Саламандра в огне

«Скажи мне что — нибудь, я хочу тебя увидеть. Сократ» Не обращая внимания на царапины от когтей омеги, молодой Намикадзе крепко держал ту в своих железных объятиях. Прижимая к себе, обнимая. Успокаивая. Не замечая, как металлическая палка * равномерно ударяет его, когда дрожащий, озлобленный пленник упрямо пытался вырваться. Даже зная, что всё кончено. Даже понимая, что никуда убежать не удастся. Ни сейчас и никогда. Рывок. Чёрная макушка замерла. — Ты успокоился? — тихо спросил Наруто. Тихо. Прямо в напряжённую макушку. С трудом удерживаясь от искушения подуть. Так, чтобы слегка зашевелились волосы. Чтобы тёплое дыхание опалило омегу, даря иллюзорное ощущение тепла. Быть может, тогда они бы могли поладить. Ну, чуть — чуть. Избегая взгляда Какаши, по которому было видно невооружённым глазом, что он недоволен, Наруто предложил: — Давай я сниму с тебя эту... штуку, а? Он намеренно постарался подобрать другое определение «ошейнику», даже позорное возвращение беглеца замолчал, будто не случилось ничего страшного. Если бы ещё не было этого парня с красными волосами… Альфа пристально посмотрел в бирюзовые глаза, обведённые чёрным карандашом, и преувеличенно радостно объявил: — Мы все волновались, когда обнаружили, что ты без разрешения покинул дом и... и... потерялся. Он подмигнул и умоляюще спросил: — К сожалению, процедура «возврата потеряшек» немного… суровая. Ведь так? На бесстрастном до этой минуты лице отпечаталось сильнейшее удивление. «Карри» впервые видел подобное тому, что происходило в поместье, куда его «вызвали». Разве можно так доброжелательно относиться к какой — то ничтожной омеге, что посмела сбежать? Он засунул руки в карманы плаща, впервые не зная, как себя держать. И внимательнее посмотрел на светловолосого альфу. Омега, видно, давно не наказывалась, пока тот её обнимал, она успела отлично исполосовать его руки, да так, что из царапин показалась кровь. А он даже не дрогнул, не отшвырнул беглянку. Не велел повесить омегу на крюк и исхлестать плетью, как было однажды… Не приказал отдать в Лигу, чтобы те сами справлялись с подобным «безобразием», как было на прошлой неделе… Да что не так с этим альфой?! Тем временем, пока Ловец размышлял над странностями поведения отдельно взятых альф, Хатаке спохватился. Вытащив небольшой бумажник, он произнёс: — Вы сказали, что не признаёте электронные карты. Только… наличные. Сансё вздрогнул так сильно, словно его ударили наотмашь, не щадя и не жалея. Пользуясь тем, что Наруто ослабил хватку, он быстро опустился на пол, склоняясь в низком поклоне. Не словами, так действием подтверждая свою вынужденную покорность. Во всяком случае, Хатаке — сан, замеревший посередине зала, ни капли не поверил в раскаяние омеги. — Да почему ты не хочешь поверить, что я не вижу в тебе слугу?! Наруто невольно сжал руки в кулаки, не замечая вздоха Какаши и угрюмого осуждения «Охотника на беглых омег». Он шагнул вперёд, колеблясь, можно ли попробовать поднять с колен Саламандру, но тот великодушно разрешил все сомнения: — Вы, видимо, что — то путаете… хозяин. Я — не слуга. Я — Ваш «Никки». Если хотите, я буду откликаться на ту тупую кличку, что присвоил мне прежний хозяин. -Да блин! — не выдержал Наруто. Боль от прошедших месяцев, прошедших со дня похорон отца, боль утраты, навалилась с невероятной, оглушающей силой. До участившегося дыхания. До забившегося пульса. До глаз, потемневших и ставших вместо ослепительной синевы цвета грозового неба. Опустившись напротив молчаливой фигурки, альфа хрипло попросил: — Если бы я отпустил тебя на все четыре стороны, ты бы поверил?! Нет?! Изящные плечи дрогнули. Продолжая сжимать руками п̀олы кимоно, омега приняла сидячее положение, впервые за всё время решившись на довольно смелый взгляд. Окончательно развеявший иллюзии о её забитости. Но Наруто упрямо пытался достучаться. Он перевёл дыхание и добавил, всё также хрипло: — Так, получается, проблема только в этом? Но ты понимаешь… Смуглая рука, с каким — то отчаянием вцепилась в блондинистые вихры, а глаза заблестели: — Я не могу просто так взять и отпустить тебя... в мир. Даже если бы я дал тебе денег… Не смог бы. Я не считаю тебя глупой игрушкой, но ты, ты... Сансё, ведёшь себя именно так. Как ты не понимаешь, что я не бесчувственный чурбан! Если я взял на себя ответственность за тебя, я... я, блять, никуда тебя не отпущу! И ещё. Тебе не нравится твоё имя? Но никто из нас, походу, иного не знает. Поэтому, хочешь, придумай себе другое. И пожалуйста… вбей в свою маленькую омежью головку… Я — не хозяин! Значит ты — не мой... не мой «Никки», не моя собственность! Сколько можно тебе об этом толковать?! Я просто забочусь о тебе… Так как? Чт̀о ты думаешь… Скажи, пожалуйста, ведь это трудно, я понимаю. Трудно поначалу, а потом будет легче. Только ты сам должен стремиться к этому. Я хочу, чтобы ты в моём доме чувствовал себя... как дома. Я ведь уже говорил тебе об этом? Повторю ещё раз. Будем считать, что я просто… взял над тобой опёку. И всё! Это же так просто! Выкинуть из головы то, чему тебя обучали и стать, прежде всего, человеком! Омегой, которой никто не посмеет помыкать и... и принуждать ни к чему тоже. Так как?! Чт̀о ты думаешь о моём предложении? Выдохнув, альфа не без удивления заметил, что практически перестал дышать, пока ожидал ответа Саламандры. Он понимал, что речь может и не прокатить, но, как сам справедливо заметил несколькими минутами ранее, надо же было с чего — то начать? Если бы не этот побег, он бы продолжал заблуждаться, что, когда не дал перерезать омеге горло, стал для той спасителем. Наверное, тем, кому целуют руки, омывают ноги и с обожанием следуют по пятам! Оказалось, не совсем так. Но Наруто по природе был оптимист. Поэтому и произнёс речь, довольно пылкую и долгую. Надеясь, что сумел как —то объяснить Саламандре, чт̀о его ждёт в «Водовороте». Абсолютно не заморачиваясь, как это выглядит со стороны. И, что было ещё б̀ольшей ошибкой, не видел реакции омеги. На протяжении всей речи Наруто, местами путанной, местами довольно напористой, омега слушал его, не перебивая. Опять же, как с грустью подумалось Намикадзе, из — за своего статуса. «Никки»… Слушал и молчал. Только смотрел, не мигая, отчего у Наруто, в конце концов, пробежал холодок по напряжённой спине. Сглотнув, он тоже замолчал, прервавшись на середине, зачарованно уставился в сияющий мрак напротив. Ресницы задрожали, оживляя эту бесчувственную, безэмоциональную статую. Губы шевельнулись. — Мне всё равно. *** — Наруто — сама, — не выдержал Какаши, — может, ты разрешишь определить Сансё в Приют **? Я даже готов заплатить из своих личных накоплений. Наруто поиграл желваками, приводя в порядок противоречивые мысли. Смотреть на омегу, от которой так и веяло агрессией, он не решался. Но, в конце концов, самообладание, которым он когда — то так гордился, победило. Альфа открыл глаза, до этого с силой зажмуренные, и улыбнулся. Поймав изумлённый взгляд Саламандры, решительно отказал: — Не надо, Какаши. И потом, Сансё находится под моим покровительством. Видно, мы теперь никуда друг от друга не денемся, верно, Принцесса? — Может, стоит оставить за омегой это прозвище? А, Саламандра? Если ты не любишь ту кличку, что дали тебе прошлые хозяева, может, поменяешь имя? — У меня есть имя! Своё собственное! Выкрикнув, омега отпрыгнул в сторону, тотчас натыкаясь на невозмутимого Ловца. Который всё ещё был здесь, как напоминание о позоре, который ты испытываешь, когда тебя ловят и хватают, как беспризорного зверька… Да впрочем, омега сам не понимал, что сейчас больше всего похож на этого самого «зверька с охоты», взъерошенный, возбуждённый, едва ли не шипящий, оскаливший клыки и сдерживающийся из последних сил. И так не похожий на того покорного омегу, каким притворялся долгое время. Может, потому Хатиман — доно и хотел от него избавиться? И тут Ловец неожиданно произнёс: — Похоже, паренёк не врёт. Прежде чем Наруто уточнил, чт̀о красноволосый подразумевал под этим, Хатаке хмурился, будто вспоминал что —то. И явно неприятное. То, что тянулось из тёмных времён, которые он хотел забыть и никогда не забывал. Справившись с собой, седоволосый альфа подошёл к Наруто и тихо произнёс: — Пожалуйста, уведи Сансё куда подальше. Я знаю, что подразумевал Ловец. Мне хотелось бы, чтобы это было не так, но… Он с Юга, Наруто. * Приспособление с «ошейником» на конце, которое было на Саламандре, когда его привели обратно в поместье. ** Заведение, куда определяли омег, которым некуда было придти. Нечто вроде филиала Лиги. *** Запомните эти слова.