запомнил и дойдёт сам. Ну что ж… Мысленно попробовав воспроизвести путь, которым шёл Чоджи — кун, ведя его к дяде, только наоборот, Наруто решил, что сложного ничего нет. Вроде… — Вроде надо идти по коридору, а потом выйти во внутренний дворик и там уже моя комната. Хмыкнув, Наруто ещё раз встряхнул головой, чтобы взбодриться, напомнил себе, что его ждёт заслуженный отдых в тишине, и уверенно двинулся вперёд. Пока шёл, он думал всё о разговоре и о том, стоит ли полагаться на уверения дяди. Мысль не успела выкристаллизоваться в окончательную форму, так как, свернув налево, Наруто увидел просвет. -Пришёл! Обрадовавшись, он ускорил шаг, и вскоре уже стоял посредине небольшого, уютного дворика. Ну да. Вот она, долгожданная тишина. И одиночество. Чтобы подумать о том, что только что было. Он опустился на один из валунов, симметрично расположенных вокруг приспособления. То и дело, наполняясь водой, бамбуковое коромысло издавало ритмичный стук, словно напоминая о течении времени. Вспомнив, как удалось удивить «дядюшку», Наруто улыбнулся. Наклонился вперёд, зачерпнул воду, умылся. И тут луна, прятавшаяся в облаках, вышла на небосклон, залив окрестности своим молочно — белым светом. Наруто удивлённо осмотрелся. Что за…? — Что за хрень?! Он оглядывался вокруг, непонимающе хлопая глазами. Или он пьянее, чем думал? Наруто ещё раз огляделся вокруг. Не было никакого сомнения в том, что он действительно во внутреннем дворике. Вот только… В каком? -Чёртчёртчёрт. Встав, Наруто шагнул обратно, решив, что свернул не туда, а значит, всего — навсего надо вернуться в коридор и… Ноздри дрогнули. Медленно повернувшись, Наруто вдохнул ещё раз. Поднявшийся ветер донёс едва уловимый запах. Свежесть морозной ночи. Аромат цитрусов. Фиалка и лиметт *****. Запах, цепко врезавшийся в память. Потому что..... -Наруто! Резко развернувшись, молодой Намикадзе заметил Какаши и Чоджи. Последний был запыхавшийся и... — Мы с Чоджи — куном решили, что ты заблудишься, так как... — Тут два внутренних дворика, — принялся кланяться Чоджи, — Ваш и этот. Он закрыт на... на ремонт. Наверное, нерадивые слуги опять забыли закрыть дверь… Наруто, сделав вид, что поверил объяснению, зашагал обратно. И уже когда они все вернулись в коридор и Чоджи поспешно закрыл двери в садик. Наруто понял, чт̀о зацепило его. Чоджи — кун нервничал. И ещё. Дождавшись, когда они с Какаши остались наедине, Наруто спросил: — Отсутствие омег — это странность или закономерность? Ты заметил, что мы общались исключительно с альфами? Даже слуги альфы? Какаши помолчал, обдумывая, как лучше ответить. Наконец, решившись, сделал рукой полукруг: — Нуу. Юг. Что тут скажешь. Что поделаешь.. Просто у них... хм. То есть у них... на.. На Юге... И облегчённо перевёл дыхание, убедившись, что Наруто заснул, не услышав окончания фразы: — Омеги Юга — всё равно как наши беты. Ресницы спящего дрогнули, губы изогнулись в улыбке. * Японская поговорка. Как предупреждение об опасности и о том, что всегда необходимо быть начеку. ** Статус управляющего всё же ниже, чем у Наруто. Но поскольку Наруто первый раз и не знает дорогу, Чоджи — кун шёл впереди «на полусогнутых». *** Вообще — то это проявление агрессии. **** Полотенце для очистки рук перед едой, но им можно вытирать лицо и руки как после, так и во время еды, так как некоторую еду можно есть руками. ***** Сладкий лимон.