Семь дней для любви

Что-то надоедливое звенит под ухом. Кое-как разлепив заспанные глаза, тянусь к звонившему телефону. Стоило только принять вызов, как в трубку сразу же ударил громкий и взволнованный голос начальницы. - Мисаки! - Я вас слушаю, - сдержав зевок, ответила я. - У нас беда! - в паническом состоянии говорила начальница. - Какая? - протерев сонные глаза, я осмотрелась. - У нас некому надеть уши! - Что? - У нас в кафе день ушек и хвостов, но Харука не смогла прийти. Выручай! - слезно верещала в трубку руководительница. - Я, конечно, понимаю, что у тебя отпуск, но пожалуйста! - Хорошо, через полчаса я буду в кафе, - все же не сдержав зевок, ответила я. - Мисаки, ты чудо! Я не успела ответить, так как в трубке послышались гудки. Сон все еще не проходил, и, решив немного размяться, я пошла на кухню. Шея ужасно болела, так как спала я без подушки, она сиротливо валялась на полу. Тело ломило, мышцы затекли, и вообще, почему я уснула на диване и откуда у меня столько ссадин? Словно в памяти пробелы. Вот я сажусь в машину Такуми, потом мы едем в парк аттракционов, далее нас забирает дворецкий и везет в поместье Волкеров. А дальше? Кажется, была девушка, которая висла на Усуи, потом я выпрыгнула из окна… Боже, чем я только вчера не занималась, но это объясняет ссадины. Захожу на кухню и грею воду в чайнике, попутно вспоминая оставшиеся события вчерашнего вечера. Помню еще то, что Такуми подстрелили в руку. Далее мы поехали ко мне домой и говорили о его будущей невесте… Чайник грустно засопел, будто зная, о чем я думаю. Пар валил из всех щелей. Выключив его, я вернулась обратно в комнату, чай пить уже не хотелось. Проходя мимо столика в гостиной, я заметила небольшую записку. «Неделя была поистине веселой. Думаю, ты согласишься на ничью? Это не самый лучший поступок, который я мог совершить, но так будет гораздо лучше. Поверь мне. Прощай, Мисаки. Твой вечный извращенец Такуми…» Тупо всматриваясь в текст небольшой записки, я пыталась осознать произошедшее. Хотя, все логично. Это был, есть и будет всего лишь спор на семь дней. Похоже, ничья - лучшая идея, которая могла посетить его глупую голову. Рассмеявшись собственным мыслям, я побрела на второй этаж. Оставалось мало времени, а опаздывать никак нельзя… *** - Мисаки, с тобой все нормально? - с волнением поинтересовалась начальница. - Да, я в полном порядке, - улыбнувшись, сказала я, собирая осколки от очередного стакана. - Уже третий, может, тебе отдохнуть? - Нет, я в полном порядке… На словах легко сказать, а вот заставить себя в это поверить сложнее. Все же я не могу спокойно находиться на работе, зная, что мы так и не разобрались во всей этой ситуации. Мои мысли постоянно возвращались к извращенному обалдую, который так тактично ушел этим утром. Какая-то непонятная обида в глубине души. К тому же, у него наверняка много дел со своей невестой. Снова смех вырывается наружу. Довольно странное зрелище. Официантка в костюме горничной с кошачьими ушами и хвостом сидит на полу, смеется и собирает осколки. Он бы наверняка перепугался и помог собрать осколки, а потом спросил, все ли со мной в порядке. А закончилось бы все его обычной пошлой шуточкой и моими тумаками. Черт, угораздило же меня влюбиться в этого олуха. - Мисаки? - теребит меня за плечо начальница. - Ты точно в порядке? - Да, просто я немного рассеянная, - улыбнулась. - Я давно хотела тебя спросить насчет того парня… - Какого? - Парень, который просил за тебя отпуск, кто он тебе? - ох, недобрый огонек я увидела в её глазах. - Да так, друг, а что? - наверняка что-то наговорил ей. - Ты его любишь? - как будто спросив о погоде, говорила начальница. От неожиданности я выронила пару осколков. - С чего вы взяли? - удивленно спросила я. - Ну, когда я его спросила, кто он, ответ меня удивил, - приставив указательный палец к губам, задумчиво протянула начальница. - И что он вам сказал? - обеспокоилась я. - Он представился твоим временным парнем… У вас, молодых, фишка такая, что ли? - Не сказала бы… Он умеет перевернуть все с ног на голову. Выпрямившись и выкинув осколки в урну, я села за стол. Начальница села напротив и ждала моего ответа. И что мне сказать? - Так что? - не выдержала хозяйка кафе. - Это долгая история, - осторожно начала я. - Но все закончилось. Мы больше не встретимся, так что теперь все в порядке. - Как не умела врать, так и не научилась, - качая головой, сказала начальница. – Если бы ты была в порядке, ты бы не ходила как в воду опущенная. Я повторю свой вопрос. Ты его любишь? - Как вам удается зрить в корень проблемы? Откуда вы все знаете? – удивилась я. - Я уже долго живу и многое успела увидеть и узнать, так что ответь мне. Она смотрела серьезным взглядом. Такой я ее еще не видела. Вечно улыбающаяся и жизнерадостная хозяйка кафе горничных вдруг стала серьезной и взрослой женщиной. За спиной которой богатый жизненный опыт. - Ну да, - пробубнила я, закрывая лицо руками. - Тогда почему ты здесь? - спросила она. - Работаю, вы сами попросили прийти. - Думаю, такой работник мне не нужен сегодня. У тебя все из рук валится, приходи завтра, - с улыбкой сказала хозяйка. - А как же завалы? - удивилась я. - Придется все-таки разрешить Аою поработать, - улыбнулась она. - А тебе я советую решить свои личные проблемы. - Спасибо. Это последнее, что я сказала ей, прежде чем уйти в раздевалку. Пожалуй, все же стоит разобраться в проблеме, но вот только где он живет? У меня нет его адреса, а трубку он вряд ли возьмет. Переодевшись, я попрощалась со всеми и побрела в сторону детской площадки неподалеку. Люди вокруг суетились и торопились, а я просто не спеша шла в нужном направлении, обдумывая сложившуюся ситуацию. Не думаю, что заявиться в поместье будет блестящей идеей, да и вряд ли он там живет. Его брат не слишком-то обрадовался, увидев его. Где я могу хоть что-то о нем узнать? Пока я пыталась что-нибудь придумать, в кармане моей куртки зазвонил телефон. На автомате приняв вызов, я села на рядом стоящую скамейку. - Привет, Мисаки, ты как? - уставший голос матери раздавался на другом конце связи. - Привет, мам, все хорошо, а ты как? Не перетрудилась? - с неприкрытым волнением спросила я. - Нет, сейчас закончила осмотр очередного пациента, - устало отозвалась она. - Совсем с ума посходили. Совсем молодой, а о здоровье не заботится совсем. Собирается лететь за границу, в своем-то состоянии. - Да, ты права. Совсем сумасшедший, - как-то отстраненно отозвалась я. В эту секунду в моей голове будто что-то щелкнуло. – Мам, ты все еще на работе? - Конечно, а что? - Я сейчас приеду, - протараторила я. Сбросив звонок, я вскочила со скамейки и побежала к автобусной остановке. Ну конечно, в маминой больнице должны остаться какие-то записи его посещения. Даже если это простой осмотр, на пациента заведут карту посещения. Впервые мы встретились в больнице, как раз тогда мама его осматривала. От этой мысли меня бросало в дрожь. Хотя, не может быть, чтобы он был болен серьезной болезнью. Это же смешно. «- Какая у твоей матери и бабушки была болезнь? - Сердце, - тихо произнес он. - У них были проблемы с сердцем, это все, что мне известно.» Впервые в жизни мне страшно, что я окажусь права. От одной мысли, что это правда, руки холодеют, а по телу пробегает мелкая дрожь. Всю дорогу до больницы я не находила себе места. Просто не знала, куда деться. Когда я подошла к дверям больницы, то приготовилась к самому худшему. Коридоры больницы были невероятно длинными. Казалось, что пока я дошла до регистратуры, прошли часы, а не минуты. На посту, как и в тот день, сидела пожилая женщина, которая вечно забывала, как я выгляжу. - Здравствуйте, - немного нервно поприветствовала её я. - Скажите, где сейчас доктор Аюдзава? - У себя в кабинете, а вы кто? Вы записаны к ней на прием? - мимолетно оглядев меня, спросила женщина. - Нет, я её дочь. Вряд ли она услышала мои слова, так как я уже неслась по коридору, но сейчас было не до вежливости. В голове крутились лишь мысли о Такуми. Очередной поворот и пару этажей вверх, и я буквально вваливаюсь в кабинет. Мать непонимающе на меня смотрит. - Мисаки, что случилось? - медленно подходя ко мне, с волнением спрашивает она. - Мам, у меня к тебе просьба, - решив не медлить и перейти сразу к делу, я с надеждой смотрела на мать. - Конечно, что ты хочешь? - беспокойство не сходило с её усталого лица. - Мам, мне нужен адрес одного из твоих пациентов. - Мисаки, ты же знаешь, что я не могу разглашать сведения моих клиентов, - мама подошла ко мне вплотную. – Зачем тебе это? - Это очень важно! - схватив её за руку, сказала я. - Один раз. Всего лишь один раз скажи мне адрес своего пациента. - Я тебя не понимаю, объясни мне! - мама не на шутку перепугалась. - Просто я не хочу больше ошибаться. Хочу сделать правильный выбор. Один человек стал мне очень дорог, но я не знаю его адреса. Если я сейчас ничего не сделаю, то, скорее всего, буду жалеть, – слова давались мне с трудом. - Даже если этот человек на грани жизни и смерти? - с грустной улыбкой спросила мать. - Даже если так, – глядя ей в глаза, с непоколебимой уверенностью сказала я. - Если ему не дано прожить долгую жизнь, я просто хочу быть с ним рядом столько, сколько будет позволено. Я не хочу ни о чем жалеть. В этом небольшом и не слишком уютном кабинете, от стен которого веяло холодом и пахло лекарствами, стояла гробовая тишина. Мама молчала и обдумывала сказанные мной слова, а я поражалась тому, какой тряпкой стала. Внезапно до меня дошло, что во мне больше нет шквала эмоций. Больше не было сомнений. Есть только уверенность в своих действиях, уверенность в том, что я поступаю правильно. Я больше не боюсь ошибиться, все уже сказано. Все, что я чувствую и думаю, было озвучено в этом больничном кабинете. - Я надеюсь все, что ты сейчас сказала, правда… - наконец прервав тишину, мама подошла к столу. - Скажи имя этого счастливчика. - Усуи Такуми. Мама смерила меня удивленным взглядом. Она какое-то время не сводила с меня глаз, но потом начала перебирать документы. Написав адрес на маленькой бумажке, она протянула его мне. - Береги то время, что у тебя есть, - мама не смотрела мне в глаза. Она просто отвернулась к окну. - Спасибо, мам… Я развернулась и покинула её кабинет. Теперь я была уверена, что у Такуми большие проблемы, но я не стала спрашивать о них у мамы. Я хочу услышать это от него. Хочу узнать его желание и мотивы поступков. Я просто хочу узнать его. Узнать таким, какой он есть. Снова бесконечные часы на автобусе. Проезжая по городу и останавливаясь в пробках, я наблюдала, как медленно садится солнце. В голове уже не было мыслей. Лишь пустота. Я только смотрела на яркие краски заката и наблюдала последние минуты солнца, которое стремилось к горизонту. Больше не хотелось думать и размышлять. Я просто абстрагировалась от мира… Когда я прибыла к нужному дому, на улице была практически ночь. Фонари освещали небольшой сквер. На улицах все так же была масса народа. Подходя к огромному жилому дому, я перепроверила адрес. Зайдя внутрь, я пошла прямиком к лифту. Через пять минут я уже стояла перед его дверью. Оставалось лишь постучать. Руки слегка дрожали и сердце бешено колотилось в груди. Все же позвонив в дверь, я стала ждать, когда мне откроют. Ждать пришлось недолго. - Мисаки? - удивленный голос Такуми. Он был явно не готов к такой встрече. Влажные волосы, которые он вытирал небольшим полотенцем и слегка намокшая белая рубаха в комплекте с черными домашними штанами. Выглядел он немного необычно, образ дополняли очки, которые я не видела прежде. Он был таким непривычным. Таким простым и домашним. К тому же до жути напоминал мне кота. - Привет, - я натянуто улыбнулась, похоже, это было видно по моему лицу. - Что ты тут делаешь? - удивление не уходило из его взгляда. - Стою, как видишь! - немного вспылив, я повысила голос. - Зачем ты пришла? - Надо поговорить. - Нам не о чем разговаривать, - твердо и холодно ответил он. Было видно, что он не настроен на беседу. - Ах, не о чем?! Усуи, олух! Я тебе сейчас скажу все, что о тебе думаю! - закричала я на него. – Плевать я хотела на то, что ты хочешь! Мы ничего еще не решили! К тому же спор продолжается, так как «ничья» меня не устраивает! - Ты ничего не понимаешь, - все так же тихо и холодно говорил он. Это еще сильнее меня злило. - Да все я понимаю! Не маленькая, - с некой обидой ответила ему я. - Что ты можешь понимать? Зачем хочешь продолжения этой игры? Она все равно ни к чему не приведет! - Не тебе одному это решать! Мне надоело стоять в дверях. Сделав шаг вперед, ему пришлось отступить. Неожиданно для нас обоих, он споткнулся о сидящего рядом кота. Мы вместе свалились на пол, так как я споткнулась о его ногу. Пролетели мы весьма большой участок коридора. Усуи приложился головой о стену, а я же свалилась на него. Прямо как в первый день нашего знакомства. - Ты права, я ничего не решаю. За меня уже давно все решили… - тихо сказал он, потирая шею. - Кто за тебя все решил? Что за глупости! - сидя у него на ногах, спросила я. - Жизнь, судьба, смерть. Называй это как хочешь, - тяжело вздохнул Такуми. - Что за глупости? - тихо спросила я. - Мисаки, у меня порок сердца. Я скоро умру. О каком решении идет речь? - он грустно рассмеялся. - У меня нет и никогда не было права решать! Я не хотел с тобой прощаться только потому, что не смог бы оставить в покое. Я устал… Ни за что бы себе не простил, если бы ты увидела меня больного или умирающего. - Сколько осталось времени? - это все что, я спросила. В коридоре наступила тишина. Мы просто смотрели друг другу в глаза. Он, прислонившись к стене, не отводил от меня взгляда. Я же, сидя на его вытянутых ногах, ждала ответа. - Не более полугода, - шепотом сообщил он. - Вот как, - я прикусила губу. - Пожалуйста, уходи. Ты узнала все, что хотела, а теперь иди домой, - он уже было собрался вставать, но я остановила его. - А теперь выслушай меня, - тихо сказала я, вставая на колени, чтобы наши глаза были на одном уровне. - Я пришла сюда, зная, что ты меня обрадуешь не самыми лучшими вестями. Мне плевать, чего ты хочешь. Я всегда поступала так, как сама хочу. Именно поэтому я сейчас здесь. Времени и впрямь не так много, но оно есть. Твое сердце еще бьется… - я приложила руку к его груди. Прямо туда, где билось его сердце. Рваные и ускоренные удары отдавали в мою левую руку. Правой рукой я нашла его холодную руку, покоившуюся на полу. - Оно бьется прямо сейчас, и я буду держать твою руку до тех пор, пока оно не остановится. До последнего его удара. Это мой выбор, и я не жалею. Я останусь с тобой до последнего его удара, обещаю… Он молчал. Слушал каждое мое слово с широко раскрытыми глазами. Я медленно приближалась к его лицу. В паре сантиметров от его лица я остановилась. Только потому, что увидела его улыбку. Едва заметную, но, как ни странно, теплую. Он аккуратно коснулся моей щеки своей ладонью, будто боялся, что я исчезну. - Если мы сейчас не остановимся, то ты проиграешь, - он шире улыбнулся и кивнул в сторону часов, стоявших на комоде. Они показывали без двух минут двенадцать. - Этот спор я готова проиграть, как ни странно… - улыбнулась я. Едва ощутимое касание его губ. Слегка холодные, но мягкие. Осторожные и легкие движения, поцелуй казался невесомым. Он закончился так же легко, как и начался. Я даже разочарованно вздохнула, на что этот олух усмехнулся. - Ты проиграла! - радостно воскликнул он. - Молчал бы, извращенец, - буркнула я. - Ну, я бы еще поспорил, кто из нас тут извращенец, - он вновь оглядел нашу позу. Я покраснела и вскочила с его коленей. - Усуи, ты идиот! - Да, да, я в курсе, Миса-тян, - смеялся он. - Может, ты все же скажешь свое желание? Ты его упоминал, когда мы заключали спор, - все же поинтересовалась я. - Не-а, ты проиграла. Сейчас ты должна чествовать победителя! - самодовольно изрек он, вставая с пола. - Да ну тебя… Еще пара пошлых шуточек с его стороны и пара тумаков с моей, и мы пошли пить чай. Просто молча сидели. Наверное, эта тишина была самой прекрасной за этот день. Просто наслаждались ей, ведь поговорить можно и потом. У нас на это найдется время, это я обещаю…